Цитаты из книг автора «Евгений Понасенков»

энергию на опровержение заведомо бредовых теорий и пропагандистских мифов, я вспоминаю элегантно точные строки автора стихотворений о Наполеоне и Бородине М.Ю. Лермонтова:

в стане французской армии были вполне светскими: солдаты и офицеры рассказывали друг другу

что же: теперь мы вплотную подошли к описанию прославленного Бородинского сражения (или, как его называют, во Франции – к битве у Москвы-реки: фр. Bataille de la Moskova). Когда Кутузов прибыл к армии в Царево-Займище, то М.Б. Барклай де Толли уже выбрал позицию для решительного боя. Многие участники войны 1812 года (среди них – А.П. Ермолов, М.А. Фонвизин, А.Н. Муравьев) и серьезные исследователи (М.И. Богданович, В.И. Харкевич, Н.П. Поликарпов) считали ее выгодной. Да и сам Кутузов вначале «нашел позицию выгодной и приказал ускорить работы» по ее укреплению, но затем совершенно неожиданно велел оставить ее «как невыгодную».[947] Возможно, Кутузов не хотел делить с Барклаем славу выбора позиции для

отрицательной. Петр Иванович Багратион писал генерал-губернатору Москвы Федору Васильевичу Ростопчину: «Хорош и сей гусь, который назван и князем и вождем! Если особенного повеления он не имеет, чтобы наступать, я вас уверяю, что тоже приведет к вам… Теперь пойдут у вождя сплетни бабьи и интриги». Кстати, еще в 1811 г. Багратион предупреждал военного министра Барклая де Толли, что «Кутузов имеет особенный дар драться неудачно». Михаил Андреевич Милорадович назвал нового командующего «низким царедворцем»,[923] а генерал Дмитрий Сергеевич Дохтуров «отвратительным интриганом».[924] В письме к жене Николай Николаевич Раевский лаконично замети

Приведем некоторые факты из истории борьбы крестьян Нижегородской губернии. Восставшие крестьяне Сергачского уезда послали делегацию в Петербург «с мирским приговором для исходатайствования им вольности». А

профессор) написал книгу «Классовая борьба в период Отечественной войны 1812 г.», однако был получен фактический запрет публиковать ее в СССР. Она и до сих пор не опубликована, потому что в ней исследователь открытым текстом цитировал сотни архивных документов всех краев и областей страны, которые повествовали о восстаниях крестьян против российских властей, о многочисленных боях (!) крестьян против русской армии. По моему мнению, уже той книги хватило бы для того, чтобы сделать вывод о наличии в России в 1812 году гражданской (крестьянской

Продолжим. Возможно, самое страшное и растянутое во времени событие и преступление 1812 года – это выжигание российскими властями и армией собственных городов и деревень. Фактически это был геноцид собственного народа – страшное преступление перед лицом Истории. Даже официальный царский историограф Русской кампании, адъютант М.И. Кутузова А.И. Михайловский-Данилевский свидетельствовал: «Мы не помним ни одного вечера, в который бы не видели по захождении солнца зарева зажженных городов и селени

Вообще же нельзя сравнивать интеллект и его решения несоразмерных величин. Вы можете заставить не одного, а тысячу научных сотрудников и авторов диссертаций «думать» – но это количество никогда не поймет иное КАЧЕСТВО. А далее – читаем работы нейрофизиолога С.С. Савельева (хотя его работы и содержат ряд неточностей, но базовая концепция, уходящая корнями в достижения

Крупнейший историк девятнадцатого века по эпохе Наполеона, умный и проницательный Л.А. Тьер так характеризовал произошедшее: «Для нас, французов, не могло случить

Бородинская битва»: он представляет собой жалкое зрелище. Проваливающиеся плиты перед входом уже несколько месяцев огорожены веревочкой на палочках («вдруг какой иностранец провалится – скандал будет», – прокомментировал мне эту ситуацию сотрудник); некоторые облицовочные плиты фасада рухнули, здание проседает и от этого натягивается проводка (что весьма опасно), само полотно Ф.А. Рубо (1856–1928) требует очередной реставрации и перетяжки. Однако нерадивое отношение ответственных чиновников к зданию компенсируется невниманием посетителей: их я заметил всего несколько на все огромное