Цитаты из книг автора «Евгений Стырин»

Пятое отличие связано с достаточно высокими входными барьерами при создании КЦП. Как правило, этап запуска платформы наиболее ресурсоемкий. Частным компаниям приходится не только кардинально трансформировать бизнес-модель, но и одновременно конкурировать на рынке с другими платформами при достаточно ограниченном на первом этапе количестве поставщиков и потребителей платформы.

Четвертое отличие состоит в наличии организационных барьеров в органах власти при создании платформ. Органы власти менее подготовлены к инновациям из-за слабо развитой в государственном аппарате организационной культуры инноваций. Инновационные изменения требуют изменений в организационной культуре [Fountain, 2001; Margetts, Dunleavy, 2002; Meijer, 2015]. Другим барьером для осуществления инноваций при организации партнерских отношений и сотрудничества могут стать низкий уровень навыков сотрудников, политической и административной поддержки, отсутствие координации усилий различных ведомств и подразделений [Meijer, 2015; Chen, 2017]. Специфическими факторами для организаций государственного сектора при цифровой трансформации являются жесткая необходимость соблюдения нормативных требований и степень централизации [Kolasa, 2017]. Преимущества получают те ведомства, которые успешнее взаимодействуют с другими организациями, коммерческими партнерами, накопили опыт совместной реализации цифровых проектов. При этом могут возникнуть риски потери управляемости в партнерствах, обусловленные, с одной стороны, сложностью и амбициозностью задач, которые призвана решать ГЦП, а с другой – потенциальными конфликтами интересов между выбранным подрядчиком, оператором ГЦП и органом власти, владельцем ГЦП.

Третье отличие заключается в масштабах и скорости проектирования платформы и вывода решения на рынок. ГЦП будет проектироваться гораздо медленнее в соответствии с принципами «Good Governance», требованиями действующего законодательства и т. д. Для коммерческого сектора необходимые организационные изменения происходят быстрее, требуют лидерства со стороны руководства компаний и существенно меньшего количества формальных инструкций и директив.

Второе ключевое отличие государственных и коммерческих платформ – в используемых механизмах монетизации. При создании ГЦП проще организовать модель монетизации посредством принуждения пользователей к оплате либо сокращения издержек поставщиков услуг. Возможна модель, при которой платформа компенсирует отдельные операционные издержки поставщикам услуг (например, оплата госпошлины, дополнительных сервисов, которые не входят в «обязательный пакет», и т. п.). Очевидно, что коммерческие платформы отличаются большим разнообразием финансовых моделей монетизации (например, плата за доступ на платформу, фримиум-модель, модель потранзакционной оплаты и др.). Поэтому для определения вариантов монетизации на ГЦП в каждом конкретном случае требуется специальное обоснование. При этом запуск государственных цифровых платформ должен быть экономически оправдан прежде всего как инвестиции государства: либо платформа становится самоокупаемой на ее содержание и оплату услуг партнеров, либо существенно сокращает издержки отраслевого взаимодействия для всех участников. В любом случае важно иметь механизмы расчета эффектов от внедрения платформы, а также публиковать результаты оценки эффектов. И если для бизнеса подобная работа может представлять коммерческую тайну, то для ГЦП данный критерий должен быть публичен и понятен обществу – и налогоплательщикам, и пользователям.

первое ключевое отличие ГЦП от КЦП заключается в различии подходов к оценке сетевых эффектов платформ. В отличие от коммерческих компаний, которые с помощью цифровых платформ максимизируют прибыль и (или) стремятся захватить максимальную долю рынка, для государственных платформ важно оценивать рост общественной ценности (public value) для всех участников взаимодействия.

Цифровые технологии, как и многие другие технологические инновации, заимствуются чаще всего из бизнеса. Если рассматривать государственные и коммерческие платформы как инструменты цифрового взаимодействия поставщиков товаров (услуг) и потребителей, то различия между ними несущественны: так же принципиальна общая нацеленность на решение конкретных проблем ключевого взаимодействия, алгоритмизация которого должна быть выгодна для всех участников; важнейшим стимулом к внедрению платформ является стремление к сокращению транзакционных издержек; то же влияние сетевых эффектов. Однако между государственными и коммерческими платформами существует целый ряд различий как в механизмах и целях внедрения, так и в организационно-правовых вопросах их создания и функционирования. В данном разделе выделим наиболее важные из них, опираясь на четыре основные функции платформ, которые определил А. Моазед [Моазед, 2019]: 1) привлечение аудитории; 2) координация; 3) предоставление инструментов и сервисов; 4) определение правил и стандартов.

инклюзивные экономические институты – это те, которые позволяют и поощряют участие больших масс людей в различных видах экономической деятельности, где достигается наилучшее использование их талантов и мастерства и предоставляется возможность делать тот выбор, который они желают. Чтобы быть инклюзивными, экономические институты должны гарантировать предоставление общественных услуг, которые создают ровное игровое поле, где люди могут обмениваться и заключать контракты; они также должны разрешать вход новых бизнесов и позволять людям выбирать их карьеры [Аджемоглу, Робинсон, 2015]. Именно платформы можно рассматривать как социотехнологические системы, которые возникают и развиваются в процессе взаимодействия технологий, пользователей и политиков

мы определяем платформизацию как ключевое направление для дальнейших цифровых реформ госсектора. Создание платформенной модели в госуправлении должно содержать комплекс организационных, технологических, правовых мер по формированию взаимосвязанной системы договоренностей, правил и стандартов, стимулирующих обмен ценностями между различными группами, потребителями и поставщиками в рамках экономики совместного использования. Способом реализации платформенной модели на основе использования инфраструктуры хранения, передачи данных, Интернета и цифровых технологий идентификации пользователя, анализа больших данных, машинного обучения и является цифровая платформа как технологический программно-аппаратный комплекс.

С внедрением государственных цифровых платформ изменяется и этика принятия решений. Данные, создаваемые на платформах, позволяют понять об объектах управления гораздо больше, и они становятся открытыми для участников взаимодействия. В свою очередь, повышение безопасности и прозрачности данных вынуждает больше ресурсов тратить на их сбор и мониторинг. Поэтому формирование нового платформенного мышления госслужащих мы считаем сильнейшим организационно-культурным стимулом для повышения качества предоставляемых гражданам государственных услуг, поскольку в этих условиях оно зависит от успешной интеграции и взаимодополнения коммерческих и государственных сервисов.

Запуск государственных цифровых платформ потребует от органов власти серьезных организационных изменений как во внутренних процессах, так и во взаимодействии с референтными группами. При этом с учетом новых функциональных возможностей платформ должно измениться и само содержание деятельности госслужащих, что, в свою очередь, потребует от руководителей госаппаратов системной работы по адаптации организационной культуры к изменениям в регулировании и управлению отраслью на основе цифровых платформ. Госслужащим предстоит научиться работать с аналитикой данных и принимать решения, основанные на данных. Для этого необходимо будет научиться «доверять» технологиям, т. е. использовать подходящие инструменты и алгоритмы для решения поставленных задач.