Моя первая встреча с автором состоялась благодаря роману «Родина» о жизни баскского общества и конкретно двух семей, разделённых одной трагедией. Помню свои восторженные впечатления от произведения и ликование в душе от того, что снова так горячо мной любимая испанская литература не подвела мои ожидания и оказалась очень достойной и сильной вещью. И вот наступило время для новой встречи и, быть может, повторения того душевного фейерверка, который один раз уже блистал яркими красками в моей душе.
Снова сложный и эмоциональный роман. Роман, полный драматизма, а отдельные особо острые моменты просто рвут душу в клочья. Здесь нет ничего остросюжетного, что обычно ожидаешь увидеть на страницах книги на подобную тему. Это совсем другое — направленное на раскрытие чувств и эмоций тех, кто пережил эту трагедию. Стараясь не играть словами и не сгущать краски, чтобы выжать из своего читателя как можно больше переживаний, автор в простой и довольно лаконичной манере рассказывает о том, что произошло, устами тех, кто остался с этим жить.
Мама и папа мальчика, его дедушка — вот они, главные герои, призванные рассказать о Нуко. Роман начинается с того, что Никасио идёт на кладбище, как он теперь делает каждый четверг. Стоит долго у колумбария и говорит со своим погибшим внуком. Дальше будет рассказ о матери мальчика и её воспоминания о том страшном дне, когда оборвалась жизнь её сына. Скорбные мысли Мариахе будут дополнены отрывочными воспоминаниями отца ребёнка, а всё вместе сольётся в грустную песню памяти о маленьком мальчике, чья жизнь прервалась по воле злого рока или безответственности людей.
Нормальный мужик, просто судьба сыграла с ним злую шутку – судьба и халтурно подключенный газ. Откуда этому бедолаге было знать, что может случиться такое несчастье...
На обложке книги указано, что автор «старается понять каждого героя и передать это понимание читателю». И это действительно так. Он дает высказаться каждому из своих персонажей и излить на страницы всю боль утраты. Это больше похоже на исповедь, на некую попытку выговориться, чтобы справиться с потерей. Словно в замедленной съемке, медленно отматывая метр за метром, автор ведет нас по этой, кажется, нескончаемой дороге человеческого горя и боли. Невыносимое в некоторых моментах повествование не сразу даёт нам четкое представление о случившемся; сначала мы должны его прочувствовать в полной мере, прежде чем откроется вся правда.
Двадцать третье октября 1980 года пришлось на четверг. Пятьдесят школьников в возрасте от пяти до шести лет, а также трое взрослых погибли в результате взрыва газа пропана в одной из школ города Ортуэльи...
Все люди по-разному справляются с горем. Возможно, некоторые способы мне непонятны и странны, но концентрация боли на страницах такая, что понимание находит практически всё, на излишнее просто не обращаешь внимания. История одной выполненной спустя рукава работы не заканчивается только на самой трагедии, кажется, то, что произошло, поднимает большой пласт в отношениях тех, кто остался жить или, вернее, существовать после. На свет начинают вылезать многие тайны, до этого момента скрытые в глубине души тех, кто хранил их долгие годы. И возможно, если бы не произошло то, что произошло, они никогда бы и не вышли наружу.
Общие впечатления остались весьма двойственными. Хочется верить всей душой в то, о чём читаешь, но некий червячок сомнения всё же гложет изнутри. Многие вещи, о которых писал автор, не укладывались у меня в голове, многие поступки не откликались сердцем, что-то казалось довольно надуманным, а было и то, что казалось, наоборот, не раскрытым на всю необходимую глубину. Трагедия в этом тексте, безусловно, есть — яркая и острая в начале и догорающая и затухающая ближе к концу, но тем не менее было и в этом нечто такое, что не давало погрузиться в нее с головой. Роман автора словно прошел по краю моей души, возможно, задев несколько струн, но откликнуться полностью все же не сумел.
Я не боюсь ругательных отзывов тех, кто в один прекрасный день рискнет открыть эту книгу, но не стану и лицемерить, утверждая, будто мнение будущих читателей мне безразлично. Я порадуюсь положительным откликам и покорно приму критические, как оно и должно быть.
Художественный ход автора с текстом, который говорит сам за себя, мне показался удачным. Многое после этих строк курсивом, казалось, становилось более понятным и близким. Вся эта история выстроена вокруг смерти маленького Нуко, но за всё повествование мне так и не удалось его хоть сколько-то узнать. Прочитав книгу, я поняла, что, кроме некоторых не столь значительных деталей и самого факта, что он был и того, что с ним случилось, больше ничего мне о нём и неизвестно. Для меня эта книга стала голосом тех, кто остался после него. Но на определённом этапе собственный голос для них стал важнее памяти об этом ребёнке. Кроме единственного человека, который тяжелее и мучительнее всех переживал смерть своего внука и так до конца и не смог принять случившееся. Кроме Никасио — дедушки. И когда его жизненная нить прервётся, тогда и голос Нуко замолчит навсегда...
И под конец я сказала ему (сказала самой себе): когда умрет твой дедушка, ты тоже умрешь, тогда уже насовсем. Можешь не сомневаться. После взрыва у тебя оставалась только та жизнь, которую давал тебе твой дед. Вот ведь какая беда....
