Тимофеев сразу же набрал сообщение своему давнему знакомому и напарнику Матвею Николаеву:
«Приходи ко мне домой. Срочно! Будет тебе еще одно раскрытие».
Тот пообещал явиться в ближайшие полчаса. Петр ответил, что будет ждать.
Тем более, что занятий хватало и без лейтенанта. Детектив привел закладчика домой, благо, последний не сопротивлялся. Оно и понятно: перспектива попасть в полицию с «весом» его совсем не грела.
В квартире Тимофеев сразу приковал гостя наручниками к батарее.
– Чтобы не было желания сбежать, – пояснил он и достал у закладчика из кармана телефон.
Потом написал знакомому хакеру:
«Надо взломать чужой телефон. Отследить контакты, перемещения и иную активность. Прямо сейчас».
Тот ответил молниеносно:
«Сделаем. Но учти, работа сложная. Дружба дружбой, но сатоши вперед».
Детектив знал эти слова. Без лишних уточнений он открыл криптовалютный кошелек и посмотрел. На балансе оставалось 0,167 биткоина. Тимофеев перевел всю сумму и отписался в мессенджер:
«Работаем».
В этот раз ответа пришлось ждать чуть дольше. Наверно, хакер входил в кошелек, проверял баланс и последние поступления. Либо обдумывал план дальнейших действий.
Наконец пришел ответ:
«Слушай, придется созвониться. Знаю, ты это не любишь, но текстом я замараюсь писать».
Тимофеев ответил согласием.
****************************************************************
Прибыв на место, лейтенант Николаев сначала переволновался из-за открытой двери в квартиру. По всем законам детективного жанра и по практике тоже, это говорило только об одном: внутри труп. Возможно, даже несколько.
На деле перед ним предстала необычная картина. Тимофеев сидел за компьютером в больших наушниках, держал в руках телефон и говорил во встроенный микрофон рубленые фразы:
– Да…. Сделал…. Нажал… Вижу…. Да.
Возле батареи сидел парень, прикованный к металлической конструкции наручниками. Он был в сознании, выглядел слегка побитым, но, судя по глазам, смирился со своим положением.
– Что тут происходит? – спросил Николаев.
Тимофеев поднял вверх указательный палец левой руки, призывая к тишине. Лейтенанту пришлось ждать.
– Понял… Хорошо… Держи в курсе, – проговорил Петр, снял наушники и, наконец, обратил внимание на гостя, – Объясняю, зачем я тебя выдернул.
И детектив начал подробный рассказ. История полностью повторила ту, что услышал подполковник Завьялов, с небольшими уточнениями.
– Сегодня удалось захватить курьера. Вот он, у батареи, – Тимофеев кивнул головой назад, – Только что мы установили ему на телефон программу удаленного доступа. Сейчас мой хакер выгрузит все данные о перемещении смартфона, находящихся рядом устройствах и диалоги из мессенджеров, а также всю возможную информацию о пользователях и контактах. Но на это нужно время.
– Хрена себе! А я тебе зачем?
– Все просто. Задам ему пару вопросов, а потом можешь забрать клиента и оформить его по статье 228 УК.
– Какой оформлять? – подал голос закладчик, – Вы же обещали…
– Я предложил выбор, куда пойти сначала. Сдать преступника полиции я обязан по закону, – парировал Тимофеев и снова вернулся к Николаеву, – И проследи, чтобы он написал заявление на тех молодчиков, которые его поколотили. Позднее приду и дам свидетельские показания.
– Что за молодчики?
– Активисты «Города без наркотиков». Втроем избивали нашего клиента. Так что тут полный набор: группа лиц, предварительный сговор, ненависть к определенной социальной группе как мотив. Тебе зачтется, товарищ с новым званием.
– Это то да, – лейтенант задумался и рефлекторно почесал макушку, – Ну, задавай свои вопросы.
Тимофеев повернулся к закладчику, посмотрел ему холодно в глаза и проговорил:
– Вопрос только один: где взял наркотики?
– Из тайника, – выпалил тот.
– Местоположение тайника.
Закладчик сначала не хотел отвечать. Лейтенанту пришлось вставить классическое:
– Говорите! Это в ваших же интересах. На суде зачтется.
– Ладно, – буркнул парень и отвел взгляд, – В спорткомплексе на Космонавтов. Раздевалка в правом крыле. Там батарея у окна. За ней, батареей, есть дыра в стене. В ней лежал моток, уже расфасованный на дозы. Я взял ровно семь. Внутри еще много осталось.
– Спорткомплекс на Космонавтов. Помнишь это место, Петр? – спросил Николаев.
– Дело отравленной волейболистки. Помню, – Тимофеев сделал паузу, – Интересно получается: наркоторговля фактически цветет в логове здорового образа жизни. Отвези нашего подозреваемого и потерпевшего в одном лице…
После паузы детектив добавил:
– А я проверю информацию и позвоню, если подтвердится.
На том, казалось бы, и сошлись, но возникла проблема: лейтенант не взял с собой наручники. Тимофеев предложил одолжить его браслеты, предупредив, что они были куплены в секс-шопе, следовательно «качество может быть ниже полицейских аналогов».
Лейтенант заверил, что это не проблема, и предупредил задержанного о последствиях вероятного побега. Тот не возражал, а также подтвердил желание написать заявление на избивших его активистов.
Тимофеев прислал Николаеву фото паспорта Сергея Корицкого, объяснив, что это один из участников нападения.
Напоследок детектив посмотрел на часы. Рабочий день был в самом разгаре. Посовещавшись с напарником, он решил, что ехать за кладом лучше всего вечером.
– Логично. Сейчас там дети занимаются, а я не полицейский при исполнении и не веду уголовное дело, – подумал вслух Тимофеев, а потом спросил у закладчика, – Еще кто-то должен сегодня прийти за дозой?
– Вроде нет. У нас там сложная логистика, подробнее изложу на допросе. Но, если вкратце, то этот тайник условно «мой».
Напарники отметили, что закладчик успокоился и начал мыслить здраво, а также говорить связно.
Выпроводив гостей, Тимофеев прикинул. Хакер, по его словам, будет возиться минимум часов шесть. Осталось уточнить график всех занятий в комплексе, но и тут проблем не возникло. Охранник, чей контакт остался со времен дела волейболистки, сначала прислал фотографии с расписанием секций, а потом текстом уточнил, что сегодня до 20:00 будет индивидуальная тренировка у некой Ольги Кононовой, которая работает там тренером по легкой атлетике.
«Значит, поеду в девять вечера», – рассудил Тимофеев и решил поспать, пока есть возможность.
«Еще кружок и можно заканчивать», – подумала Оля.
Тренеры, как известно, не играют. Но поддерживать себя в форме все же надо, поэтому раз в неделю девушка себе устраивала небольшую индивидуальную тренировку: отжимания, подтягивания, планка и, как вишенка на торте – бег три километра.
Обстановка для этого самая что ни есть располагающая: изолированное крыло, где вечером нет людей, музыка в блютуз-наушниках и любимые кроссовки. Все, что нужно для настроя на нужный лад.
Последние метры прошли под трек «Stressed Out» группы «21Pilots». Финишировала Оля как раз на припеве:
Wish we could turn back time to the good old days
When our momma sang us to sleep but now we're stressed out.
Остановка, одышка. Волосы слиплись, капельки пота скатываются с подбородка на грудь. Костика эта картина возбуждала.
«Нет! К черту Костика!».
Вытерев лицо полотенцем, Ольга посмотрела на часы. Ровно 20:00. Дальше по плану: сходить в душ, высохнуть, сходить в ближайшую кофейню за стаканом кофе и ждать Федора Х.
Девушку терзали смутные предчувствия. Вряд-ли он одобрит ее желание выйти из «дела». Разговор точно будет тяжелым. Но в каком ключе? Что предпримет влиятельный дядя? Будет угрожать, шантажировать или умолять? Предугадать заранее нельзя.
Одно Оля решила для себя четко: деньги ему она не вернет, если тот потребует. Скажет, что потратила. И пусть делает, что хочет.
Хотя нет. Стоило подумать о младшем брате Пете. Хоть ему и 17 лет, но для Оли он все еще оставался картавым недотепой в смешной кепке с пропеллером, который не может выговорить букву «С». Его постоянные «Шпашибо», «Шпорт» и «Штакан» в детстве смешили всех. Но сейчас…
Да и родители будут переживать в случае чего. Хватило им расставания с Костей и всех потрясений, связанных с последствиями того разрыва.
Нет, деньги лучше вернуть. Спокойствие близких важнее.
Оля продолжила думать уже в душе. Струи воды, упавшие на тело и голову, окончательно остудили сознание и настроили на рациональный лад.
«Буду беседовать осторожно, без провокаций и истерик. Возможно, мы и договоримся. Он говорил, что помнит добро. Вот и проверим», – подумала Кононова.
Высохла девушка быстро, полотенце оставила сушиться в душевой. Немного подумав, решила не собирать волосы в хвост или пучок, оставив распущенными.
Далее Оля подошла к своей сумке, достала из кошелька банковскую карту, сняла с крючка штаны и…
Произошло странное.
Кто-то зажал ей рот рукой. Оля испугалась, ведь шагов она не слышала. Да и вообще была уверена, что находится в раздевалке одна.
Потом сильная рука в черной кожаной перчатке резко запрокинула ей голову, обнажая шею. Перед глазами появился потолок. Белый, но не идеально. Пара серых трещин все же прослеживалась, хотя по документам «ремонт был проведен в соответствии с планом».
А затем резкая боль.
Боль в горле.
Острая.
В детстве Кононова часто болела всем, чем только можно болеть в том возрасте. Один раз даже заразилась трахеитом, перешедшим в бронхит. Два месяца на больничном, еще 40 дней освобождения от физкультуры. Тогда тоже горло и легкие болели страшно. Но…
Не так!
Ощущения были слишком острые. А еще совсем невозможно вдохнуть. Да и во рту копится какая-то жижа.
Рука резко дернулась к горлу и вляпалась во что-то вязкое.
Колени подкосились. Оля глянула на ладонь, упавшую на скамейку. Там было красное пятно.
Кровь.
Девушка так до конца и не поняла, что ей только что перерезали горло. Причем профессионально, шансов выжить практически никаких. Остались лишь секунды, в которые можно что-то увидеть.
Вот только никому об этом не расскажешь.
Кононова ударилась головой о скамейку и упала на спину. Картинка перед глазами размывалась, а потом совсем потемнела.
Легкое дуновение ветра. Ее перевернули на живот.
Темнота смешалась с кроваво-красным пятном. Оно выползло снизу, постепенно разрастаясь и занимая собой все новые и новые пространства.
Издав последний хрип, 25-летняя Оля Кононова затихла и погрузилась в темноту.
Навсегда.
Тимофеев проснулся по будильнику ровно в 20:00. Сразу проверил уведомления.
Два сообщения в мессенджере:
«Все сделано. Явись завтра по возможности для дачи показаний. Задержанный написал заявление», – от Николаева.
«Дело затянется. Материала масса», – от хакера.
– Все ясно, – проговорил Тимофеев вслух, – Из дел только забрать груз и незамедлительно отвезти Завьялову.
Далее Петр сделал кофе, залил его в недавно купленную термокружку и отправился во двор к машине. Ехать 10-15 минут, пробок в такое время быть не должно. Благо спорткомплекс расположен недалеко от центра города, а ближайший путь идет по малозагруженной трассе.
Тимофеев ехал, по пути попивая кофе, который он сам называл «пища для мозгов». Все же научные аргументы в пользу чая ничто по сравнению с привычкой.
Привычки – явление иного порядка. Это не эмоции, а этакий «программный код» человека, свойственный даже психопатам со справкой.
Машин практически не было. Конечно, кто-то ехал домой, но работяги не стали преградой. В отличие от светофоров.
Первые настоящие трудности начались возле спорткомплекса. Проезд загородили две крупных машины: «скорая помощь» и катафалк. Пришлось парковаться во дворе.
«Это не спроста», – подумал Петр.
Тем не менее, детектив решил пройти в здание комплекса. На пороге он встретил охранника, который нервно курил.
– О, это вы! – воскликнул мужчина вместо «здравствуйте».
– Да, это я. Что случилось?
– Убийство, товарищ детектив. Тренера нашего, Оленьку порезали. Жаль… Хорошая была девочка.
– Я пройду? – спросил Петр.
– Да, пожалуйста! Только там балом правят другие….
Тимофеев не дослушал. Он поспешил на вход, кивнул патрульным и направился внутрь.
«Не факт, что убийство произошло именно там, где расположен тайник», – подумал он.
Петр шел по озвученному закладчиком маршруту. Помогли и полученные ранее знания, из которых сделан вывод, что раздевалок на первом этаже немного.
Того, что тайник мог находиться на другом этаже, Тимофеев не допускал. Раз подозреваемый не дал соответствующих уточнений, вывод прост: цель находится на первом уровне. Да и это логично. Меньше «палева», меньше шума, меньше…
Из размышлений детектива вывел патрульный. Он холодно проговорил:
– Стоять! Проход на место преступления гражданским лицам запрещен.
«Все же убийство произошло именно там», – подумал Петр, после чего предъявил удостоверение и произнес:
– Частный детектив Петр Тимофеев, добровольный помощник полиции. У меня есть оперативная информация, которую необходимо донести до криминалистов. При наличии сомнений имеете право уточнить информацию лично у подполковника Завьялова.
Патрульный постоял неподвижно, делая вдохи и выдохи строго через нос.
«Активный мыслительный процесс», – отметил Тимофеев.
Наконец полицейский изрек:
– Проходите, но будьте аккуратны.
Петр прошел. В дальнем углу помещения он заметил сидящего на корточках криминалиста, стоящего у него за спиной оперативника и еще несколько членов группы, в чьи функции вникать не хотелось.
– Здравия желаю! – громко произнес Тимофеев.
Оперативник аж дернулся, а криминалист сохранил спокойствие:
– Тимофеев? Что тебе надо?
– У меня есть оперативная информация, – ответил он и подробно передал слова закладчика, связанные с детальным описанием схрона.
Пока криминалист искал за батареей тайник с наркотиками, Тимофеев рассмотрел тело. И сделал несколько снимков на смартфон. Привычка.
Девушка, шатенка, лет 23-30 на вид, лежала на животе. Вокруг головы образовалась лужа крови, что указывало сразу на несколько вероятных способов убийства: ранение шеи и/или груди, перерезанное горло, ранение лица. Один глаз был открыт и смотрел куда-то в бок. Словно погибшая пыталась напоследок проследить за своим убийцей.
Петр пригляделся к лицу и испытал странное, незнакомое ранее чувство. Словно его укололи в висок.
Он уже видел ее. Пару месяцев назад Тимофеев приходил в спорткомплекс опросить свидетеля по гражданскому делу. Проходя мимо манежа он увидел девушку, которая что-то увлеченно объясняла окружающим ее детям.
Они не встретились взглядами, не разговаривали и даже не знали имен друг друга. Тимофеев просто зафиксировал картинку и тут же отмел ее, как информационный шум.
Теперь воспоминание вернулось. И не объяснило, что с ним делать.
– Есть контакт, – с нажимом произнес криминалист, вытаскивая из-за батареи что-то.
– Помощь нужна? – спросил оперативник.
– Подхвати. Боюсь, я смогу только вытянуть.
Тимофеев наблюдал за процессом, отбросив странное воспоминание. Криминалист медленно вытягивал пакет, который цеплялся за неровности внутри дыры. Опер держал руки чуть ниже, ладонь-к-ладони, готовясь поймать неизвестное содержимое.
Наконец в импровизированную ловушку упал крупный пакет. Неизвестный сотрудник подошел и подстветил содержимое фонариком.
– Извините, – прозвучал голос позади Тимофеева, после чего детектива грубо подвинул человек с видеокамерой, бросившийся снимать находку.
О проекте
О подписке
Другие проекты