Цитаты из книг автора «Флориан Иллиес»

Как жить на этой убогой земле, когда тебя только что приняли на Олимпе? Лучше всего на какое-то время укрыться в одном из тех немногих мест, которому позавидуют даже боги. И вот Герхарт Гауптман, новоиспеченный нобелевский лауреат, отправляется с женой и шестнадцатью набитыми чемоданами зимовать на виллу «Карнарвон» в Портофино. Где-то внизу волны бьются о скалы, по утрам он раздвигает зеленые ставни и смотрит на бескрайний морской простор. Над ним – кроны старых пиний, под ним, в огромном парке – агавы и пальмы, на гравийных дорожках слышен только медитативный шелест граблей работающих садовников, больше ничего.

В феврале 1913 года сталкиваются Северный и Южный полюса литературы – Франц Кафка и Эльза Ласкер-Шюлер. Вообще-то Кафка ни разу в жизни не сказал ни о ком дурного слова, даже если он пытался (например, в адрес отца), то получалось такое длинное и витиеватое письмо, что вся сила его недовольства схватывалась ремнями безопасности формы и языка. Но когда Кафка встречает Эльзу Ласкер-Шюлер, его предохранители перегорают, слишком уж сильно ее дикая сексуальная энергия заставляет ощутить его собственную скованность.

Пока что Гессе предстоит визит к зубному врачу. Он едет к доктору Шленкеру в Констанц, чтобы поставить новые пломбы. Как плохо Гессе себя чувствует в эти дни, как он страдает от шума детей, от нервов, от бессонницы и безвыходности – это мы понимаем по тому, что даже многодневного лечения зубов он ждет с нетерпением: «Я жду, что смогу на два-три дня отвлечься, отдохнуть, надеюсь, что с моими зубами придется как следует поработать». Наверное, врач не отказал ему в помощи.

Герман Гессе получает письмо из Черновцов, от Нинон Ауслендер, молодой почитательницы, которая заканчивает гимназию и с которой Гессе уже переписывается некоторое время. Но школьный экзамен не стал настоящим аттестатом зрелости. Только спустя четырнадцать лет они начнут жить вместе и поженятся, хотя не будем забегать вперед.

Проницательный Курт Тухольский заметил во время чтения этой книги, что в авторе произошли какие-то сущностные перемены: «Это не наш старый добрый Гессе, это кто-то другой, он покинул родные пенаты и отправился – вот только куда?»

В принципе, это было глупостью со стороны монархии – пытаться уничтожить Распутина, потому что, во-первых, он поддерживал жизнь в наследнике престола, а во-вторых, он сам постоянно пророчествовал, что после его смерти падет трехсотлетняя династия Романовых (разумеется, так и произошло).

Когда Горький шесть лет назад прибыл на Капри, чтобы в солнечной эмиграции готовить русскую революцию, то поклялся, что останется тут «не меньше чем на 600 лет». А теперь ему иногда кажется, что и шести лет, пожалуй, достаточно. Вот Горький сидит за столом, смотрит на море, на спинке стула сидит его любимый попугай Лоретта, у ног лежит фокстерьер Топка. Он немного вспоминает Марию. Чуть меньше – Катю. И очень много думает о России.

Вывод Отто фон Готберга на 1913 год таков: «Война – это прекрасно».

Его формулы стремительно входят в историю как теория простых чисел Рамануджана, тета-функция Рамануджана и формула разбиения числа Рамануджана. Он стал членом Английского королевского общества и профессором Тринити-колледжа в Кембридже. Он вдохновенно работает за письменным столом по 24 и даже 36 часов без перерыва, когда семейная богиня нашептывает ему новые формулы. Выходит его собственный журнал, «Ramanujan Journal», специально для публикации огромного потока его результатов, числовых моделей и предложенных решений. Вскоре он умирает. Этого он в своих расчетах не предусмотрел.

Пока Сталин становится Сталиным, в Ницце 8 января открывается отель «Negresco».