Да, между тех, кто дышит и кто мыслит,Нас, женщин, нет несчастней. За мужейМы платим[9] и не дешево. А купишь,Так он тебе хозяин, а не раб.И первого второе горе больше.А главное – берешь ведь наобум:Порочен он иль честен, как узнаешь.А между тем уйди – тебе ж позор,И удалить супруга ты не смеешь.И вот жене, вступая в новый мир,Где чужды ей и нравы и законы,Приходится гадать, с каким онаПостель созданьем делит. И завиденУдел жены, коли супруг ярмоСвое несет покорно. Смерть иначе.Ведь муж, когда очаг ему постыл,На стороне любовью сердце тешит,У них друзья и сверстники, а намВ глаза глядеть приходится постылым.Но говорят, что за мужьями мы,Как за стеной, а им, мол, копья нужны.Какая ложь! Три раза под щитомОхотней бы стояла я, чем разОдин родить. – Та речь вообще о женах…Но вы и я, одно ли мы? У васИ город есть, и дом, и радость жизни;Печальны вы – вас утешает друг,А я одна на свете меж чужимиИ изгнана и брошена.РослаМеж варваров, вдали я: здесь ни дома,Ни матери, ни брата – никого,Хоть бы одна душа, куда причалитьЛадью на время бури.Но от васНемногого прошу я. Если средствоИль путь какой найду я отомститьЗа все несчастья мужу, – не мешайтесьИ, главное, молчите. Робки мы,И вид один борьбы или железаЖену страшит. Но если брачных узКоснулася обида, кровожаднейНе сыщете вы сердца на земле.