Цитаты из книг автора «Евгений Анисимов»

как писал Пушкин, «грядущего волнуемое море», утешаясь мыслью, что не мы первые и не мы последние стоим на этом берегу… Е. Анисимов

«Мне потребовалось собрать всю силу моей удрученной души, чтобы исполнять обязанности по должности, превышающей мое честолюбие», и далее зачеркнуто: «и входить в подробности, отнюдь не соответствующие той философии, которую мне бы хотелось иметь единственным предметом занятий».

Одни историки считают, что это произошло в V в., другие убеждены, что Киев «младше» Ладоги, появившейся в VIII в. После отделения Украины от России эта проблема сразу же приобрела политическую

Когда-то мадемуазель Кардель непрерывно твердила маленькой Фике, что от частого употребления слов «милостивый государь» язык не отсохнет, что вежливость и внимание к людям – важнейшие качества доброго человека

Нельзя при этом забывать, что война в те времена не считалась, как ныне, катастрофой, а наоборот, часто рассматривалась как верное средство упрочить положение государства, дать разрядку застоявшейся и жаждавшей чинов, трофеев и подвигов армии. Войной можно было ослабить давление внутренних проблем, решить которые мешал, оказывается, внешний неприятель. Нужна была государю, как воздух, и слава Победителя.

умирающего, не удостоив его последнего причастия и отпущения грехов.

При Петре появились так называемые «исповедальные допросы», когда изломанный на пытках узник перед смертью хотел исповедоваться и причаститься, как положено христианину. И к нему являлся заранее проинструктированный священник. При исповеди он умело задавал нужные следователю вопросы, а потом писал отчет об исповедальном допросе. А если нужных «исповедальных показаний» он не добивался, то безжалостно покидал

Чтобы прекратить ночные разбои и грабежи, было предписано улицы перегородить на ночь шлагбаумами, жителям дежурить по очереди, как в Голландии (вспомним «Ночной дозор» Рембрандта). После комендантского часа можно ходить с фонарями и пропуском, приезжих следует записывать в особые книги, за город без паспорта никого не выпускать и т. д. и т. п. Десятки других подобных предписаний! Петр зорко смотрел по сторонам в поисках объекта регулировки. Не понравилось ему, как плели лапти в одной губернии, – приказал прислать лаптеплетов из другой губернии. Увидел в Прибалтике удобные косы – набрал насильно несколько десятков местных мужиков с косами и разослал их по всем губерниям учить русских мужиков косить не так, как они привыкли за тысячу лет. Шел государь по кладбищу, споткнулся о выступающее надгробие – тотчас издал указ, чтобы надгробия были вровень с землей, как в Голландии. Заметил, что русские своих покойников хоронят в выдолбленных колодах-гробах, запретил – надо же строевой лес экономить – и велел делать гробы из досок или из черного леса. Известна история, как государь хаживал по Гостиному двору и на развалах перекладывал товар по-своему, чтобы лучше продавался. Он-то знал, как успешно торговать! Но жизнь, как трава сквозь асфальт, пробивала путь и цвела своим цветом, обходя петровские запреты. Однажды в Тайную канцелярию пришел солдат. Он донес на шлюху, которая говорила «непотребные слова» о государе. И когда с полицейскими он пошел за ней, выяснилось, что забыл притон, где провел предыдущую ночь, поэтому стал обходить все те злачные места, которые знал и где часто бывал. И власти вдруг поняли, что, несмотря на шлагбаумы, заставы, паспорта, строгости, таких притонов и злачных мест в столице, этом нашем «городе Солнца», великое множество! Словом, на всякую регулярность есть своя вольница! Может быть, со времен Петра, а не Герцена говорят, что если в России соблюдать все законы, то жить в ней будет невозможно. Вот истинный смысл и цена лелеемого Петром «регулярства» – с помощью разнообразных, по преимуществу насильственных мер и средств жесткого контроля создать не общество порядка, трудолюбия и благополучия, а государство, основанное на неограниченной власти самодержца, на махровой бюрократии, жестоком крепостном праве и назойливом полицейском надзоре.

Да, улицы должны быть прямы и широки, здания должны выходить на красную линию, а не по-московски стоять в глубине участка, а если ветер и наводнения – терпите! С нарушителями-кривостроителями расправлялись весьма своеобразно: каторжники таскали по улицам огромную раму, длинная сторона которой соответствовала требуемой ширине улиц. И если рама не проходила между двумя домами, стоящими напротив друг друга, «нерегулярный» дом подлежал сносу. Чтобы хозяева не затягивали перестройку, каторжники быстренько разбирали у этого дома крышу, а без крыши в Петербурге не поживешь!

Известно, что бичом тогдашних городов (да и деревень) были пожары. Значит, предписывал Петр, крыши надо крыть не дранью и соломой, а черепицей или, на худой конец, дерном. Трубы следует регулярно чистить, следовательно, они должны быть такой ширины, чтобы мальчик-трубочист пролез в трубу. Да, не забудьте потолки подмазывать глиной, выкопать пожарные водоемы, дома в деревнях строить на таком расстоянии, чтобы в пожары один от другого не загорался! На лето в Санкт-Петербурге все печи и бани частных домов запечатывали государственной печатью, а при полиции была учреждена особая «нюхательная команда», которая ходила по ночному городу и вынюхивала дым из кухонь и бань в тех домах, чьи хозяева пытались, пользуясь ночной темнотой, грязь с себя смыть или щей сварить. Таких нарушителей противопожарной безопасности ждали большие штрафы и прочие наказания.