– В электронном? – Ковалёв криво усмехнулся. – Есть, конечно. А через какой интерфейс, протокол ты будешь перекачивать и в каком формате? Ты об этом знаешь?

Я выдохнул, бросил взгляд на Дарлин. Она выглядела ещё более растерянной, чем я.

– Да, вот ещё что! – Ковалёв вновь подскочил к шкафу, вытащил две книжицы потоньше. – Вот, Дарлин, это руководство штурмана космолёта и сборщика мусора. Экипаж обычно три человека, но вы вдвоём справитесь. Там, – он махнул в сторону проёма в стене, где виднелись ступени, ведущие наверх. – Раздевалка. Дарлин лучше надеть полегче скафандр. Для защиты от перегрузки. Дальше подниметесь на лифте, и попадёте на взлётно-посадочную площадку. А я сейчас вам разблокирую мусоросборщика.

Почему-то опустились руки, сколько усилий, чтобы спасти этого ублюдка! Стоит ли Ларри всего этого? Судя по тому, что он попытался спрятаться в шлюпке, мерзавец бросил Дарлин, сбежал. А мы теперь втроём пытаемся вызволить его из ж…, в которую он попал из-за собственной глупости и трусости. Если бы случилось чудо и Ларри возник бы передо мной живой и невредимый, я бы просто его задушил, без какого-либо сожаления.

– Я разблокировал для вас космолёт, – резкий голос Ковалёва прервал мои размышления. – Ангар двенадцать-бис. Рей, быстрей читай руководство и вперёд. Ваш Ларри может в этой шлюпке на хрен задохнуться.

Захватив с собой три толстенных «кирпича», с Дарлин мы направились к лестнице, которая вела в раздевалку, а оттуда на посадочную площадку. Мне не терпелось увидеть, какого «зверя» предоставил нам полковник. Среди тех аппаратов, что я высматривал рентгеновским зрением, никаких мусоровозов не обнаружил.

Мы обошли по периметру террасу, выступающую над нижним залом. Мертвецов обнаружилось даже больше, чем я увидел вначале. Несколько тел без голов в засохших тёмных лужах лежало в проходе между овальным столом и оборудованными компьютерами и дугообразными экранами местами для операторов. Здесь явно побывала целая армада всевозможных тварей. Почему-то Ковалёва это совершенно не взволновало. Он удивительно равнодушно отнёсся к гибели команды станции. Почему же вызвался спасать нашего друга Ларри? Из-за Дарлин?

– Подожди, – я рукой остановил Дарлин, когда мы оказались в правом крыле, откуда наверх вела лестница в раздевалку. – Надо проверить, нет ли там тварей.

– Какие там могут быть твари? – фыркнула Дарлин. – Обычное помещение. Шкафчики, столы, стулья. Вон обычное мусорное ведро. Вернее, даже два. Ты становишься параноиком, Эдгар.

– Дарлин, поверь мне. Это место кишит жуткими мразями. И я хочу, чтобы ты подождала меня здесь. Хорошо? – я подмигнул ей, чтобы подбодрить.

Дарлин прикусила губу, нахмурилась. Но отступила назад.

Осторожно ступая, я поднялся на верхнюю ступеньку лестницы из бордовых пластиковых панелей. Выглянул в помещение. Казалось бы, всё выглядело мирно, спокойно и абсолютно безопасно. Но что-то не давало мне покоя. В таком тесном зальчике стояло аж два пластиковых стола, четыре стула, и четыре корзины, битком набитые обрывками бумаг, пластиковыми стаканчиками с темной жижей, остатками заплесневевшей еды. Понятное дело, здесь уже давно никто не убирался. Но все они казались сделаны по одному и тому же шаблону.

– Дарлин, проверь своим биосканером, нет ли тут какой живности.

– Эдгар! Какая может быть живность в комнате с мебелью? Мыши? Тараканы? Вон смотри пробежал один. Мухи? Или пауки? – она повела плечами. – Их, наверно, тут целые стаи, – она хмыкнула. – Мы теперь будем даже мелких насекомых сканировать?

– Я сказал – проверь! Ты просто не представляешь, сколько на этой станции всякой опасной фигни!

– Ой, – голос Дарлин, в котором я услышал явные нотки испуга, заставил меня резко обернуться к ней. – Здесь действительно что-то не так.

Она вывела на внешний экран информацию. Контуры некоторых вещей едва заметно искривлялись, теряли чёткость, из чёрного превращались в мутно-серые. Вновь выпрямлялись, возвращались в ясный и отчётливый вид.

Я вытащил бластер и перевёл рычажок для уничтожения живых существ, разрушать реальную мебель мне не хотелось.

Осторожный короткий шажок в зал. И тут же один из столов сжался, сузился, превратился в дымную тварь. Прыг-прыг, резво, быстро мрази нормализовались, вернувшись в свою реальную опасную форму. Но отталкивающее магнитное поле моего скафандра отшвырнуло гадов. А тонкий пучок нейтрино из дезинтегратора вернул их в первозданную пыль.

Убедившись, что больше ничего не пытается двинуться и напасть на нас, я вошёл в раздевалку. Количество мебели, мусорных корзин стало в два раза меньше. И я вздохнул с облегчением. Бросил взгляд на Дарлин, её бледность, покусанные губы, чуть дрожащие пальцы показали, что я не параноик и не вижу во всех попадающихся на пути предметах агрессивных зверюг.

– Дарлин, найди себе скафандр, – я плюхнулся на скамейку, достал самый толстый кирпич руководства и углубился в изучение. – А я прочту эту хрень.

– Прочти, пожалуйста, за меня? – она присела рядом, обняла меня за талию, и мягко, но хитро улыбнулась.

– Да, конечно. Только если увидишь кого-то, сразу кричи.

Девушка послушно вскочила, грациозно вильнув попкой, исчезла в коридорчике между шкафчиками. По хлопанью дверей я понимал, что найти она пока ничего не может.

Я увлёкся изучением фолианта, который подсунул нам Ковалёв. Нейроинтерфейс быстро и эффективно переводил печатные символы в мыслеобразы и переносил их в мой мозг.

– Ой! – короткий, но резкий вскрик Дарлин заставил меня вскочить с места, ринуться к месту, откуда шёл звук.

Прижав локти к телу, Дарлин стояла живая и невредимая, укусив себя за рукав комбинезона. Из шкафчика выпал мертвец в таком же оранжевом комбезе, в котором была одета Дарлин, но на его высохшем лице застыла такая жуткая гримаса ужаса, что даже меня передёрнуло. Никаких повреждений я не обнаружил на теле мертвяка. Что же его так напугало, что он спрятался в узкий шкафчик и там помер?

Оттащив труп в самый дальний угол раздевалки, я сам быстро обошёл все шкафчики, свернул и едва не свалился вниз. В нише располагалось три высоких прозрачных цилиндра. Рядом на штанге экранчик. Два «стакана» пустовали, в третьем я заметил хороший скафандр, который явно подошёл бы Дарлин.

– Наверное, это то, что нам нужно.

Дарлин сбежала по круговой лестнице вниз, на экранчике набрала что-то, с тихим шипением створки цилиндра разошлись. Дарлин вытащила комбез, надела.

– Тебе идёт. Прямо, как на тебя шили, – вид Дарлин меня удовлетворил.

– Он прямо на мне усох до нужного размера. Какой-то странный материал. Но мне нравится, мягкий такой, пружинит, приятный к телу, – она провела ладонью по своим прелестным формам.

– Ладно, сейчас дочитаю книжку, и мы тронемся в путь. Спасать этого ублюдка.

– Ты Ларри никогда не любил, – в голосе Дарлин ощутимо звучало недовольство.

– Он тебя бросил, сбежал, ты осталась одна, в опасности. А теперь мы вновь рискуем, чтобы его вернуть. Хочу вернуть его и убить.

– Но ты ведь не убьёшь его? Не надо, Эдгар. Ларри трусоват, но он хороший.

Спорить не стал. Вернулся к скамейке, где лежал раскрытый фолиант. Быстро пробежал глазами до конца, затем просмотрел два остальных руководства.

– Я тебе отослал информацию по действиям штурмана и сборщика мусора. Получила?

Дарлин кивнула, задумалась на мгновение, прикрыв глаза. Она умница, моя Принцесса, все схватывает на лету. Надеюсь, и на этот раз не подведёт.

Мы вернулись к цилиндрическому лифту, шершавые стены из серебристо-серого металлического сплава разошлись, пропустив нас внутрь. С тихим шелестом закрылись.

– Тебе нравится Ковалёв? – поинтересовался я. – Он в тебя втюрился, похоже.

– И что? Ты ревнуешь? – лукаво блеснула взглядом из-под пушистых, очень пушистых ресниц. – Ревнуешь? – на мгновение прижалась ко мне.

– Я не ревную. Он – большая шишка, ссориться с ним нельзя. И если он начнёт приставать к тебе…

– То я должна ему отдаться, потому что он большая шишка, – Дарлин прорычала это томным, низким голосом, который всегда разжигал во мне желание, соблазнительно выгнулась, как ласковая львица.

– Не обязательно, – я с трудом унял дрожь в пальцах и ногах. – Просто в физиономию ему не вцепляйся. И ничего не говори плохого об их Вожде. Они на нём помешаны, несут какую-то чушь. Вот, мы приехали…

Створки лифта разошлись, и перед нами во всей красе предстал космолёт. Самый обычный, явно мирной конструкции. Выехал он из ангара, ворота которого чернели квадратным провалом позади. Совсем не походил на боевой.

– Ты чем-то удивлён? – Дарлин деловито открыла экранчик на фюзеляже, таким привычным движением, будто много раз летала на таком аппарате, пробежала по кнопкам.

Открылся фонарь кабины, выехала узкая металлическая лестница-трап. Дарлин, как пёрышко, взлетела по ней. Я забрался за ней, уселся в кресло капитана. Узковато, с моим ростом я поместился здесь с трудом. Что они отбирают мелких пилотов для мусорщиков?

– Вы там чего застряли? – резкий голос Ковалёва зазвенел в моей башке, отдав болью в висках.

– Да пока мы осилили весь твой гребанный бумажный мусор, который ты нам подкинул… Сейчас отчаливаем.

– Передаю координаты шлюпки с Ларри. Алё, лучший пилот во Вселенной, не забудь загрузить маршрут, который штурман составит, в бортовой компьютер.

Ублюдок, теперь будет издеваться.

Вспыхнули экранчики разных форм и размеров, разбежались по своим местам кнопки, рычажки. И поначалу охватил страх перед неизведанным. Но тут в голове щелкнуло, невидимыми нитями нейроинтерфейс связался со всей системой управления. И я уверенно пробежал по кнопкам.

Пока я проходил все пункты чек-листа, Дарлин углубилась в составление маршрута. Наш летун, оказывается, обладал шикарной манёвренностью в космосе. Запас топлива и множество движков, с которыми можно довольно быстро поменять траекторию полёта.

– Эдгар, маршрут составлен, я закончила.

– Отлично!

Загрузка маршрута в допотопный бортовой компьютер прошла успешно. Я включил двигатели космолёта, прошла вибрация по корпусу. Тот послушно поднялся и ввинтился в тьму космоса, заставив нас влипнуть в наши кресла.

Из трех кресел в кабине два занимали я и Дарлин. Третье кресло, что стояло за моей спиной, пустовало. Но меня почему-то не отпускала мысль, что кто-то сверлит взглядом мой затылок. Желание обернуться жгло изнутри, становилось все нестерпимее, и пугало. Как в страшном ночном сне боишься заглянуть за угол, потому что там сидит оно!

И я не выдержал, бросил взгляд через плечо и вздрогнул. В третьем кресле сидел Ковалёв собственной персоной. Но какой-то другой, странный, глаза пустые, отсутствующие. Будто манекен. И тут холодок пробежал по спине. Контуры фигуры исказились, потеряли чёткость, затуманились, расплылись в серебряной искрящейся дымке. И как из кокона вдруг вылезло жуткое существо, смахивающее на огромную муху. Всё тело скрыл зеленоватый хитиновый панцирь, изнутри круглой, вытянутой спереди головы вылезли выпуклые фасеточные глаза.

Прыжок, и тварь оказалась у меня за спиной. Тонкие щупальца обвились вокруг меня, обездвижили. Я не мог пошевелиться, будто меня спеленали до состояния мумии.