В те редкие моменты, когда ее сознание не было затуманено транквилизаторами, она проклинала людей, по вине которых оказалась в заточении. Грозилась отомстить тем, кто держит ее в институте. И вам в том числе.
И сколько времени ей понадобится, чтобы прийти в форму?
– Ну, – задумался Дубровский. – Учитывая, что она долгие годы находилась под воздействием лекарств… Дней десять – двенадцать.
– Так мало?
– Она – метаморф, Эдуард Владленович.
Наконец Ирина весьма проворно для своей комплекции упала на колени и закатилась под письменный стол. Марина с разбегу нырнула за диван, чудом втиснулась в узкое пространство между спинкой и стеной и замерла.
Замок оказался очень простым. Марина быстро справилась с ним при помощи обыкновенной заколки для волос.
– Ты настоящий профессионал, – с уважением сказала Ирина. – По тебе тюрьма плачет!
– Типун тебе на язык!
Марина? – озадаченно произнес Панкрат.
Она с разбегу бросилась ему на шею. Андрея прошиб холодный пот.
– Совсем спятила! – прошипел он. – Теперь меня точно уволят!
– Не уволят, – успокоила его Ирина. – Это ее двоюродный брат. Никита о нем много рассказывал, да и я с ним уже знакома.
У Андрея отвисла челюсть. Тем временем Панкрат Легостаев мягко отцепил от себя Марину и поставил ее на ноги.
В группе экспертов Марина, к своему ужасу, увидела Андрея Чехлыстова. Андрей терпеть не мог, когда она совала нос в его расследования, что не мешало Марине продолжать совать нос, просто обычно она делала это так, что он ни о чем не знал.
А где сейчас все ваши пациенты?
– Из сгоревшего блока? Мы разместили их по другим корпусам. Больше никому из них не удалось сбежать, если ты об этом.
– Это радует, – с облегчением произнесла Ирина. – Значит, никто из них не выскочит на нас из-за угла с монтировкой в руках.