Цитаты из книги «Овод»

Что вы считаете бо́льшим несчастьем для христианина: слушать богохульства или покинуть ближнего в тяжелую для него минуту? Полковник стоял, вытянувшись во весь рост; физиономия у него была совершенно деревянная. Он считал оскорбительным такое обращение с собой и проявлял свое недовольство подчеркнутой церемонностью.

отношений между мужчиной и женщиной должно быть чувство приязни или неприязни. Овод болезненно поморщился:

сама болезнь – это религиозная направленность ума, это потребность человека создать себе фетиш и обоготворить его, пасть ниц перед кем-нибудь и поклониться кому-нибудь. Кто это будет – Христос, Будда или дикарский тотем, – не имеет значения. Вы, конечно, не согласитесь со мной. Можете считать себя атеисткой, , кем заблагорассудится, – все равно я за пять шагов чувствую вашу религиозность

для меня человеческое тело священно. Я не выношу, когда над ним издеваются и намеренно уродуют его.

Но когда смотришь на этого горбуна, становится тяжело на душе. Его роль унизительна: это насмешка над человеческим достоинством.

Что вы считаете бо́льшим несчастьем для христианина: слушать богохульства или покинуть ближнего в тяжелую для него минуту

главная причина всех наших несчастий и ошибок – душевная болезнь, именуемая религией.

Он тянулся к опасности, как запойный к вину,

Приучая невежественных людей к виду крови, вы уменьшаете в их глазах ценность человеческой жизни. – А ценность религии?

Но ведь и смирная лошадь станет брыкаться, если постоянно дергать поводья. Артур широко открыл глаза. Он не ожидал найти в новом ректоре защитника студенческих интересов. Монтанелли не принимал участия в разговоре, видимо не интересуясь этим вопросом. Вид у него был такой усталый, такой подавленный, что отец Карди вдруг сказал: