Глава 2. Победы и поражения. Часть 2

«– Элвин… нас… шипение… зажали. Вынуждены дать бой… шипение… Если через пятнадцать-двадцать минут не выйдем на связь, уходите.

– Мы сейчас же выдвигаемся на помощь, ждите!

– Нет!.. Их слишком много, не обижайся, но с вашими способностями, от вас все равно толку не будет… ждите… шипение… если… мы…»

Сигнал оборвался.

В рубке собралось семь человек – вся группа Тэи, возвращавшаяся с задания.

– Похоже на голос Вейрона, – неуверенно проговорил один из диссонеров.

– Да, я слышал его группа выполняла задание по эвакуации ребят из Сиры.

– А разве Элвин с ними? Они с ребятами на разведке у столицы были…

– Да, но голос, вроде, Арка…

– Нет, – твердо сказала Тэя, перебивая разговор напарников. – Это точно Вейрон, – лицо её было задумчиво и напряжено.

– Что будем делать?

– Как что?! – в негодовании воскликнула девушка. – Будем выручать их, разумеется. Есть идеи, где их катер.

– Да, – ответил связист. – В начале переговоров они сказали о точке рандеву.

– Сколько до неё?

– Минут пятнадцать, если поторопимся.

– Надо поторопиться, – строго сказала Тэя и вышла из рубки.

Никто возражать не стал: слишком тяжелы для каждого из ребят стали потери за последний год, и сейчас каждый при любых раскладах постарается отдать приоритет спасению попавшего в беду товарища.

Тэя вошла в пустую теперь каюту, закрыла за собой дверь, прислонилась к ней спиной и закрыла глаза, пытаясь унять дрожь.

Только бы успеть. Только бы не как тогда…

…Они бежали по Дельгу, преследуемые элитным специально-тактическим подразделением, ныне оно: называется элитный специально-тактический отряд Королевы (ЭСТОК) – настоящая головная боль для диссонеров. Солдаты, натренированные и оснащенные специально для борьбы против людей, умеющих изменять резонанс. Тогда они еще, правда, не владели своим знаменитым арсеналом: различными девайсами, защищающими от этюдов, но всё равно доставляли массу хлопот.

На небольшой площади ближе к предместьям города Тэя резко остановилась, почувствовав это, Кейси тоже затормозил и обернулся, пытаясь понять причину задержки. Девушка смотрела на экран, прикрепленный к фасаду дома. Там показывали последние секунды жизни Шарль-Гира. Смонтировано было всё так (Тэя ещё после пересматривала это видео, которое бесконечно крутили по всем каналам), будто Нейт застрелил президента из пистолета.

Закадровый голос Агаты тем временем вещал:

– Мы выяснили личность убийцы – Нейт Ривз, диссонер, студент Орты. Он действовал по приказу, согласованному руководством трех академий. Этот человек был выбран не случайно. Шарль-Гир симпатизировал юноше, они вместе прошли через многое. Не знаю было ли задание у Ривза сблизиться с генералом или это получилось случайно, но это не отменяет того факта, что удар был предательски нанесён в спину. Есть ли понятия о принципах чести у Гармоний? Брать деньги, и немалые, за убийство монстров, у людей, которые сами не могут справиться с этой напастью, которые, если не заплатят, попросту погибнут…

– Ладно, – вздохнула Королева. – Сейчас не об этом, – кадр на экране сменился: Нейт дрался с каким-то юношей, противник уверенно теснил Ривза наверх, к фонтану. – Наёмник хотел убить и меня, но подоспела помощь – мой личный защитник, достойный рыцарь Сиры. Пусть это и слабое утешение…

– Нет, нет, нет, – запричитала Тэя, прикрыв ладонями рот.

–…Шарль-Гир отомщен, хотя бы тем, что его подлый убийца…

– Нет, – совсем слабо повторила Тэя.

– Уничтожен.

На экране незнакомец протыкает Нейта мечом и скидывает юношу в желоб.

Тэя разворачивается и бежит назад, но её тут же хватает за руку Кейси.

– Пусти! – не оборачиваясь вырывается девушка. – Пусти!

– Нам надо уходить…

– Пусти!

– Чего ты добьёшься, нас просто убьют!

– Я сказала…

Тэя обернулась и осеклась. Никогда она ещё не видела такого выражения лица у напарника. Злость, страх, обида, растерянность, и всё это у вечно невозмутимого Кейси. Удивительно, но Тэю внешний вид юноши привел в чувство, она медленно кивнула и направилась за напарником.

Они удачно вышли к окраинам и присоединились к временным союзникам. Впрочем, это мало что изменило. Из-за бестолковых действий Лас-Аттина его подразделение чуть было не попало в окружение, и он, не раздумывая, позорно бежал с поля боя, оставив союзников без поддержки и без прикрытия. Атака на город была обречена, остатки беруновской армии, те, кто ещё сохранил верность старому режиму, неся большие потери, отступили. Многие из солдат впоследствии, сохраняя свои жизни и карьеру присоединились к Королеве.

Римирия и Беруна удивительно легко приняли у власти Королеву, первая видела в ней продолжателя идей Шарль-Гира, своего национального героя, предательски убитого Гармониями, вторым Королева подарила надежду и вернула гордость за свою страну, ведь Агата потомок элиты власти, голубая кровь, она поведет Беруну за собой, вернет ей прежнее величие. Истерзанный Ватан тоже без колебаний принял власть сильной руки.

Конечно, были и те, кто остался против Королевы, кто продолжал видеть в ней зло и опасность, но таких было меньшинство, и они либо предпочитали помалкивать, либо поспешили убраться с континента подальше.

Не могли события того вечера в Дельге не вызвать резонанс во всем мире. Стратара незамедлительно объявила войну Союзу Трех Республик (объединившиеся Римирия, Беруна и Ватан), Кильвея в открытую конфронтацию вступать пока не торопилась, но активно помогала союзнику поставками оружия, медикаментов и продовольствия. Адалия никакой видимой активности не проявляла, но Совет ученых наконец-то вышел на связь с миром, обращение их, правда, было не слишком содержательным, они лишь сказали о том, что в скором времени готовы будут «внести собственную лепту в спасение мира». Как-то все разом подумали о разрабатываемом учеными новом оружии или ином средстве защиты от Королевы и успокоились, хотя власти Адалии не о чем таком не сообщали.

А тем временем новая война шла полным ходом, пока в основном на море, но Союз Трех Республик, имеющий в составе закаленную в боях армию, теснил противника и, если бы не поддержка Кильвеи, Стратаре бы пришлось совсем худо. При этом президент Мерк-Сельт постоянно призывал союзников, положить конец сомнениям и наконец выступить против Королевы напрямую. Но власти Кильвеи пока этот шаг откладывали.

Чего не скажешь о Гармониях. Они с самого начала войны активно сражались на передовой. Хоть Королева в первом своем выступлении, несмотря на негативный тон, прямых угроз академиям не выдвинула, всем было ясно, что первым делом она постарается уничтожить самую большую для себя опасность – диссонеров Гармоний. Впрочем, ребята сражались не только поэтому. Это был их долг, к этому их готовили всю жизнь.

Но не каждому это давалось легко. Страх, боль утрат, сомнения…

Почти три недели Тэя с трудом находила в себе силы выйти из комнаты. Каждый раз, когда она видела, как в академию доставляют очередной гроб или покалеченного студента, в её душе что-то умирало. Их всех готовили к подобному, в конце концов, Гармонии – это военные академии, но кому-то это даётся легче, кому-то сложнее. Тэя, очевидно, относилась ко вторым. Смерть друга, предательство Агаты, ложь которой зашла так далеко, что она даже зачем-то запутала Нейта, выставив Шарль-Гира в роли Королевы, война, новые потери, всё это умножало в её душе тревогу и депрессию. Поддержка близких людей, товарищей только злила. Тэю раздражало то, как легко все вокруг принимают трагедию, забывают о погибших идут дальше.

Фух, даже вспоминать стыдно, вела себя, как истеричка, кисейная барышня. Носилась со своими переживаниями, словно подросток.

Поняла она это далеко не сразу, помог случай. Однажды Тэя, слоняясь по Гармонии, забрела в библиотеку. Там она застала инструктора Ост. Нира сидела за одним из столов, низко склонив голову. Заметив бывшую ученицу, она быстро встала, спешно утирая слезы с лица. Тэя заметила групповую фотографию, которую рассматривала инструктор. Обе сделали вид, что ничего не произошло. Тэя пошла к библиотекарю, якобы намереваясь взять книгу, а Нира быстро покинула помещение.

Каждый носил свою боль в сердце, но кто-то находил в себе силы двигаться вперед несмотря ни на что, а кто-то раскисал, убиваясь переживаниями.

Многое передумала про себя в тот вечер Тэя, сгорая от стыда за своё недавнее поведение. А на следующее утро, ни свет ни заря, бросилась к директору с просьбой отправить её на задание. Крипелин долго сопротивлялся, уверяя, что она ещё не готова, но в конечном итоге согласился.

И вот она возвращается со своего первого, с момента кризиса, задания, которое, в общем-то, прошло бестолково. Они с ребятами должны были поддержать силы Стратары при обороне южного побережья Пустынного залива, где высадился десант Союза, но из-за большого наличия вражеских кораблей прибыть на место вовремя не получилось, и всё было решено без их участия.

Сложно в таких условиях поддерживать боевой дух…

– Тэя, – послышался за дверью голос Кейси. – Мы обнаружили катер.

Что ж, хоть бы здесь всё прошло хорошо.

***

Выравнивая дыхание, Вейрон обвел взглядом ребят, в хаотичном порядке расположившихся на поляне. Вид у всех был крайне изнуренный. И не удивительно, час пробираться по лесу с десятикилограммовыми наручниками, сковавших кисти в неудобном для бега положении. Да и неизвестно, когда ребята, находясь в плену, последний раз ели и спали.

Напарники тоже выглядели не лучше. Райкос, привалившись к дереву, сидел с закрытыми глазами, обнимая своё копьё, которое он уже не собирал. Рядом расположилась Фира, она глуповато неизвестно чему улыбалась, взгляд её был направлен, как бы в себя. Вейрон хорошо знал это состояние: девушка была на пределе, в бою её больше использовать нельзя.

Клифф кивнул сам себе, выпрямился во весь рост и громко заговорил:

– Значит так. До побережья еще километров семь. Очевидно, от преследования нам не уйти, солдаты ещё ладно, но Паук нас точно скоро настигнет. Укрыться тоже вряд ли получится, нас слишком много – найдут по следам.

– Драться? – полуутвердительно, полувопросительно пробасил Райкос.

– Да, – кивнул Вейрон и повернулся к лидеру группы студентов Сиры. – Веди своих людей строго на юг. На берегу увидите расколотую надвое скалу, лодка ждёт в ущелье.

– Наша помощь – не вариант? – грустно усмехнулся юноша.

– Без обид, но вреда от вас больше, чем помощи, – Вейрон кивнул на наручники. – Наверняка на Пауке тоже глушилка будет, но ещё и с вашими браслетами мы вообще ни одного этюда не создадим.

– Ну да, – тихо ответил собеседник, пряча взгляд. – Вы там, это, не помирайте, а то меня всю жизнь совесть грызть будет.

– Постараемся, – без обиды кивнул Вейрон, уже привыкший к несколько грубой манере общения коллеги из Сиры. – Давайте! Времени нет, идите.

Ребята тяжело поднялись с земли и трусцой засеменили вниз по склону холма, продираясь через кустарник.

Вейрон подошел к напарникам и тяжело взглянул на Фиру.

– Ты с ними, – кивнул за спину юноша.

– Ну да, конечно, – рассеяно улыбнулась Фира.

– Я серьезно. Ты уже на грани. Сама знаешь, что бывает, когда ты злоупотребляешь своими этюдами.

По лицу девушки скользнула тень обиды, Вейрону было жаль, но времени на сантименты и деликатности не было.

– Что ты говоришь? – глухо произнесла Фира, глядя перед собой. – Как же я вас здесь…

– Прошу тебя, не спорь! Времени осталось мало. Ты полезнее будешь там, – Вейрон указал в спины студентов Сиры. – Доведешь их до катера, а, если мы не справимся, будешь последним рубежом обороны.

Девушка растерянно посмотрела на Райкоса, с трудом фокусируя на нем взгляд.

– Он прав, – строго сказал юноша. – Иди. Оставь это нам.

Плечи Фиры поникли, она развернулась и медленно побрела прочь. Подошла к спуску с холма, не оборачиваясь, пробубнила: «Не задерживайтесь», и побежала вниз.

– Ну что, – Вейрон ударил Райкоса по спине. – Готов размозжить пару черепов?

– Боюсь, на паре я не остановлюсь, – усмехнулся напарник.

– Ладно. Я возьму левый фланг. Вон до того оврага и, давай, от этой большой сосны. А ты тогда направо.

– Добро, – серьезно кивнул Райкос и полез в сумку. – Возьми, – он протянул Вейрону две дымовые шашки. – В открытом бою они мне не к чему, с моими-то способностями, – юноша имел связь с Брумом, духом воздуха и воды.

– Ну, погнали.

Ребята стали расходиться в разные стороны. Вейрон на ходу разбирал свой меч. Недалеко уже слышались перекрикивания солдат, и в большем отдалении – рев циркулярной пилы.