В этической системе Экхарта высшей добродетелью является состояние продуктивной внутренней активности, предпосылкой которой служит преодоление всех форм обладания, включая эгоцентризм, жадность и накопительство.
Идея такой поляризации наиболее ярко выражена в мифе о том, что изначально мужчина и женщина были единым целым, что это единое существо было рассечено пополам, и с тех пор каждая мужская половина ищет утраченную женскую, чтобы вновь с ней воссоединиться.
Мазохист избавляется от невыносимого чувства изоляции и отдельности тем, что делает себя частью другого человека, который направляет его, руководит им и защищает; этот человек становится его жизнью, его кислородом.
Ровно так же мы можем верить в себя, осознавая существование собственной личности, ее ядра, которое неизменно и которое сохраняется на протяжении всей нашей жизни, несмотря на меняющиеся обстоятельства и независимо от изменчивости мнений и чувств. Именно это ядро в реальности является нашим Я, на нем основывается наше убеждение в собственной идентичности.
Мы знаем себя и все же, несмотря на все усилия, себя не знаем. Мы знаем также других людей, и их тоже не знаем, потому что я – не вещь, и другой человек тоже не вещь.
Вера в возможность любви как социального, а не исключительно индивидуального феномена – это рациональная вера, основанная на проникновении в глубинную сущность человека.
Едва ли существует поле деятельности или занятие, которые бы сулили столь огромные надежды и ожидания и тем не менее так регулярно приводили к фиаско, как любовь.