Цитаты из книг автора «Евгений Гришковец»

И не важно, почтовая карета возит письма или стремительный Интернет властвует в мире. Переживания остались теми же. Предательство осталось предательством, одиночество, отчаяние, тоска, надежда… Всё прежнее.

Но когда меня разрывает от тоски, отчаяния, незнания, как и зачем мне жить, когда оттого, что происходит у меня внутри, я не могу даже найти позы, чтобы хоть ненадолго замереть и не испытывать мук… И мне так необходимо в этот момент сообщить кому-то о том, что внутри меня происходит и творится… А я только и употребляю слова: тоска, отчаяние, душа, болит… Я ничего не могу сказать, я никого не могу впустить в себя, ни с кем не могу соединиться. И только позволяю себя жалеть тем, кто видит, что мне плохо, и кому я нужен и дорог. Как же от этого одиноко, как остро ощущаются одиночество, неизбежность и обязательность этого одиночества.

Никто меня не знает и не может узнать, даже если я этого хочу. Даже если мне это необходимо. Просто у меня нет слов, я не знаю, как сказать, что сказать, каким голосом.

Действующие лица Игорь, сорок пять лет, врач с частной практикой. Оля (Лёля), жена Игоря. Ульяна, семнадцать лет, их дочь. Слава, двадцать лет, их сын (не появляется). Валентина Николаевна, мама Оли. Анатолий Васильевич, папа Оли. Бабушка, бабушка Игоря (та же актриса, что и Валентина Николаевна). Дедушка, дедушка Игоря (тот же актёр, что и Анатолий Васильевич). Михаил, первый друг Игоря. Савёлов, второй друг Игоря. Третий друг. Четвёртый друг, бывший однокурсник Игоря. Пятый друг. Ветрова. Сцена первая Квартира. Оля гладит рубашку, подаёт её Игорю. Игорь надевает. Оля продолжает гладить. Параллельно разговаривают. Игорь. Зачем вообще покупать дом? Что мы там будем делать? Только представь себе: просыпаешься среди ночи, хочешь попить и не просто идёшь на кухню, а проходишь весь второй этаж, спускаешься по лестнице, потом через весь первый этаж и только теперь оказываешься на кухне. Пока дойдёшь, ночь закончится. Оля. Ты сейчас про Белый Дом, да? Игорь. Да. Нет. Я просто про дом. Пауза. Оля во время всего разговора тщательно гладит рубашки и вывешивает их на плечики. Игорь. Или заболела у меня голова. Что, я должен через этаж орать: «Лёля, принеси мне лекарство!»? Оля. Неужели самому идти придётся? А это заманчиво. Игорь. Или вот ещё. Опаздываешь ты на работу. Ну, проспала

Не было такого места, где ему стало бы лучше или спокойнее из-за самого места. Мише стало ясно, что во всём огромном городе, во всей колоссальной столице у него нет по-настоящему любимого и дорогого ему места.

Не было такого места, где ему стало бы лучше или спокойнее из-за самого места.

Он любил писать списки дел и задач. Когда дела и задачи были написаны в столбик по порядку, по степени значимости и срочности, они становились более конкретными, менее сложными, более выполнимыми и нестрашными.

План! Да-а-а… Действовать по плану намного легче, чем бездействовать без плана

Кто-то сказал, а кто-то услышал.

две фразы так попали в меня и так что-то во мне уравновесили, что я ощущаю это равновесие как одно из самых важных своих достижений