, от которого она уже не оправилась. Армия М.И. Кутузова была тогда обескровлена – и на следующем этапе кампании (хотя, по сути, «этап» был все время одинаковый – русские отступали, а Наполеон владел инициативой) уже не могла вести активной деятельности. Вспомним, что писал о прошедшей баталии генерал Н.Н. Раевский А.Н. Самойлову еще 19 сентября: «Мой корпус, бывший в первой линии, до тех пор держали, пока его истребили. Мы ретировались до Москвы… войска в упадке духа, укомплектованы ратниками с пиками (вынужденная мера из-за колоссальных потерь регулярных частей – прим. мое, Е.П.), хлебом в своей стране нуждаемся (потому что, во-первых, бедная крепостническая страна, во-вторых, крестьяне часто не желали помогать русской армии, в-третьих, никаких продуманных планов глубокого отступления изначально не заготавливалось – прим. мое, Е.П.), раненых всех бросили, бродяг половина армии (хороша армия православных «патриотов» – прим. мое, Е.П.), капитаны командуют полками (в связи с тем, что старших офицеров убили в бою – прим. мое, Е.П.). Чем все сие кончится, не знаю и придумать не могу. Естли заключить мир, то он будет постыдной».
