Цитаты из книги «Овод»

Джемма вспомнила вдруг каменный крест, поставленный ее отцом в память Артура, и надпись на нем: Целый час прошел в молчании. Наконец Джемма встала и тихо вышла из комнаты. Возвращаясь назад с зажженной лампой, она остановилась в дверях, думая, что Овод заснул. Но как только свет упал на него, он повернул к ней голову.

– Почему вы тогда не перерезали себе горло? Он удивленно посмотрел на нее:– Вот не ожидал от вас такого вопроса! А как же мое дело? Кто бы выполнил его за меня? – Ваше дело? А-а, понимаю… И вам не стыдно говорить о своей трусости? Претерпеть все это и не забыть о стоящей перед вами цели! Вы самый мужественный человек, какого я встречала!

– Им требовался горбун, вообще какой-нибудь уродец, чтобы мальчишкам было в кого бросать апельсинными и банановыми корками, а неграм – над кем потешаться… Помните клоуна в цирке? Вот и я был таким же целых два года.

В результате я сам попал в настоящий ад, и это излечило меня от веры в ад воображаемый.

– Мой выход? – забормотал он по-испански. – Займите публику еще минутку… А! Я не узнал вас, Риккардо. –

узнали от одного надзирателя о Карди, который выманил у Артура признание на исповеди

Монтанелли был тогда каноником и ректором духовной семинарии в Пизе. Он давал Артуру уроки философии и, когда Артур поступил в университет, продолжал заниматься с ним. Они очень любили друг друга и были похожи скорее на влюбленных, чем на учителя и ученика. Артур боготворил землю, по которой ступал Монтанелли, и я помню, как он сказал мне однажды, что утопится, если лишится своего padre. Так он всегда называл Монтанелли. Ну, про донос вы знаете… На следующий день мой отец и

Они чтят Монтанелли почти как святого, а это очень много значит: ведь в Романье ненавидят всех, кто носит сутану. Я сказал одному старику крестьянину, типичнейшему контрабандисту, что народ, как видно, очень предан своему епископу, и он мне ответил: «Попов мы не любим, все они лгуны. Мы любим монсеньора Монтанелли. Он не лжет нам, и он справедлив».

если монсеньор Монтанелли сам и не подлец, то он орудие в руках подлецов. Но для меня и для моих друзей за границей это все равно. Камень, лежащий на дороге, может иметь самые лучшие намерения, но все-таки его надо убрать…

Особые приметы: прихрамывает на правую ногу, левая рука скрючена, недостает двух пальцев. Шрам на лице. Заикается». Затем добавлено: «Очень искусный стрелок – при аресте следует соблюдать осторожность».