– Что это было? – Почти прошептал Талгаро.

– Это называется «голограмма». Изображение того что я видел я могу записать себе в память, а потом воспроизвести. – Кит уже начал досадовать на то что просто не передал им слова судебного секретаря, а воспользовался встроенным в него голопроектором.

– Ты забрал его дух и заставил служить себе, – уверенно произнесла девушка и Кит понял что его последние слова ушли в пустоту.

– Ты могучий чародей, – все также полушепотом объявил Талгаро.

– Э, ребята, стоп. Это никакое не волшебство. Я просто показал вам картинку, изображающую то что я видел.

– Но он был здесь, – возразила девушка, – мы видели его и слышали его голос.

– Это я нарисовал его в воздухе и воспроизвел его голос, – Кит начал уже не досадовать, а крупно сожалеть о своей выходке. – То что я видел и слышал в прошлом я могу показать и дать услышать другим позже, если я это записал. С Касашем все в порядке. Он в Туиле, жив и здоров. Ясно?

Лоя и девушка молчали, пытаясь осмыслить услышанное.

– То есть ты можешь вот так показать все что ты когда-либо видел? – Уточнил Талгаро.

– Не все. Только выборочно, только то что я записал, ну то есть сохранил себе в память со всеми подробностями. – Кит понял что вступает на зыбкую почву. Он будет просто не в силах объяснить им сложные принципы функционирования своей памяти.

Он постоянно анализировал все массивы данных поступающие к нему из внешнего мира и классифицировал по степени важности. Что-то он сохранял просто как текстовые данные, что-то он сохранял полностью, вместе с видеорядом и звуковым сопровождением. Система классификации была весьма разветвлённой и изощрённой, включая в себя и его собственные эмоции и пожелания, а также конечно учитывая интересы его хозяйки.

– Вот, например, суд над тобой, Минлу, я не могу так показать, потому что я хоть и помню все про него, но я не записывал его настолько подробно чтобы я его мог нарисовать в воздухе со всеми деталями.

– Ничего не понимаю, – призналась девушка.

Кит тяжело вздохнул.

– Ну думайте об этом как о портрете. – Устало проговорил он. – Я показал вам несколько портретов Касаша и сопроводил их своим голосом, при этом имитируя голос Касаша. Я думал так будет нагляднее и быстрей.

– Ты показываешь нам свою память, – медленно произнес Талгаро, – это понятно. Кстати мы, лоя, тоже умеем повторять голоса и звуки так что их не отличишь от оригинала. Непонятно как ты заставил Касаша появиться перед нами.

– Это называется «голограмма», – повторил Кит. – В стране где Элен и я живем это умеют почти все. В этом нет никакой магии и вам не нужно бояться. Вы видели когда-нибудь театр теней?

– Конечно, – приходя в себя ответила Минлу, – в Кирме он очень популярен.

– Ну вот, – обрадовался Кит. – Голограмма и есть тот же самый театр теней, где с помощью световых лучей создаются объемные и цветные картинки. И давайте остановимся на этом. Я беспокоюсь за Элен и хочу узнать что вы думаете о том что сказал Касаш.

Слова собаки вернули обоих людей к действительности. Талгаро и Минлу посмотрели друг на друга, решая кто начнет первым. Лоя сделал жест рукой, как бы приглашая девушку вступить в разговор.

Минлу посмотрела на металлического пса.

– Ну что ж, – сказала она, – до Аканурана пять – шесть дней пути, на очень хороших лошадях и с остановками не более четыре-пять часов в сутки. И к сожалению, у судьи несомненно будут только лучшие лошади.

– Акануран это что? – Спросил Кит.

– О, – удивленно воскликнула Минлу, – прости, я просто не знаю что тебе точно известно… Акануран это столица Агрона – королевства в котором мы в данный момент находимся. – Она чуть помолчала, собираясь с мыслями. – А Агрон находится на Шатгалле – так называется вся эта земля, вернее наш мир, ну то есть тот громадный материк на котором мы все живем. Этот материк омывается бескрайними океанами и морями.

– Понятно, – сказал Кит. – А верховный претор это …?

– Это главный негодяй Агрона, – сказала Минлу и покосилась на Талгаро, ибо ее слова были подсудным делом.

– Он глава Судебной палаты – самой могущественной организации в этой стране, – объяснил Талгаро. – В свою очередь сам верховный претор – после короля самый влиятельный человек Агрона.

– А как же королева? – Поинтересовалась Минлу.

– Я не думаю, что агронская королева обладает и десятой долей того могущества, что сосредоточено в руках ее министра правопорядка, – сказал лоя. – Вообще у этого человека много титулов и имен. Зовут его Томас Раушер Халид. Он верховный претор, глава Судебной Палаты, министр правопорядка, первый судья королевства, председатель Собрания веларов, а также он герцог Этенгорский и майдмирэ. – Не дожидаясь вопроса, Талгаро объяснил. – Майдмирэ – это официальный статус претора. В Агроне есть утвержденный королем кво-перечень, который распределяет всех состоящих на государственной службе в зависимости от их должности и аристократического титула по статусам. Майдмирэ соответствует верховному претору с титулом герцога и такой статус только у одного человека.

– Ясно, – сказал Кит. – Похоже этот человек сумел занять все высшие должности этого государства.

– Не совсем, – возразила Минлу. – Король все-таки сумел удержать за собой должности Верховного главнокомандующего и Верховного судьи, который может отменить любое решение Палаты.

– А как верховный главнокомандующий, – вставил лоя, – король естественно возглавляет всю армию и флот, в то время как герцогу Этенгорскому подчиняется вся судебная гвардия или как их еще называют "красноголовые" из-за их шапочек. Надо заметить, что армейские маршалы и генералы не симпатизируют претору, по их мнению, да и не только их, он слишком много на себя взял, слишком много власти в его руках.

– Это придворная грызня постоянная тема сплетен, – сказала Минлу. – Как видишь, даже я и Талгаро, совсем не будучи гражданами Агрона и по большому счету не особо им интересуясь, прекрасно осведомлены об этом.

– И судья Туила решил играть по-крупному, раз собрался торговаться с претором, – заметил лоя. – Я уверен, что глава Палаты заинтересуется мисс Элен и ее способностями и конечно же захочет заполучить ее.

Кит молчал, осмысливая услышанное.

– Я могу перемещаться со скоростью до 80 километров в час, в зависимости конечно от пересеченности местности, – сказал он. – Мне не нужно отдыхать, есть и пить, я могу двигаться круглые сутки. У меня есть шанс перехватить судью и Элен до того как они доберутся до претора?

– Трудно сказать, – медленно проговорила Минлу.

– Получается твоя скорость примерно в два раза выше чем у экипажа с четверкой отличных лошадей, – сказал Талгаро, – и если тебе не надо отдыхать нисколько, то наверно ты мог бы нагнать судью. Но ведь ты не знаешь дороги.

– Вы мне покажите дорогу на карте, – предложил Кит.

– На карте…, – удивленно проговорил лоя. – Как же это возможно? Это должна быть невероятно большая и подробная карта. Но даже если бы такая и существовала, нельзя провести на ней дорогу совершенно точно.

Кит решил, что Талгаро прав. Конечно пёс Элен имел загруженные в память карты материка, который местные жители называли Шатгалла и мог бы вывести их изображение, как и голограмму Касаша. Часть этих карт была получена из общей базы данных планет, когда они с Элен искали информацию о Каунаме, а часть во время их сумбурной посадки. Но это все было не нужно. Киту достаточно знать месторасположение Аканурана и он сможет сам сориентироваться куда и по какой дороге ему идти.

– Это не важно, просто покажите мне на карте где находится Акануран, – сказал Кит. – Только прошу вас не пугайтесь.

Глаза собаки снова вспыхнули синим пламенем и перед Талгаро возникло большое плоское прямоугольное изображение географической карты.

На этот раз девушка и лоя восприняли появление в воздухе картинки гораздо спокойнее.

– Просто укажи пальцем, где Акануран, – попросил Кит.

Талгаро храбро приблизился к голограмме и принялся изучать нанесенные реки и горы. Минлу тоже подошла ближе, с интересом разглядывая удивительное зрелище. Конечно она видела карты и раньше. В Храме Падающих Звезд их было немало. И вышитые на ткани, и рисованные на пергаменте, и выложенные мозаикой на стенах. А одна из самых подробных была даже у неё с собой. Но они не шли ни в какое сравнение по точности исполнения с той что она видела сейчас.

– Вот здесь, – уверенно сказал Талгаро. Он с опаской приблизил указательный палец к голограмме в нужном месте. Когда палец легко прошел сквозь изображение, маленький лоя на миг окаменел. Придя в себя, он продолжил: – Вот серповидный залив Старый Джо, который выходит в Радужное море. Вот это река Мая, впадающая в залив, здесь где река входит в залив на северном берегу и лежит Акануран.

– Благодарю, – сказал Кит и карта исчезла. – Теперь я сумею добраться туда, даже если и собьюсь с основной дороги.

Лоя и девушка некоторое время молчали. Судя по всему они ожидали другого, им обоим казалось очевидным, что следует идти на восток всем вместе, ну или по крайней мере самого себя каждый видел спутником металлического пса. Наконец Минлу осторожно произнесла:

– Послушай, Кит, мне тоже очень нужно как можно скорее попасть в Акануран, это вопрос жизни и смерти, и раз уж наши пути совпадают я бы очень хотела хоть как-то помочь тебе и мисс Элен. Вы спасли мне жизнь. Поэтому я надеялась что мы пойдем вместе.

Черные миндалевидные глаза собаки пристально посмотрели на кирмианку.

– Прости, Минлу, но я должен спешить. Моя главная задача быть рядом с Элен и защищать ее. Любая задержка на пути в Акануран мешает моей задачи. А ты, как бы ни старалась, будешь задерживать меня. Сейчас для меня это неприемлемо. Надеюсь ты понимаешь это.

– Я понимаю это, – согласилась девушка, – но вот ты, Кит, прости если это грубо звучит, кажется многого не понимаешь. Одному тебе будет очень трудно. Да, ты очень сильный и вообще такой могучий, что наверно мало что может представлять для тебя опасность. Но тебя просто могут обмануть. Насколько я поняла, ты и Элен ничего, или почти ничего не знаете о Шатгалле в целом и о Агроне в частности. То что судья везёт мисс Элен в Акануран мы знаем только со слов Касаша. Касаш мог солгать тебе или сам судья мог солгать Касашу, не важно. Так или иначе, я думаю, будет необходимо интересоваться у всех встречных видели они или нет черный экипаж Судебной палаты, запряженный четверкой лошадей, а может быть даже судью и девочку. Это обязательно надо делать, чтобы убедиться что ты идешь по правильному пути. Теперь представь себе жителей агронских деревень и городов, представь себе путников, владельцев постоялых дворов и так далее. Разве они будут с доверием относиться к металлическому созданию? Да, многие видели двигающиеся механизмы из шестеренок и проволочек, всякие там часы, шкатулки, кукол, которые порой даже произносят отдельные слова или проигрывают мелодии, но никто никак не ожидает что подобный механизм вдруг заговорит с ними осмысленно. Они просто не сумеют понять, что ты такое есть и что с тобой вообще можно разговаривать как с человеком. Тебе придётся или запугивать их до смерти или тратить кучу времени чтобы добиться от них хоть какого-то приемлемого диалога.

Талгаро поглядел на девушку и на его лице промелькнуло нечто похожее на уважение.

Кит же внимательно смотрел на кирмианку, казалось ее слова заставили его крепко задуматься.

– К тому же, что касается судьи, Мастона Лурга, – продолжила Минлу, – я думаю он очень непростой человек. Неизвестно что у него в голове. Допустим он считает что с тобой покончено и ты навсегда остался в той яме, то и в этом случае, я не думаю, что он будет вести себя беспечно. Если же он имеет хоть тень подозрения о том что ты преследуешь его, то он конечно постарается обмануть тебя. Он может поехать в другой город или как-то изменить свой путь. Возможно он захочет предложить мисс Элен не верховному претору, а самому королю, который в данный момент может находиться не в столице, а в одной из своих многочисленных резиденций. А кроме того, Кит, как по-твоему поведет себя судья, когда увидит тебя. Думаешь он отдаст тебе мисс Элен по-хорошему и вы спокойно уйдете? Я так не думаю. Что если он приставит нож к ее горлу и прикажет тебе не подходить ближе, или прикажет тебе спрыгнуть с обрыва или, ну я не знаю, прикажет тебе отправляться обратно в Туил и что, мол, пока он не получит вестей от Касаша, что ты в Туиле, он не отпустит девочку. Да все что угодно. Мне кажется он готов пойти на все. Для него это такой невероятный шанс стать богатым и влиятельным, шанс всей его жизни. Поэтому тебе лучше не приближаться к нему в открытую. А как ты сделаешь это скрытно? Один, ты везде будешь привлекать к себе большое внимание, не говоря уже о самом Акануране. Ты собираешься взять его штурмом или как? Ты наделаешь столько шуму, что о тебе узнают все, и Мастон Лург, и верховный претор, а ты же в свою очередь ничего не сможешь узнать, даже просто где находится дворец герцога Этенгорского. – Минлу перевела дыхание. Оба ее собеседника внимательно слушали ее и прерывать судя по всему не собирались. – По правде говоря, Кит, я думаю гораздо целесообразней, только прошу пойми меня правильно, дать ему время передать мисс Элен в руки верховного претора. Тогда мне кажется всё станет проще. Если, допустим мы пойдем с тобой и ты не будешь ни с кем разговаривать, не будешь выделывать эти невероятные голограммы и прочее, то ты вполне можешь сойти за один из механизмов лоя. Правда конечно очень уж совершенный. А все разговоры мы возьмем на себя. Тогда мы спокойно войдем в город, узнаем где живет претор, узнаем где держат мисс Элен и в одну из ночей ты выкрадешь ее. Думаю это не составит для тебя труда. Я все это говорю потому что очень хочу помочь тебе и мне кажется очевидным что нам надо держаться вместе. Да, мы задержим тебя в пути, но я думаю в конечном итоге мы будем полезны тебе.

– Говоря мы, ты имеешь ввиду себя и Талгаро? – Спросил Кит.

– Ну…, – девушка несколько растеряно посмотрела на лоя, – да. Я так поняла Талгаро хотел присоединиться к тебе.

Пес посмотрел на маленького лоя.

– Тал, ты же шел на запад, совсем в другую сторону, – сказал Кит. – Ты радовался что твое длинное трудное путешествие близко к завершению. Тебе совсем не нужно влезать во все это.