Сегодня я чувствую огорчение, когда вижу, насколько наша нетерпимость к иностранцам, особенно к тем, кто приезжает из стран Магриба, связана со смешным списком различий между нами и словно эти различия – риски, а не возможности. Как мы, которые едим лягушек, рокфор и устриц, можем быть недовольны теми, кто не хочет есть свинину? Разве те, кто ест живых моллюсков, сыры с плесенью и лягушачьи лапки, не могут считаться самыми дикими варварами? Счастье, что мои школьные подруги в Рабате не относились ко мне предвзято, иначе я была бы очень несчастна.