6 Тоорн

Робот резко выскочил из—за угла. Алиссер ударил по стволу его орудия левой рукой, уводя огонь от себя, а правой сильно зарядил ему в грудь. Робот отскочил к стене и упал на пол. Боец взял большую винтовку с пояса, ухватил ее двумя руками и упер в правое плечо. Слегка пригнувшись и присев в коленях, он вошел в дверь. Пара железных человекообразных машин резко повернулась в его сторону. Два быстрых выстрела, и они лежат на полу, а во лбах мигают синие глушилки. Следующая дверь и три противника. Два падают мгновенно, третий успевает выстрелить, но боец перекатывается вправо и обезвреживает его. На защитном щитке левой ноги остается желтая царапина. Последняя комната с пятью противниками. Алиссер стреляет в двоих и прячется за косяком. Роботы бесшумно расходятся по комнате и скрываются за укрытиями. Рука тянется к поясу и достает небольшую гранату. Еле слышное шипение и она катится в середину комнаты, создавая густой дым. Алиссер активирует тепловой сканер. Теперь на лицевом щитке перед глазами отображаются температурные метки целей. Перекат вправо от двери, и он рядом с роботом. Алиссер захватывает его правой рукой, а левой стреляет по температурным целям. Костюм выдает предупреждение о большой нагрузке на левую руку. Он продолжает стрелять и обезвреживает двух противников. Последний, барахтающийся в мощных руках, отключается с кнопки на груди. Он вешает оружие на пояс и ждет команды.

— Долго и как—то неловко, боец Тоорн. Займите место в строю, — оповещает громкий мужской голос. Алиссер опускает робота на пол и выходит из тренировочного помещения. Привода его костюма тихо шипят, амортизируя вес. В ангаре установлено десять помещений без крыш и из некоторых слышны звуки тренировки: удары, стук и стрельба. Напротив, выстроены двумя рядами бойцы в серых со вставками белого костюмах, делающих их гигантами. Огромные руки, ноги и таз защищены металлическими пластинами, грудь выпирает вперед. Справа закреплена винтовка, слева на поясе небольшой пистолет. За прозрачными забралами видны спокойные лица.

— Боец Алиссер Тоорн — удовлетворительно. Вы можете лучше, — говорит громкий голос. Алиссер занимает свое место в строю.

Последний боец проходит испытание, возвращается в строй, и они направляются в зону хранения костюмов. По длинному и узкому помещению гиганты проходят одной шеренгой, выстроенные в порядке следования камер хранения. Каждый подходит к своей камере и заходит в нее, поворачиваясь лицом к входу. Грудь костюма раскрывается, поднимаясь вверх, паховая область откидывается вниз. Присоска с характерным звуком отходит от позвоночника, Алиссер вытаскивает руки и пару секунд разминает. Затем вытаскивает правую ногу и ставит на небольшую ступень, распложенную на откинутой паховой области костюма. Держась за ручку на внутренней стороне камеры, он вытаскивает левую ногу и спрыгивает на пол босыми ногами и в одних подштанниках. Высокие кожаные ботинки стоят в камере слева, там же висит серая казарменная форма, с двумя металлическими, бронзового цвета, полосками на плече — знак отличия замкомвзвода, а поверх нее небольшая фуражка.

Бойцы строятся в одну шеренгу и покидают зону хранения через дверь на противоположной входу стороне. Построившись в четыре колонны, они ожидают прихода командира. Алиссер стоит первым в первой шеренге. Небольшое серое помещение с белым потолком освещает солнечный свет, льющийся из панорамного окна, по правую руку от Тоорна. Спереди большая дверь—шлюз, расчерченная по диагонали линией, а слева четыре обычных, черного цвета и с маленькими окошками сверху. Под окошками белые цифры номера помещения.

— Зверь тебя загрызет сегодня, — шепчет ему Прит, стоящий прямо за ним. Он чуть меньше Алиссера ростом и телом. Формально на один сантиметр, но в плечах Тоорн шире, поэтому, если колонна стоит ровно, за ним никого не видно. А вообще их взвод собран из бойцов с сильно похожими комплекциями. Миротворцы (костюмы) изготавливаются партиями от тридцати штук, и для удешевления, а они очень ресурсозатратны в производстве, подбираются роты примерно схожих по комплекции мужчин. Хотя подбираются это громкое слово, точнее будет сказать: Кровь подбирает, сама, почти без помощи человека.

Алиссер хочет ответить на предположение товарища, но вовремя останавливается — из двери с надписью «222» выходит огромный мужчина с каменным лицом. К счастью капитана Николая Карпинса, прозвали Зверем не за нрав и характер. Кличку придумали офицеры, за буйную растительность, охватывающую все тело ниже шеи. В казармах ничего не скрыть, поэтому все солдаты между собой его называли только так. На нем, как и на всех остальных, серая форма, высокие сапоги и фуражка. Сапоги блестят, как и лицо, а небольшие звезды на плечах отливают красным. Гигант за пять шагов доходит до взвода и поворачивается к ним лицом.

— Все плохо. Показатели ниже средних, — он все время смотрит в глаза Тоорну. — Служитель говорит, что мало тренируете сопряжение, так что боец Тоорн, все в ваших руках, — его громкий, четкий голос разлетается во все стороны, отражаясь эхом от стен.

— Слушаюсь, товарищ капитан, — быстро говорит Алиссер.

— Сейчас обед, затем два часа отдыха и тренировка тела. Боец Тоорн после обеда ко мне в кабинет.

— Слушаюсь, товарищ капитан.

— Руководи, я пошел, — капитан резко поворачивается и идет в туже дверь под номером «222».

Взвод направляется в столовую, минуя дверь—шлюз. Алиссер командует передвижением и двадцать восемь человек шагают как один. Эхо команд и чеканного шага отдается от стен длинного широкого коридора, затем они выходят на улицу и следуют в трехэтажное округлое здание. Дорожка отлита из бетона, а по краям выпирает серый бордюрный камень. За камнем ровный, темно—зеленый газон, небольшие кусты дикой ягоды и множество стреловидных деревьев, напоминающих пирамидальный тополь. Зимы здесь теплые, но очень снежные и кусты этой дикой ягоды расцветают одними из первых. Голубоватые цветы издают еле слышный сладковатый запах. Деревья не цветут, но выбрасывают сережки, как березы. Травянистый запах сережек смешивается с запахом голубоватых цветов, что в купе дает прелестный аромат.

Тоорн родился на сельскохозяйственной планете в Двенадцатой. Его городок располагался в северной части планеты. Климат там более суров и парню пришлось привыкать к очень теплому лету. Поначалу он сильно потел, пару недель его тошнило. Стояла середина лета, и дневная температура не опускалась ниже тридцати пяти градусов по Цельсию, а ночная ниже двадцати пяти. Форму ему выдали просторную, как и всем, а фуражку строго настрого запретили снимать на открытом для солнца пространстве. Местное светило поливало обильным жаром, и заработать удар труда не составляло. Акклиматизировавшись, ему стало легче, но ночной прохлады родной планеты недоставало. Мальчиком Тоорн привык играть по вечерам на улице, натянув на себя кофту. Затем игры заменились общением со сверстниками и тренировками. Свежий, слегка пряный воздух помогал перенести физические нагрузки. Алиссер к семнадцати годам стал силен. Бег, турники, подвижные игры и тренажеры сделали тело гибким, прыгучим и улучшили координацию. Хотя первые месяцы службы мышцы все равно ныли, после тяжелых нагрузок. Здесь он в первый раз посетил баню. Небольшое двухэтажное строение с пятью парилками человек на десять, рядами душевых, двумя большими теплыми бассейнами и одним с ледяной водой. В теплых — раз в неделю проходили тренировки. В холодный — он погружался после парилки. После данной процедуры боль в мышцах пропадала или значительно ослабевала и тело расслаблялось.

Здания на этой планете строились с толстыми, утепленными стенами и летом в них было прохладно, даже без кондиционеров. Зимой включалось паровое отопление, но ввиду грамотного конструирования стен, теплый воздух из отверстий у пола ели дул — без него было и так тепло. Снег с дорог приходилось вывозить, а не плавить реагентом, как на его родной планете, что тоже было в новинку. Они счищали его в большие кучи, а снегоуборочный корабль сжимал из него большие кубы и вывозил на заранее отведенные под это дело поля. Тоорна поставили управлять одним из таких кораблей. Вторым пилотом был Прит. Прит родом с Земли — РОФГ — 1 — 1 — 1 — 1 — 3. Он много рассказывал про суровую колыбель человечества. Большие города там располагались в северной части планеты. Все пригодные для сельского хозяйства территории были вспаханы и засажены. Его отец работал пилотом. Перевозил грузы с орбиты на поверхность и обратно. Прит, бывало, летал с ним и был счастлив. Большинство людей работало вахтой — сто восемьдесят дней на девяносто, но его отцу повезло, говорил он, почти каждый вечер проводить дома с семьей. Отец Алиссера работал вахтой на одной добывающей планете в Десятой. Дорога до дома занимала почти шесть дней, благо дом располагался в сутках прыжка от РОФГ. Тоорн не разделял радости Прита по поводу работы на той же планете, где и живешь. Он считал, что лучше работать вахтой. Девяносто дней отдыха виделись ему неслыханной щедростью, да и старший Тоорн думал также.

Отец всегда проводил с ним и двумя его сестрами много времени, когда отдыхал. Семья получила большой планетарный перевозчик типа ДНГП — 5104(До орбитальный. Не Грузовой Перевозчик) за пятнадцать лет отцовского стажа работы, и каждый его приезд летала в какое—нибудь красивое и интересное место на планете. Согласовывать перелеты приходилось за две недели, и последние два раза этим занимался Тоорн — мать вышла на работу. Ее Линия Крови позволила ей вернуться к своей трудовой деятельности оператора очистных сооружений. Семья была за нее очень рада — нередко женщины с тремя и более детьми отдыхали до самой смерти, занимаясь домашними делами и общественной активностью. Они понимали, что мать этого не хочет и желание вести нормальную трудовую деятельность заставляло ее грустить. Алиссеру было семнадцать лет, Даниэле — четырнадцать, а младшей Розиэле — одиннадцать, когда позвонили из управления городом. Женщина была несказанно счастлива и благодарила Кровь за эту возможность. Алиссер понимал, что его жизнь будет заметно отличаться от жизни отца и матери. Он миротворец, а значит, будущая жена и дети будут привязаны к планете, на которой он служит, но ему пока всего двадцать, он холост, Кровь бурлит и хочется вписать свое имя в историю цивилизации.