Цитаты из книг автора «Эрин Уатт»

Когда он не в студии, то всегда приходит к нам. Да и близнецы не нарадуются. Им, видимо, не хватает папы сильнее, чем я думала, и Ок для них как старший брат, о котором они всегда мечтали. Помогает и то, что они любят одни и те же вещи. Хотя, как мне кажется, мальчишки все равно ходили бы за ним, как утята, даже если бы у них не было общих увлечений.

Я не могу удержаться от смеха, вспоминая мамину «маскировку», когда она пыталась пробраться незамеченной за кулисы на моем последнем концерте. Ее не то что не заметили – на нее пялились все. Но прикид был настолько нелепым, что никому и в голову не пришло заподозрить в ней Катрину Форд, потому что та не позволила бы себе щеголять в такой ужасной одежде. Блестящий замысел.

Формально Тай даже не на работе. Сегодня смена Большого Ди. Но Тай написал мне, чтобы спросить, все ли в порядке, и узнал, что я в доме Беннеттов на барбекю. Тогда он пригласил себя сам и приехал – я даже не успел спросить у них разрешения. Он влюблен в Пейсли. Просто невероятно!

Жизнь у меня сейчас потрясающая. И это о многом говорит, потому что я знаю, что это такое. Нежиться на частных островах. Играть концерты, на которые раскупают все билеты, в самых потрясающих городах мира. И это не говоря о том, чтобы проводить время с шикарными женщинами – моделями, актрисами, певицами. Но ни с одной из них не было так невероятно, как с Вонн, и ни один концерт или курорт не сравнится с тем, как мы с ней веселимся. Только за одну прошлую неделю я так набрался впечатлений, что хватит, пожалуй, на всю оставшуюся жизнь.

– Мои родители жили сегодняшним днем. Но я хотела придумать долгосрочный план на будущее. Ты говорил, что я не должна останавливаться. Что должна делать что хочу. Но я не знаю, чего хочу. Я знаю только то, чего не хочу. – Стартовая точка ничуть не хуже других. – Разве? – Я смотрю ему в глаза. Он протягивает руку, преодолевая расстояние между шезлонгами, и проводит большим пальцем по моей мокрой щеке. – Конечно. – Его ладонь нежно касается моей щеки. – Конечно.

Он сидит на краешке дивана, поглаживая меня по щеке, и нежно смотрит своими восхитительными зелеными глазами. – Ты заснула, – говорит он. Я сажусь и зеваю: – Ой. Прости. Это из-за похмелья, а не от твоей музыки, честное слово. Он хохочет, но потом снова становится серьезным: – Куда делись кеды? – Я их выбросила, – сообщаю я. – У тебя были на это какие-то причины? – Они напоминают мне о прошлом.

Подхожу к двери, краснея все сильнее и сильнее. На ногах у меня только короткие черные носки. Очень надеюсь, что Кинг не будет вспоминать о том, как мы целовались у него на глазах. И что Окли тоже не будет об этом вспоминать – по крайней мере, в присутствии Кинга. – Привет, – говорит Окли веселым, но в то же время слегка настороженным тоном, как будто не знает, чего от меня ожидать. – Как идут дела? – спрашиваю я, стараясь вести себя как ни в чем не бывало. Сажусь с ногами на диван у стены, обнимая колени. – Отлично! Мы смотрим друг другу в глаза, и я вижу его непонимание, но он ни о чем не спрашивает.

А я продолжаю стоять, как дурак, прислушиваясь к собственным ощущениям и даже не могу пошевелиться. Значит, вот как нужно себя чувствовать при поцелуе? С ума сойти. Но если так, то почему она убежала? Я бросаюсь за ней, но Вонн уже успела спрятаться в туалете и закрыть дверь. – Вонн, солнышко. Выходи оттуда. Я слышу, как из крана начинает литься вода. – Уходи. Иди и пиши свою музыку, вы же ради этого тут собрались. Я оглядываюсь вокруг в надежде, что кто-нибудь поможет мне разобраться, что вообще произошло. Но в коридоре никого, а моя девушка заперлась в туалете. Ну, может, это и к лучшему. По крайней мере, никто не видит этой унизительной сцены.

Я так долго мечтал об этом, что ее губы для меня – словно единственный источник влаги в бескрайней пустыне. И когда я касаюсь ее, она наконец тает, ее губы раскрываются и она целует меня в ответ. Это именно то, о чем я мечтал. И это лучше, чем когда пятьдесят тысяч человек выкрикивают твое имя, когда арена «Мэдисон-сквер-гарден» набита битком и все зрители хором подпевают тебе. Лучше, чем самая прекрасная на свете песня. Она обвивает руками мою шею, и я приподнимаю ее, чтобы наши лица оказались рядом и я мог бы целовать ее крепче. Кто-то из нас издает сладкий стон – кажется, я. Но вот уже мы стонем оба, потому что мои бедра прижимаются к ней, и я знаю, что ей это нравится так же, как и мне.

Вонн морщится. – Нет, конечно. Я… просто напилась. – Ее голос звучит безнадежно. – И мне было грустно, я хотела к тебе, пошла тебя искать, но тебя нигде не было, и вдруг подошел Люк и стал со мной заигрывать, и я… Она умолкает, но я обращаю внимание кое на что в ее довольно бессвязной речи: – Ты хотела ко мне? Она закусывает губу. – И пошла меня искать? – Я внимательно изучаю ее лицо, на котором написано крайнее смущение. – Что это значит? – Ничего, – бормочет она. – Ничего не значит. – Ну мы же оба знаем, что это не так. – Я в волнении запускаю пальцы себе в волосы. – Все-таки это что-то значит. Ты была расстроена и пошла искать меня. Потому что хотела быть со мной. Просто признай это, Вонн. – Хочешь, чтобы я это признала? Ну ладно! Я признаю! Ты мне нравишься, Ок.