Цитаты из книг автора «Эрик Хобсбаум»

Во Второй мировой войне с ее непрерывной потребностью в новостях радио обрело полную силу как инструмент политического влияния и средство массовой информации.

Но возможность вещать одновременно для миллионов людей, у каждого из которых было ощущение, что обращаются к нему лично, сделала радио невероятно могущественным средством массовой информации и (что немедленно поняли и правители, и коммерсанты) средством пропаганды и рекламы.

Третьим, совершенно новым средством массовой информации было радио. В отличие от первых двух, его сложная структура находилась в частных руках, а радиус распространения по существу ограничивался развитыми странами. В Италии до 1931 года число радиоприемников не превышало числа автомобилей (Isola, 1990). Накануне Второй мировой войны большое количество жителей США, Скандинавии, Новой Зеландии и Великобритании пользовалось радиоприемниками. В этих странах распространение радиовещания происходило очень быстрыми темпами. Иметь радиоприемник могли позволить себе даже малообеспеченные жители. В Великобритании в 1939 году из девяти миллионов радиоприемников половина была куплена людьми, зарабатывавшими от 2,5 до 4 фунтов в неделю (довольно скромный достаток), а остальные – людьми, заработок которых был еще меньше (Briggs, II, р. 254). Не вызывает удивления, что в годы Великой депрессии число слушателей радио удвоилось, а скорость его распространения стала выше, чем была до или после этого периода. Радио, как ничто другое, изменило жизнь бедняков, в частности жизнь бедных домохозяек. Оно принесло весь мир в их дома. Теперь даже самые одинокие уже не были так одиноки. Отныне им стало доступно все, что можно было сказать, спеть, сыграть или как‐то иначе выразить в звуке. Новым средством массовой информации, о котором к концу Первой мировой войны никто даже не слышал, в год обвала фондовой биржи пользовались 10 миллионов домохозяек в США, к 1939 году – более 27 миллионов, а к 1950 году – более 50 миллионов.

В 1937 году в Голливуде было снято 567 фильмов, т. е. там производилось более 10 фильмов в неделю. Эти цифры наглядно показывают разницу возможностей капитализма и бюрократизированного социализма (СССР в 1938 году выпустил 41 фильм). Тем не менее по вполне очевидным языковым причинам столь явное мировое господство этой индустрии не могло продолжаться долго. И действительно, оно не пережило распада системы студий, в это время достигших своего расцвета и превратившихся в конвейер для массового производства грез, но потерпевших крах вскоре после Второй мировой войны.

сравнению с прессой, которая в большинстве стран интересовала лишь немногочисленную элиту, кино почти сразу стало международным средством массовой информации.

Тиражи газет в США росли гораздо быстрее, чем население, и в период между 1920 и 1950 годами удвоились. К этому времени в развитых странах на каждую тысячу человек продавалось примерно от 300 до 350 газет, а в странах Скандинавии и в Австрии – еще больше. Урбанизированные британцы, вероятно, оттого что их пресса была не местной, а общенациональной, покупали шестьсот газет на тысячу человек-(UN Statistical Yearbook, 1948). Пресса обращалась к образованной публике, хотя в странах массового начального образования она изо всех сил старалась угодить не слишком образованному читателю, печатая картинки и комиксы, еще не полюбившиеся интеллектуалам, и используя хлесткий, яркий псевдонародный язык, в котором редко встречались многосложные слова. Безусловно, пресса того периода оказала влияние на литературу. Для того чтобы понимать фильмы, в отличие от чтения прессы, не требовалось большого образования, а после того как в конце 1920‐х годов кино стало звуковым, для англоязычного населения задача и вовсе упростилась.

К 1914 году средства массовой информации уже приблизились к современным масштабам в ряде западных стран, однако расцвета они достигли в “эпоху катастроф”.

Вероятно, больше всего своими победами новая фотожурналистика обязана всемирному господству кинематографа. Мужчины и женщины научились видеть реальность через объектив. Несмотря на распространение печатного слова (в таблоидах все чаще перемежавшегося фотографиями), кинематограф занял главенствующее место. “Эпоха катастроф” стала эпохой большого киноэкрана. В конце 1930‐х годов на каждого англичанина, покупавшего ежедневную газету, приходилось двое покупавших билет в кино (Stevenson, р. 396, 403). По мере того как углублялась депрессия и мир приближался к войне, посещаемость кинотеатров на Западе достигла небывалого уровня.

Для большинства талантливых художников неевропейского мира, не заключенных в плен традиций и не подражавших Западу, главной задачей стало приоткрыть завесу над современной реальностью и предъявить эту реальность своим соотечественникам. Их направлением стал реализм.

непостижимая трагедия, или, скорее, как в произведениях великого английского писателя того времени Ивлина Во (1903–1966), черная комедия для стоиков, или, наконец, как у французского романиста Фердинанда Селина, кошмар даже для циников.