Глава 12
Горные вершины и текущие воды
Продолжение
(части 41–44)

Часть 41

На следующий день, как и обещал, к нам присоединился Ли Цзиньлун. Он выглядел немного уставшим, но это не мешало ему излучать спокойствие и радушие, пресекая малейшие вспышки негодования со стороны Владыки Тьмы и Дау. Ахимот, вопреки своему обычаю нигде не задерживаться, решил принять участие в отборе, чем удивил даже Князя Мортена.

Я подходил к каждому экнорианцу и невесомо прикасался ладонью к спине, ощущая внутренние каналы энергии. Энделлион же успевал поддерживать беседу с Владыками и заинтересованно наблюдать за моими действиями. В этот раз достойных обучения в Тинсингуо стало больше. Все же люди удивляли своими способностями. Не имея ци как у жителей Поднебесной, демонических эликсиров или маны, они все равно обладали сильной душой, стойкостью и стремлением совершенствоваться. Закончив со своими обязанностями и проследив, чтобы Лирейн повязал на запястье каждому достойному ленту, я подошел к Ли Цзиньлуну:

– Мы завершили отбор, Владыка, можно возвращаться в Тинсингуо.

Энделлион недовольно нахмурился, но не решился что-то произнести.

– Ваше величество, вас не устраивает выбор Юань Фэня? – поинтересовался Небесный Император.

– Какой ты недогадливый, Цзиньлун. Эндел всего лишь хотел продолжить праздник, а вы, небесные моралисты, все испортили. – Ахимот зевнул и бесцеремонно, словно старый друг, закинул руку на плечо королю. – Предлагаю посетить Хэйдерес и насладиться вседозволенностью в моем замке. Что скажешь, друг мой?

Я бросил обеспокоенный взгляд на Ли Цзиньлуна. Владыка Тьмы никогда раньше не выказывал расположения к экнорианцам – скорее, просто терпел их. Учитывая, что для демонов долгие столетия люди были всего лишь пищей, внезапное дружелюбие вызывало опасения.

– Боюсь, Владыке Ахимоту придется вернуться одному. У короля Экнора есть обязательство – сопровождать будущих паладинов в Фэнчжихай. – Ли Цзиньлун с показным прискорбием покачал головой.

Лицо Энделлиона посветлело, и он с извинением улыбнулся.

– Рад бы продолжить праздник, но долг короля превыше всего. Надеюсь, это была не последняя наша встреча с Владыкой и в следующий раз вы обязательно покажете мне свой замок.

– Ты обещал, Эндел. – Ахимот недобро прищурился и убрал руку. – Дау, Одор, нам пора вернуться в Хэйдерес, пока мелкая пьянь не осушила мои погреба. Цзиньлун, было неприятно вновь видеть твою фальшивую улыбку. Но я прощаю тебя, ведь ты доставил мне удовольствие, вновь явившись ни с чем.

Уголки губ Ли Цзиньлуна едва заметно дрогнули. Ахимот знал некие тайны Тинсингуо или в очередной раз хотел просто поглумиться над Небесным Императором?

Владыка Тьмы сделал несколько шагов мне навстречу и остановился на расстоянии в один чи^[35]. Густая темная ци захлестнула меня, отгородив от остальных и почти оставляя без воздуха.

– А вот с тобой, Юань Фэнь, я бы встретился еще раз, когда ты наконец поймешь свои ошибки и ответишь на вопрос. – Он наклонился и выдохнул мне в лицо, опаляя кожу дыханием, словно только вышел из лавы Хэйдереса: – Дракон взлетел, но был ли то дракон или медь окрасили лазурью и назвали золотом^[36]?

Я преодолел желание попятиться и уверенно встретил взгляд огненно-красных глаз. Спустя мгновение давление темной ци исчезло, как и Владыка Тьмы со свитой. Солнечные лучи вновь заскользили по лицу, вынуждая прищуриться.

– Акула всегда будет рада, если весь мир окажется под водой, – спокойно произнес Ли Цзиньлун, будто он знал или слышал слова Ахимота, брошенные мне на прощание.

Только в Фэнчжихай я смог убрать веер и почувствовать себя уверенно, не прикрываясь им. Каждый раз, когда мы сталкивались с Ахимотом, он сеял сомнения в моем сердце, которые мешали мне, заставляя спотыкаться на своем пути.

– Юань Фэнь, если тебя не затруднит, не сопроводишь ли ты экнорианцев к наставнику Фу Дэшэну, пока я покажу его величеству Фэнчжихай?

– На все ваша воля, Владыка. – Я склонил голову и потом дал знак Лирейну, чтобы он принял на себя командование отобранными людьми. – Ваше величество, Владыка, хорошо вам провести время.

Дождавшись, пока они удалятся, я направился к ближайшему подножью горы, где обитал наставник Фу Дэшэн и его адепты. Он был одним из немногих жителей Поднебесной, которые знали, как пробудить силы в одаренных экнорианцах и сделать из них паладинов, способных поддерживать защитные барьеры в Лимбусе.

– Неужели сам Повелитель Тысячи Вод посетил мою скромную обитель?

За сотни лет Фу Дэшэн сохранил облик седовласого старца, ни капли не изменившись. Своей внешностью он ловко обманывал юных адептов, вселяя в них надежду на легкий путь обучения и снисхождение. Но я-то знал, сколько мощи содержит это слабое на первый взгляд тело.

– Приветствую наставника от имени Небесного Императора. Я привел вам новых адептов.

Позади меня раздались шепотки и тихий окрик Лирейна, не терпящего нарушений дисциплины среди будущих воинов.

– Новые ученики, очень вовремя. Надеюсь, в них горит пламя знаний и силы, а то мои совсем выдохлись. – Фу Дэшэн хитро прищурился и пригладил длинную бороду. – Генерал Лирейн, прошу, отведите их к остальным.

Наставник дождался, пока Лирейн исполнит его просьбу, и по-отечески улыбнулся мне.

– Повелитель Тысячи Вод не желает заглянуть на озеро Лончжу^[37]? Или, возможно, этого жаждет тот Юань Фэнь?

Я бросил взгляд на горное ущелье, не зная, дозволено ли мне найти Лончжу вновь или моей силы еще недостаточно, чтобы побороть страхи прошлого.

– Пусть господин Юань Фэнь не думает об этом, ведь сама судьба привела его сюда в первый раз, а значит, приведет снова. Хозяин вод Лончжу был благосклонен к вам. Помните, что демонов порождает собственный разум^[38].

Фу Дэшэн знал, о чем говорил, и намеренно подталкивал меня. Ведь за сотни лет я так и не осмелился вернуться к озеру, ставшему моим проклятьем и спасением одновременно.

– Благодарю вас за мудрый совет. Я обязательно ему последую.

Возможно, замыслом Ли Цзиньлуна тоже правила судьба, и она неизбежно пыталась столкнуть меня с прошлым. Даже ветер решил указать путь, резкими порывами врезаясь в спину и направляя в ущелье.

– Син, дождись Лирейна, и возвращайтесь в Юньхай. У меня остались незаконченные дела.

– Да, господин. Прошу вас быть осторожнее.

Первый шаг к возвращению в озеро Лончжу был совершен.

В сердце гор, утопающих в зелени лесов, притаилось озеро, окруженное величественными туманными вершинами. Его вода была кристально чистой. Днем она отражала солнечные блики, а ночью – небо, усыпанное звездами. На берегах в густых кустах каждый вечер прятались сотни светлячков, напоминая маленькие искрящиеся фонарики. Их свет мерцал, пробираясь сквозь темные одеяла леса, и создавал волшебные узоры в воздухе. Каждый светлячок виделся мне крошечной звездой, сбежавшей с небес, чтобы подарить нам свое сияние. Мягкие волны на озере пробуждались от дуновения ветра и играли с отражениями, обманывая иллюзией, что светлячки танцевали не только в воздухе, но и под водой.

Лунный свет скользил по озеру и останавливался на небольшом доме, спрятанном в тени листвы деревьев. Он выглядел старым, но не утратил скромной опрятности и чистоты. Таким в памяти сохранилось Лончжу.

Несмотря на произошедшее здесь, я дорожил этим местом и даже построил себе похожее в Юньхай – Нанъин, как напоминание о том, что тот мальчик во мне жив.

Ноги, все еще помня каждый камень на старых тропах, повели меня вдоль берега к выступу скалы, одним краем повисшей над озером. Сейчас здесь царило умиротворение и блаженная тишина. За столько лет на озере ничего не изменилось, оно словно застыло во времени, напоминая о событиях прошлого. Но стоило ли сейчас находиться там, где за мной пришла смерть и где была дарована новая жизнь?

Я взобрался на выступ и осмотрел прозрачную водную гладь, когда-то прятавшую в своих глубинах Хранителя озера. Пальцы сжали спрятанный за поясом мешочек, который с того дня всегда был со мной. Я развязал его и достал браслет из нефритовых и красных бусин. Солнечные блики заиграли на мелких трещинах белого камня. Одни бы сказали, что они напоминали паутинку изысканного узора великого мастера. Другие же увидели бы полный изъянов нефрит, чей благородный цвет запятнали уродливые прожилки. Я никогда не носил на руке символ своего «воскрешения», ведь, надень я браслет, меня ожидала бы расплата за содеянное на озере Лончжу.

Часть 42

Безжалостные воды озера Лончжу

(детство Юань Фэня)

Старейшина Фу Дэшэн был единственным выжившим из ордена Цзиньшань Фу^[39]. Высокоранговые демоны уничтожили орден за три дня и три ночи. Только ему посчастливилось спастись, когда среди сражения в горах обнаружилось ущелье, и он решил увести за собой самых ранговых монстров, уничтожив их там. Фу Дэшэн готовился к смерти, но воды горного озера поглотили демонов, позволив лишь на мгновение старейшине увидеть частичку своего Хранителя – хвост, покрытый чешуей.

Спустя десятки лет Фу Дэшэн, став наставником, не раз рассказывал юным адептам эту историю. Многие семьи, уверенные, что старейшину отметил сам Хранитель озера Лончжу, стремились отдать своего ребенка ему в ученики. Однако сам наставник знал правду и поэтому не считал себя особенным. Скорее, ему было горько от осознания, что, пока он находился в легендарном затерянном озере Лончжу, его орден уничтожили. Но Фу Дэшэн решил не прекращать учения ордена Цзиньшань Фу и стал наставником, про которого говорили: «Этот Фу Дэшэн обрел дух дракона и лошади»^[40].

В возрасте семи лет я даже думать не смел о том, чтобы стать адептом. Мои мысли занимало только выживание в мире, принесшем боль от осознания, что в любой момент ребенок мог лишиться семьи из-за разбушевавшегося демона. Потоки крови, льющиеся по его когтям, запах опаленной плоти и предсмертные крики, раздирающие уши, преследовали меня в ночных кошмарах. Хотелось ли мне тогда стать сильным и отомстить? Нет, я был слишком юн и слаб для этого, без денег и дома, грязный сирота, слоняющийся по дорогам. Уверен, многие задавались вопросом: «Почему бы ему лучше не умереть?» Ответ оказался простым: «Потому что даже смерть кем-то предопределена».

Тогда, после долгих скитаний и дней, наполненных сводящим с ума голодом, я набрел на тропу, ведущую в горы. Возле склона рядом с ущельем послышались оживление и голоса.

– Наставник сказал, что на дне озера хранятся сокровища, а тот, кто их достанет, станет дицзы^[41]!

– Ты все врешь, шиди^[42] Му. Наставник не мог такого сказать.

– Честно-честно, шицзе^[43]. Вот подожди, твой шиди достанет из озера сокровища и станет ради тебя дицзы.

– Если не хотите, чтобы нас всех заставили бегать тридцать кругов возле этого самого озера в час Тигра^[44], то не советую к нему приближаться.

– Шисюн^[45] Ло просто боится утонуть.

– Кто здесь трус? А ну, иди сюда, я покажу тебе, что значит бояться.

После непродолжительной потасовки ученики покинули подножье горы, и я с облегчением смог продолжить путь в поисках укрытия на ночь и какой-нибудь еды. В ущелье предо мной предстала самая прекрасная картина из всех. Кристально чистое озеро освещалось мягкими солнечными лучами и утопало в пышной зелени, а на берегу между деревьев прятался дом с окнами, украшенными резными решетками с натянутой на них рисовой бумагой. Неужели те ученики говорили про это озеро с сокровищами? Я из последних сил подбежал к кромке воды и вгляделся в нее. В глазах немного расплывалось от тошноты, но в водорослях явно что-то блестело. Если удастся вытащить вещицу и она окажется ценным украшением, то ее можно будет продать или обменять на еду.

Движимый верой в лучшее и стараясь не обращать внимания на боли в животе, я нырнул в озеро. Вода оказалась удивительно холодной для летней погоды, но мне показалось, что она обволокла меня, сжимая в своих объятиях и желая согреть. В водорослях продолжало слабо поблескивать «сокровище». Мое сердце стучало сильнее от волнения, а непривыкшие легкие требовали воздуха, но я поплыл к самому дну, где мягкий свет постепенно гас и вокруг становилось все темнее. В какой-то момент мне даже привиделись танцующие тени. Они скользили совсем близко и пытались дотронуться до тела, а потом просто исчезли, не оставляя после себя ни волнения воды, ни пузырька воздуха.

Как только ноги коснулись песчаного дна, я увидел его – браслет из нефрита. Почему-то мне стало страшно притронуться к нему, будто это могло прогневать Богов. Но голод пересилил совесть, и пальцы схватили украшение. Внезапно все изменилось, словно вода ожила и вместо теплых объятий отрастила ледяные щупальца, которые тут же обвили ноги и потянули вниз, к темным недрам озера. Я пытался сопротивляться, дергался и вырывался, но маленькое исхудавшее тело оказалось слишком слабым. «Еще немного, нужно постараться выбраться. Ты справишься!» – Последняя надежда стояла перед глазами в образе матушки и тянула ко мне руки.

Страх заполнил грудь, когда пришло понимание, что я действительно могу умереть, как все мои родные и друзья. Снова реки крови и ужасающие крики, не оставляющие меня в покое с того самого дня. Тело оцепенело, не желая подчиняться, а щупальца безжалостно продолжали тянуть в мрачные глубины. С каждым мгновением их хватка становилась все крепче, а мои силы покидали маленькое тело. В опустевшей голове не задерживалась ни одна мысль. Мутные картины мелькали одна за другой, пока их место не заняло обидное до жгучих слез осознание: я не желал умирать.

«Хочу стать сильнее, настолько, чтобы ни один демон в трех мирах не смог причинить боль дорогим мне людям».

В груди разгорался нестерпимый жар, а руки и ноги, наоборот, покрылись льдом. С каждой секундой свет становился все дальше, и последние пузыри воздуха вырвались изо рта жемчужной нитью. Темнота пришла следом за холодом, и последнее, что я смог ощутить, – это скользкие щупальца, обвивающие пылающее тело.

Яркий свет бил в глаза, а по щекам, смешиваясь со слезами, стекала вода. Пальцы крепко обхватывали крупные бусины из нефрита, словно браслет был единственной вещью, придававшей происходящему реальность. Возле меня вздымался чешуйчатый хвост, образуя пену из брызг. Неужели я остался жив благодаря водному змею?

– Простите меня, великий Хранитель озера, – запинаясь, пролепетал я осипшим голосом. – Я не хотел красть ваши сокровища и верну браслет.

– Ты уже расплатился за свой поступок, дитя. Воды Лончжу поглотили тебя.

Змей не поднимал головы, продолжая плавать вокруг, но его слова отчетливо звучали в ушах.

– Н-но я жив.

– Дитя, ты умер в озере Лончжу и возродился вновь. Вода наказала тебя за содеянное, но я услышал твой отчаянный крик, наполненный желанием обладать силой, способной защитить миры. Мой дар – новая жизнь. Но платой за нее стала связь наших судеб. Никому не нужный сирота умер, теперь тебя зовут Юань Фэнь. Носи это имя гордо и помни, кто тебя воскресил. Когда будешь готов принять свое предназначение, то надень нефритовый браслет и назови мое истинное имя. Я явлюсь тебе в тот же миг, Юань Фэнь. Вместе мы исполним то, что предначертано Небесами. А теперь ступай и найди Фу Дэшэна. Покажи ему отметку на своей груди и скажи: «Пришло время отдать долг». Я не прощаюсь, Юань Фэнь, ведь наши судьбы теперь едины.