«Ладно, — с тяжелой досадой и смирением проговорил он в своих мыслях, пытаясь хоть как-то приободрить себя. — Принимаем всё как есть. В конце концов, могло быть и гораздо хуже. По крайней мере, здесь тепло и сухо. Теперь необходимо как можно скорее найти Артема, быстро поболтать и валить отсюда домой».

Прямо в этот момент, прерывая его безрадостные размышления, сквозь гул невнятной музыки Илью кто-то негромко, но отчетливо окликнул по имени.

Мужчина вздрогнул и резко повернулся на звук. Там, в самом дальнем и глубоком углу зала, едва освещенном тусклым росчерком лампы, за столиком сидел одинокий человек. Илья присмотрелся и узнал его. Это был Артем. Старый одноклассник, заметив замешательство друга, приветливо и улыбчиво махнул ему рукой, приглашая без лишних церемоний сесть рядом на свободный стул.

Несмотря на внутреннее напряжение от странной атмосферы вокруг, Илья почувствовал легкое облегчение. Он поправил на плечах влажную ветровку и уверенным шагом направился через полутемный зал к своему бывшему школьному другу, гадая, о чем пойдет разговор после пятнадцати лет глухого молчания. Илья приближался к столику, не сводя глаз с него и как ожидалось, в этом человеке ничего не изменилось — глобальный стержень остался прежним, но неумолимое время все же наложило свой отпечаток, добавив заметной, суровой жёсткости в некогда мальчишеские черты лица. На Илью смотрели всё те же поразительно спокойные, глубокие глаза, в которых не читалось ни капли суеты. Та же безупречно прямая, армейская осанка, словно Артем проглотил лом. Было очевидно, что он по-прежнему высок и крепок в кости — широкие плечи и плотная фигура наглядно говорили о том, что всё это время друг активно держал себя в отличной физической форме, не позволяя телу заплыть жиром. Короткая армейская стрижка едва скрывала его природный, глубокий темный цвет волос. Глядя на его бритый затылок, невольно поймал себя на ироничной мысли, что этот брюнет явно и с особым успехом экономил на дорогом шампуне. Ведь природа наградила его генетикой, с которой он при желании мог бы с легкостью носить куда более обильные, роскошные кудри. Но Артему это было не нужно. Своей практичностью он лишь подчеркивал брутальность. В целом, несмотря на некоторую мрачность, выглядел чертовски харизматично. Любая одинокая девушка, начавшая с ним случайный разговор в баре, уж точно не стала бы сразу и без оглядки отшивать этого симпатичного незнакомца. В нем чувствовалась та опасная, мужская притягательность, которая приковывает к себе женское внимание с первого взгляда. Илья сделал последний шаг и остановился у стола, готовый наконец нарушить затянувшееся молчание.

— Ну… здорово, — наконец широко усмехнулся Артем, поднимаясь навстречу и крепко, по-мужски пожимая Илье руку. Он окинул старого друга быстрым оценивающим взглядом и качнул головой. А Илья в ту же секунду почувствовал острую боль от этого неожиданно крепкого, почти стального рукопожатия. Он невольно поморщился, мысленно пообещав себе, что ему просто необходимо выкроить время в своем плотном графике и наконец-то записаться в тренажерный зал. Физическая форма явно оставляла желать лучшего

— А ты, я смотрю, вообще не изменился. Всё такой же.

— Врёшь, — Илья покачал головой, но не выдержал и тоже искренне усмехнулся в ответ. Он стащил с головы влажный капюшон ветровки и отодвинул тяжелый деревянный стул. — Я себя сегодня утром в зеркало видел и могу с легкостью доказать тебе абсолютно обратное. Время никого не щадит.

— Не, я серьёзно, — Артем снова опустился на свое место, откидываясь на спинку и скрещивая руки на груди. — Дело не в шмотках или прическе. У тебя всё тот же взгляд… хитрый такой. Будто ты прямо сейчас собираешься мне сказать, что опять контрольную по математике у меня списал.

— Это еще кто у кого списал?! — возмутился Илья, садясь напротив и шутливо всплеснув руками. — Вечно ты переобуваешься прямо на ходу, Артем! Ты мне ещё скажи, что сам, своими силами, делал тот дурацкий доклад по истории в девятом классе. Помнишь, когда училка поставила тебе высший балл и нахваливала на весь кабинет, а меня прилюдно обвинила в наглом списывание? Заявила еще, что я якобы у тебя всю идею подчистую забрал! А ведь всё было с точностью до наоборот.

— Да ладно тебе, чего ты старое поминаешь, — Артем весело прищурился, и в его суровых глазах на секунду промелькнули те самые мальчишеские искорки. — Будем считать, что ученик просто превзошел своего учителя. Ты подготовил почву, я красиво преподнес.

Илья лишь громко рассмеялся, откидываясь на спинку стула. Напряжение, которое сковывало его с самого момента входа в этот странный депрессивный бар, внезапно полностью испарилось. Это был один из тех дурацких, но безумно дорогих сердцу школьных случаев, которые намертво врезаются в память и вспоминаются с улыбкой всегда, несмотря на то, сколько бы лет ни прошло и как сильно бы ни развела людей жизнь. На мгновение Илье показалось, что они снова сидят на задней парте, а за окном вовсе не мрачная промзона, а школьный двор.

Их ностальгическую беседу прервал бесшумно подошедший к столику официант. Молодой парень аккуратно поставил перед мужчинами одну большую зажженную свечу на подставке. Это был элемент декора и по всей видимости «фишкой» в этом заведение. Их лица сразу начали быть отчетливо видны в полумрачном помещение. Затем тот негромко спросил, что именно гости будут заказывать. Друзья переглянулись, без слов понимая друг друга. Погода за окном и паршивое начало дня требовали чего-то более крепкого, чем обычное пиво, поэтому они единогласно сошлись на бутылке хорошего виски и попросили принести побольше льда. Официант выслушал их с абсолютно серьезным, почти каменным выражением лица и, не проронив в ответ ни единого слова, молча развернулся и отправился обратно к барной стойке.

За самой стойкой в этот момент лениво протирал бокалы хозяин этого места — плотный, широкоплечий мужчина лет под пятьдесят. На его голове уже отчетливо проступала легкая, самую малость заметная лысина, но это ничуть не умаляло его сурового вида. Обе его руки до самых кистей были покрыты густыми темными татуировками с непонятными символами и узорами, а на лице застыло выражение человека, который за свою долгую жизнь повидал уже абсолютно весь свет и которого невозможно чем-либо удивить. Этот татуированный бармен, едва услышав короткий заказ от вернувшегося официанта, на секунду прервал свое занятие. Он нагнулся, достал из-под стойки тяжелую початую бутылку темного виски и протянул её молодому парню. При этом его цепкий, сканирующий взгляд из-под тяжелых бровей ни на мгновение не сводился с новых посетителей бара. Он буквально буравил глазами Илью и Артема, словно пытался заранее просчитать, какими проблемами обернется для его заведения визит этих двоих.

— Он всегда на всех так пялится? — тихо, едва шевеля губами, спросил Илья. Он незаметно кивнул в сторону барной стойки, где татуированный здоровяк всё еще продолжал сверлить их тяжелым взглядом.

— Понятия не имею. Я сам тут вообще впервые… — отмахнулся Артем.

Он попытался произнести это максимально небрежно, но в его голосе почему-то проскользнула странная, едва уловимая неуверенность. Он отвел глаза в сторону, словно уходя от честного ответа, и этот фальшивый тон мгновенно заставил Илью насторожиться.

— Ты это серьезно сейчас? — Илья нахмурился, подавшись чуть вперед к собеседнику. — Слушай, как тебе вообще в твою умную голову додумалась идея встретиться именно в этой глухой дыре? Город же огромный! В центре есть целая куча куда более приятных, цивилизованных мест, где хотя бы не воняет этими странными, удушливыми благовониями. А тут… Тут атмосфера какая-то откровенно отрицательная, гнетущая. Знаешь, нормальный семейный человек пойдет в подобный притон только от какого-то крайнего бессилия и отчаяния.

— Да ладно тебе, не бухти ты как старый дед, — Артем примирительно улыбнулся, но улыбка вышла какой-то натянутой. — Нормальное, тихое место. Вот увидишь: сейчас выпьешь пару стаканчиков крепкого виски, расслабишься, и мрачная атмосфера заведения сразу покажется тебе вполне уютной. Хороший алкоголь, знаешь ли, даже старое кладбище способен сделать приятным и веселым местом. Настоящий оптимист и там найдет для себя одни жирные плюсы.

— Ладно, посмотрим, Артем, — Илья с улыбкой покачал головой, откидываясь на спинку стула и окончательно расслабляясь. — Насчет кладбищенского оптимизма не обещаю, ведь я твердо клялся жене перед выходом, что вернусь домой сегодня в абсолютной целостности и сохранности. Так что в моих планах на вечер — пропустить мимо ушей все глупые шуточки, пропустить мимо себя все симпатичные юбки в этом баре и благополучно найти обратную дорогу к родному порогу без какой-либо посторонней помощи.

Илья тихо усмехнулся, довольный собственной тирадой. Его школьный друг тоже искренне оценил эту семейную иронию — суровое лицо Артема разгладилось, и он весело улыбнулся в ответ, обнажив ровные зубы.

— Правда судя по этому месту девушка здесь редкий гость. Илья произнося эти слова осматривал помещения бара.

— По всей видимости. Артем лишь согласился с другом.

В эту секунду стало окончательно ясно: бездна отсутствия длиной в долгие пятнадцать лет словно стерлась какой-то невидимой школьной резинкой. Вся первоначальная неловкость, настороженность и скованность которая могла бы произойти в первых минутах встречи бесследно растворились в теплом воздухе заведения. Два взрослых человека сидели за столом и общались так легко, свободно и непринужденно, будто их разлучил не огромный пласт прожитой жизни, а всего лишь короткий перерыв между уроками, и они просто зашли обсудить свежие сплетни. Илья даже перестал замечать тяжелый взгляд татуированного бармена — сейчас для него существовал только старый верный друг из беззаботного детства.

Посидев так ещё минут десять и шумно обсуждая старые школьные приколы, Илья всё-таки вновь переключил всё своё внимание на того самого бармена, который ну никак не хотел отводить от них своего тяжёлого взгляда. Тот, нарочито усердно занимаясь своей повседневной рутинной работой за стойкой — то протирая бокалы, то переставляя бутылки, — то и дело бросал косые, подозрительные взгляды в сторону парней. Это пристальное внимание незнакомца уже начинало вызывать у Ильи стойкое чувство дискомфорта и заставляло интуитивно понижать голос при каждом новом воспоминании.

— Меня, честно говоря, уже немного пугает его пристальный взгляд, — слегка понизил голос, едва заметно кивнув в сторону барной стойки, где татуированный хозяин заведения отойдя от дел просто неподвижно стоял, скрестив мощные руки на груди. — Чего он вообще от нас хочет? Такое ощущение, будто этот бугаище намеренно ищет проблемы на ровном месте.

Артем на это ничего не ответил. Он лишь равнодушно развел широкими плечами, давая понять, что его эта ситуация ни капли не волнует. Однако Илья заметил, как друг на секунду крепче сжал пальцами край стола.

— Слушай, Артем, а почему ты вообще выбрал именно это место для встречи? — Илья перевел тему, внимательно вглядываясь в лицо собеседника. — Ты что, здесь где-то поблизости снимаешь квартиру? Ну, в этих промзонах?

Было заметно, что оказался не сразу готов к такому прямому вопросу. В глазах на мгновение промелькнула тень замешательства, он замялся, подбирая слова, но все же ответил — тихо и как-то совсем неуверенно:

— Да нет… Я тут недалеко, буквально в паре кварталов отсюда, устроился в местном хостеле. Временно, пока дела не утрясу.

Илья мысленно нахмурился. Он сам, пока ехал в автобусе, досконально изучил спутниковую карту этого глухого производственного района и совершенно точно не смог вспомнить там ни одного, даже самого захудалого хостела. Кругом были только закрытые заводы, бетонные заборы и склады. Ложь друга была очевидной, но Илья все же не решился озвучить свои сомнения вслух, чтобы не портить встречу.

— А я смотрю, ты времени зря не терял и уже женился, — Артем понимающе кивнул, скользнув взглядом по простому обручальному кольцу на пальце Ильи, стараясь сразу перевести разговор. — Молодец какой. Ну давай, хвастайся, рассказывай, как устроился.

— Да чего тут особо хвастаться, — Илья смущенно улыбнулся, но в его глазах тут же вспыхнул теплый, любящий огонек, который всегда появлялся при упоминании дома. — Со своей Аней мы познакомились прямо на работе, в офисе. Самая банальная история: любовь с первого взгляда, служебный роман, а теперь у нас уже подрастает шестилетний сынок Саша. В этом году к школе начнем готовить.

— Поздравляю тебя, старик. Искренне рад за тебя, — тихо произнес Артем, и на этот раз в его голосе прозвучала настоящая, глубокая грусть человека, который сам лишен такого простого семейного счастья. — А где ты сейчас работаешь?

— B крупном агентстве недвижимости, — охотно поделился Илья, чувствуя, что нашел безопасную тему для разговора. — Помогаю молодым семьям и парам найти свой идеальный новый дом. Знаешь, в последнее время работы навалилось просто выше крыши, буквально вздохнуть некогда. Наш филиал недавно пошел на расширение и выкупил у застройщиков огромный кусок земли под новый жилой квартал. И теперь мы не только продаем готовые квартиры, но и по уши ввязались в постоянные, изнурительные дискуссии со строителями и подрядчиками. Приходится лично мотаться на объекты, вести жесткий контроль качества строительства, проверять все эти бесконечные сметы, кирпичи и сроки. Это, строго говоря, вообще не наша работа, мы ведь просто управленцы и продавцы. Но генеральный босс так решил сверху. Говорит, если хочешь сделать хорошо — контролируй сам. Возможно, доля правды в этом есть, и это правильный бизнес-ход, но нервов уходит уйма.

— А жена твоя кем работает? Тоже в недвижимости крутится? — поинтересовался Артем, подперев подбородок ладонью и внимательно изучая лицо старого друга.

— Да, она у меня страховщик, у нас агентство недвижимости большое, поэтому по вопросам страхования тоже к нам. — с легкой гордостью ответил Илья, подтягивая к себе поближе принесенный официантом стакан со льдом. — Знаешь, у нас с ней получился отличный, хоть и неофициальный рабочий тандем. Моя главная задача — найти клиентов, показать им объект и до донышка убедить этих новых жильцов, что именно это строящееся место станет для них самым уютным, безопасным и комфортным гнездышком на свете. А уже потом, когда сделка закрыта и они дают свое окончательное согласие, в дело вступает моя Аня. Она связывается с ними и предлагает максимально выгодные условия по страхованию их нового жилья.

Илья сделал короткую паузу, наблюдая, как официант наконец откупоривает бутылку темного виски.

— Правда, непосредственно в течение дня мы на работе практически никогда не пересекаемся, — продолжил он, покачав головой. — У нас офисы жестко разделены и находятся в совершенно разных частях города, на приличном расстоянии друг от друга. Да и вся моя рабочая рутина — это не сидение за столом, а постоянные, бесконечные разъезды по встречам, объектам и стройкам. Правда, начиная с сегодняшнего дня, делать это будет в разы сложнее. Машина, как назло, полетела в самый неподходящий момент, трансмиссия сдохла. Теперь вообще непонятно, сколько времени у этих наглых мастеров займет ремонт и во сколько тысяч мне в итоге обойдется этот чертов сервис. Придется пока побыть пешеходом.

— А подруги-то у нее красивые? — Артем вдруг задорно подмигнул и громко, от души расхохотался, откидываясь на спинку стула. В этот момент он снова стал похож на того самого школьного заводилу, каким его помнил Илья.

— Конечно нет! Ты что, с ума сошел? — Илья шутливо замахал руками, округлив глаза от напускного ужаса. — Моя Аня меня ни с кем делить не собирается, приревнует так быстро, что оглянуться не успеешь. Она у меня собственница. Поэтому в ее окружении, исключительно ради моей безопасности, — одни крокодилы!

Илья сам искренне рассмеялся от своей же шутки, довольный тем, как ловко выкрутился из вопроса. Артем понимающе хмыкнул, качая головой. Официант как раз закончил разливать виски, и в воздухе повис терпкий, древесный аромат алкоголя.

После этого взрыва веселья они снова замолчали. На этот раз пауза затянулась гораздо дольше прежнего, став тяжелой и почти осязаемой. Смех утих, и гнетущая атмосфера бара «Север» мгновенно вернулась за их столик. Было слышно только, как тихо тает и шуршит лед, ударяясь о стенки граненых стаканов. Илья почувствовал, что лимит шуток и ностальгии на сегодня полностью исчерпан. Артем сидел неподвижно, его лицо снова приобрело то самое суровое, жесткое выражение, а взгляд замер на янтарной жидкости в бокале.

— Ты тогда слишком резко исчез, — наконец тихо, но отчетливо сказал Илья, нарочито не глядя на собеседника и гипнотизируя взглядом тающий лед в стакане. — Ни звонков, ни дурацких сообщений… Ты просто взял и испарился в один день, словно тебя никогда и не было.

— Да… — Артём тяжело вздохнул и медленно провел широкой ладонью по гладкой поверхности стола. Он делал это так скрупулезно, будто вытряхивал невидимые соринки и крошки, несмотря на то что деревянный стол перед ними был абсолютно чист. Этот машинальный жест выдавал его глубокое внутреннее волнение. — Так получилось, Илья. Были причины.

Артём на секунду замер, уставившись на свои сцепленные в замок пальцы. Когда он снова поднял глаза на Илью, в его спокойном взгляде сквозила пугающая, леденящая серьезность.

— Помнишь тот день, когда мы ходили на рыбалку? Тебе тогда еще дико везло, клевало абсолютно всё, ты едва успевал подсекать. Насытившись этим сумасшедшим уловом и уставшие, мы тогда смотали удочки и решили поскорее отправиться по домам. Но уже придя к себе, я начал разбирать рюкзак и с ужасом понял, что оставил часть снастей на берегу. Видать, когда мы собирались, уже опустились густые сумерки, и я в полумраке просто не смог заметить всё, что лежало прямо на сырой земле. К тому же я был буквально опьянен этим детским чувством предвкушения — безумно хотелось похвастаться перед родителями, показать, сколько рыбы мы притащили.

Артем сделал короткую паузу, его взгляд на мгновение стал отрешенным, уходя глубоко в воспоминания.

— И тогда я, никого не предупредив, отправился уже ближе к ночи обратно на берег, к той самой нашей заводи. Мне позарез хотелось забрать эти вещи. Я был на все сто процентов уверен: ранние пташки, местные рыбаки, придут туда на рассвете следующего дня и получат такой шикарный подарок совершенно бесплатно. А ведь эти снасти хороших денег стоили. Я понимал, что отец такой новостью точно не обрадуется, устроит мне грандиозный скандал за потерю дорогого имущества. Пришлось идти одному в темноту.

— И? — Илья подался вперед, затаив дыхание. Его стакан с виски так и остался нетронутым.

— И на том пустом ночном берегу я встретил кое-кого, — Артём произнес последние слова едва слышным шепотом, но они прозвучали в тишине бара как гром среди ясного неба.

Илья нервно усмехнулся, изо всех сил пытаясь разорвать эту липкую, пугающую тишину и вернуть беседу в привычное, безопасное русло обычных мужских посиделок.