– Нет. Не поэтому. Никита – хороший мальчик и не станет жаловаться просто так, – медленным и рассудительным тоном говорит тётя Наташа.

На словах «очень хороший» я не сдержалась, и меня пробирает смех.

– Серьёзно?! – громко выдаю, но, заметив кроткое внимание окружающих, затихаю. – Хороший мальчик? В каком месте? Оно настолько добротно спрятано, что я не заметила.

– У него просто тяжёлый период.

– У меня тоже тяжёлый период. А у моей мамы так вообще тяжелейший. Особенно с её работой. Так что это не позволяет ему хамить, – пытаюсь объяснить, но, кажется, меня не слышат.

– Так ты ему и нахамила. А говоришь, не повод, – ловит меня тётя Наташа.

Ну да. Логика в этом присутствует.

– Он меня завёл. Я не хотела. И правда, не знаю, как так вышло, – пожимаю плечами, искренне надеясь, что этот разговор скоро закончится.

– Это ему и скажи. Что не хотела, не знаешь, что на тебя нашло. В общем, что угодно ему скажи, но чтобы он отозвал свою претензию, – говорит, как режет.

– Для начала, где я его найду? У меня никаких контактов нет, – надеюсь, и не будет.

– Я тебе дам адрес. Поедешь туда в понедельник рано утром. Будь к восьми часам у его дома, и вы точно встретитесь. А он, на твою радость, будет в это время в лучшем расположении духа, – поясняет тётя Наташа, сбрасывая мне в мессенджер геолокацию.

– Ого! – удивляюсь, глядя на местоположение на карте. – Элитный район. Не так далеко от дядиного дома.

– Именно поэтому я говорю с тобой об этом сейчас. Переночуете с мамой у Димы, а там с утра быстро закроешь вопрос и всё. Твоё дело до безобразного простое. Я тебе почти всё на блюде принесла. Так что будь добра, – затем тётя Наташа удаляется, оставив меня с этими словами наедине.

Теперь Анисимов злит меня ещё больше. Он как тот самый сын маминой подруги, у которого всё получается. Что тётя Наташа вообще в нём нашла? Теперь ещё идти и перед ним извиняться. А сам Никита передо мной извинится? Или это не учитывается? Ладно. Работу я потерять не хочу, клиентов тоже. Придётся ехать.

5 сентября. Понедельник.

Я стояла у дома Анисимова в назначенное время. Только его нигде не было. Или мне нужно позвонить в дверь? Осматриваюсь, потирая руки, подмерзая от утренней прохлады. Что-то я разоделась. Даже не подумала, а будет ли мне тепло? Эх, банальная привычка ездить всё время на машине и заходить сразу в помещение. Поэтому привыкла слишком легко одеваться.

Как только собираюсь вернуться в тепло обратно, то замечаю, как появившаяся из ниоткуда машина останавливается у решётчатых ворот, принадлежащих дому Анисимова. Глаза мигом следят за водительским сидением. Я узнаю его. Чёрт… Неужели мне действительно придётся перед ним извиняться? Эта мысль определённо не греет, а от чего-нибудь тёплого я бы сейчас не отказалась.

Пытаюсь мысленно расслабиться, но не получается, оттого холод кусает ещё сильнее.

Никита выходит из машины и совершенно очевидно не замечает меня. Заходить на территорию участка, по всей видимости, он не торопится. Потому как просто облокачивается о машину и закуривает сигарету, глядя на свой дом.

Ладно. Чем раньше начну, тем быстрее закончу. Глубоко вдыхаю и направляюсь навстречу к этому неприятному типу.

– Привет, – подаю голос, останавливаясь перед ним.

Он, не проронив ни слова, меня изучает, делая затяжку. Мне становится слегка неловко от его молчаливого и откровенного взгляда.

– Привет. Кто прислал?

– Почему сразу прислал? – мнусь, не понимая его намёков.

– Ты пришла ровно к моему появлению ко мне домой. Для этого нужно знать мой адрес и график. Такой информации в свободном доступе нет. И уж тем более у тебя. Вывод напрашивается сам собой, – разжёвывает мне Никита свою догадку. – Кто прислал?

– Тётя Наташа, – говорю по привычке, но затем осекаюсь и отвечаю, как положено: – Наталья Владимировна.

– Понятно, – сухо отвечает Анисимов, следом делая очередную затяжку.

Отмахиваюсь рукой от сигаретного дыма и не удерживаюсь от комментария:

– Ты можешь не курить? К твоему сведению, это, вообще-то, вредно для здоровья.

– Правда? Да ты что! Хотя ты опоздала. Минздрав предупредил меня первым, – ухмыляется Никита. – Ты же сама ко мне подошла. Значит, терпи. Будь этот разговор в моих интересах, возможно, я бы прислушался.

– А ещё спортсмен, – осуждающе покачиваю головой.

– Вообще-то, нет.

– А как же твоё золото? – вспоминаю, ведь точно помню, как своими глазами наблюдала за его мастерским владением сноубордом и как идиотка радовалась победе нашей сборной.

– Это в прошлом, – отмахивается Никита, судя по всему, данная тема ему не особо приятна.

– А почему? – любопытствую в надежде получить объяснения.

– Не отвлекайся от своей задачи, – отдёргивает меня Анисимов. – Ты пришла мне допрос устроить? Если так, то дорогу домой знаешь.

И это ещё он, по словам тёти Наташи, в приятном расположении духа. «Хороший мальчик». Просто зазнавшийся выскочка.

Так. Стоп, Ария. Надо сосредоточиться на извинении. Если оно вообще у меня получится.

– Можешь отозвать свою жалобу? – решаю просто попросить. – Думаю, извинения тут ничего не изменят.

– А может, я хочу, чтобы ты извинилась? – на его губах появляется хитрая улыбка, Никита словно смакует своё положение.

Вот же гад.

– За что я должна извиниться? – развожу руками, так как хочу его объяснений.

– Ну, смотри, – докуривая сигарету, он начинает раскладывать всё по полочкам: – Вернёмся к моему визиту. Для начала ты не поздоровалась и даже не представилась. Я хотел бы знать имя своего мастера. Это как минимум. Тратить время на то, чтобы искать где-то на тебе бейдж, как-то не особо хотелось. Ещё. Необязательно переглядками с коллегами обсуждать клиента. Ты вообще не должна была создавать для меня даже намёка на ощущение осуждения. Также недопустимо переходить на личности, а ты перешла. Как работник такого элитного салона, ты просто обязана мне продемонстрировать максимальную этичность построения общения. К твоей прикладной деятельности вопросов у меня нет. Всё на должном уровне, как ни странно, но коммуникативные навыки завалены максимально. Я бы как минимум перевёл бы тебя в менее престижное место.

Как бы его холодный, но рассудительный тон ни резал мою нервную систему, понимаю, что правда в его словах есть. Более того, я с ним согласна. Повела себя, как сотрудник, максимально нетактично. Даже если меня разозлил сам Анисимов.

– А ты умный и наблюдательный, оказывается, – подвожу итог.

– А ты думаешь, я красный диплом себе в переходе купил? – хмыкает Никита. – Я в бизнесе с детства, а в сфере моды и подавно.

– Так-то умеешь разговаривать нормально, – подмечаю между делом.

– Так-то вообще не хочу этого делать, – парирует он.

– Ладно. Признаю, была не права, извини, – сдаюсь, показывая ладони в знак капитуляции. – Буду впредь более внимательна к клиентам.

– Так-то лучше, – фыркает Анисимов.

– Отзовёшь свою претензию? – искренне прошу, обнимая себя.

– Да, – кратко кивает он. – Можешь идти.

– А гарантии? – неожиданно всплывают сомнения в моей голове. – Вдруг ты сейчас говоришь, что отзовёшь, а потом меня будет ждать что-то поинтереснее?

– То есть моего слова для тебя недостаточно, – ловлю нотки раздражения в его голосе.

– Нет, – подтверждаю свою позицию и почему-то начинаю немного нервничать.

– Ладно, – пожимает плечами Никита и протягивает мне руку. – Телефон.

– Что «телефон»?

Его жест сбивает меня с толку. Достаю смартфон из сумки, думая, может, мне звонят, а я не слышу. Нет. Глухо. Не успеваю опомниться, как аппарат вырывают из моих рук, а затем быстро возвращают.

– Если будут вопросы, просто звони. Не нужно заявляться ко мне домой, – объясняет Анисимов, а затем добавляет: – Надеюсь, необязательно уточнять, что светить моим номером не стоит? А то запущу процесс обратно и в более изощрённой форме.

Что это только что сейчас было? Никита оставил мне свой номер? Недоумённо смотрю на него и хлопаю глазами.

– Ты меня поняла? – спрашивает он, ожидая от меня хоть какой-то реакции.

– Я не идиотка, – отмираю наконец, и ответ выливается сам собой: – Всё прекрасно понимаю.

– Точно?

– Точно!

Тут в моей голове всплывает воспоминание. Причина, по которой у меня прочно в подкорке закрепилась ненависть к Анисимову.

Его теория многими парнями была принята за веру и очень часто побуждала на плохие действия. Однажды один парень, который мне понравился, воспользовался мной как трофеем. Прикрываясь словами, что я должна молчать, приносить удовольствие и на большее непригодна.

С подобным я встречалась не раз, и вечно приходилось всем что-то доказывать. Говорить, что я не просто девушка, с которой можно лишь поиграться, а личность, которая чего-то стоит и с моим мнением нужно считаться. Эти обрывки слов Анисимова завирусились в интернете и начали создавать новый тренд поведения. Ведь когда ты голос общественности, многие часто прислушиваются и ведут себя подобным образом, даже не задумываясь, почему они так делают.

Раз уж Анисимов сейчас такой добрый, что аж дал мне свой номер, то, думаю, стоит Никиту попробовать попросить об одной услуге.

– А можно тебя кое о чём попросить? – начинаю спокойно и осторожно. – Это личная просьба.

Теперь, кажется, я сбиваю с толку Никиту.

– Что у тебя ко мне может быть личного? – недоумевает он.

– Можешь дать опровержение своей теории относительно девушек?

После напряжённой минутной тишины и его пристального, смотрящего мне прямо в глаза взгляда получаю в ответ смех.

– Что, прости? Ты серьёзно? Опровержение? Садись-ка в машину. Ты, кажется, уже отморозила себе мозги.

– Пожалуйста, – твёрдо стою на своём, даже не понимая, что меня вовсе не хотят слушать.

– Нет! – строгое и чёткое.

– Вообще-то, как голос общественности ты несёшь ответственность! – пытаясь надавить на его совесть, не задумываюсь, что, возможно, давлю на то, чего и в помине нет.

– Вообще-то, люди сами должны фильтровать то, что им вливают в уши из Интернета, – парирует мне Никита.

– Да почему тебе так сложно их направить на что-то светлое? У тебя все ресурсы для этого есть, – не замечаю, как повышаю тон.

– Да чего ты так бесишься постоянно?!

– Да потому что ты меня заводишь!

Никита молча смотрит на меня, и его хитрый взгляд дополняет ухмылочка.

– Это я ещё не начал, – спокойным и ровным тоном говорит Анисимов. – Даже интересно стало, а что будет, если начну?

Пропускаю его слова мимо ушей, как и его странный внимательный взгляд.

– Опровержение.

– Проваливай, – только и бросает он напоследок и уходит.

Глава 2.

«Случайная игра»

Никита

5 сентября. Понедельник.

Захожу домой и, наконец, наслаждаюсь утренней тишиной. Первым делом принимаюсь проверять, в каком состоянии находится дом. Не вынесла ли сладкая парочка, живущая со мной, что-то за выходные, или не устроила где свинарник. От них порой можно было ждать чего угодно. Поэтому я ввёл ряд правил, которые они обязаны соблюдать, чтобы не испытать на себе мой гнев.

Так как в некоторых кругах меня знали, как отмороженного психа, то от меня можно было натерпеться всякого. Особенно если разозлить. В связи с этим сестра хоть и трепала мне нервы, но чаще всего меру знала и границы старалась не переходить. Старалась, во всяком случае. Порой получалось у неё отвратно.

В гостиной замечаю Лику, спящую на диване. Судя по состоянию, трезвая, что не могло меня не радовать. Если на неё так подействовало то, что я разнёс и развратил её комнату, то без проблем могу повторить, если ей это на пользу.

Аккуратно снимаю с сестры тапки и укрываю её пледом. Интересно, где её благоверный? Неужели сложно было перенести Лику в кровать? Правда, свинство с его стороны.

Хоть я и не верил в то, что есть нормальные, адекватные, по-настоящему рассудительные девушки без придури в голове, но сестру обидеть никому не позволю. Мне можно. Остальным нет.

Конечно, было видно, что Игорь её вроде как любит. Только главная проблема в том, что Ершов – такой же житель её мутного болота зависимостей. Именно это меня и расстраивало. Если бы Лика бросила пить ради него, я был бы благодарен. Хотя бы за это. Игорь ей не помощник, так как ему самому была нужна помощь. Его мания к азартным играм до сих пор не знает границ. И так уже выносит по частям клуб, который завещал ему отец. За заведение было обидно. Раньше оно славилось и было популярным, а при Игоре скатилось до уровня помойки. Даже не знаю, кто теперь туда ходит. И ходил ли вообще.

Присаживаюсь рядом с сестрой на диван и откидываюсь на спинку. Когда достаю из кармана телефон и убираю блокировку экрана, сразу всплывает пропущенный звонок от Арии Поляковой, который я сделал лично с её телефона. Имя мне сказала тётя Наташа. Ария же не представилась ни разу. Этичность на нуле, а говорят, что хамло я. Логика.

Странная девчонка. Очень странная. Поражаюсь ещё, что они с тётей Наташей в хороших отношениях. Она вроде женщина достаточно мудрая на удивление. Я скорее привык разочаровываться в женском поле, чем восхищаться. Поэтому адекватные резали глаза и заставляли во всём искать подвох.

Через номер телефона легко выхожу на страницу Арии в соцсетях. Не знаю, что за чёрт меня дёрнул посмотреть. Наверное, банальное любопытство. Страничка забита фотками её клиентов по типу "до и после". Ничего интересного.

Натыкаюсь помимо причёсок и макияжа ещё на фото её самой. Да здесь целые профессиональные фотосессии. Камера её определённо любит. Да и с её внешностью вполне могла бы и для журнала сниматься. Не хуже намалёванных девушек с моей работы. Точнее, с одной из моих работ.

Не замечаю, как залипаю на фотографии на целый час. Пока голос сестры не шепчет мне прямо в ухо:

– Понравилась?

Вздрогнув от неожиданности, гашу телефон и убираю его в карман.

– Тебе какое дело?

– Она красивая, – Лика, как обычно, пропускает мои слова мимо ушей и говорит на своём языке. – Кажется, я её где-то видела.

– Где? – спрашиваю, чтобы поддержать более или менее адекватный разговор.

– Покажи ещё раз, – просит она, и я, молча разблокировав телефон, сую его ей.

– Точно! Это же Полякова! – осеняет её.

– Мне это ни о чём не говорит, – отбираю телефон обратно.

– Мы с ней учимся вместе. Только она постоянно спит на парах или прогуливает, – поясняет Лика.

– Ты тоже прогуливаешь, – рассуждаю. – Удивлён, что ты вообще там кого-то запомнила. Хотя молодняк тебя интересует.

– Двадцать семь не приговор. Кто-то и в тридцать учится, – улыбается мне сестра, показывая, что мои слова её никак не задели. – Так она тебе понравилась? Если бы просто переспать хотел, то сейчас бы не на фотки пялился, а делал кое-что другое.

Медленно бросаю на сестру многозначительный взгляд с призывом заткнуться.

– Ладно. Поняла. Замолкаю, – кивает Лика, принимая решение меня не злить.

– Где твой женишок? – интересуюсь у сестры, и за спиной разносится голос.

– Её женишок здесь.

Судя по тону, Игорь явно чем-то недоволен. Даже не утруждаюсь обернуться.

– А в глаза сказать слабо?

Передо мной сразу возникает крепкая высокая фигура со светлыми волосами. В сочетании с угольно-чёрными локонами Лики они вообще создают контраст. Как инь и янь.

– Мне-то не слабо. Это ты насрал у нас в комнате и подался, – это наезд, серьёзно?

– Жалуешься на меня? – кидаю вопросительный взгляд на Лику.

– Нет. Просто не все улики удалила. А выслушивать претензии, что я успела за утро наизменять ему вдоволь, не особо хотелось. Сразу правду и выпалила, – шепчет мне сестра, но Игорь явно от наших разговоров не в восторге.

– Ты ещё и оправдываешься перед ним? Я в шоке с тебя, – покачивая головой, цыкает Игорь.

– А ты чего тут растявкался-то вообще? – непонимающе смотрю на него я.

Игорь преодолевает расстояние между нами в два быстрых шага и, хватая меня за грудки, смотрит прямо в глаза разъярённым взглядом.

– Если мне будет нужно, я поставлю тебя на место, – рычит он.

Мои губы расплываются в улыбке, а внутри даже ничего не ёкает. Этот громила себе ничего не позволит, я более чем уверен. Просто бесится от бессилия. Забавно наблюдать за его реакцией.

– Серьёзно? Угрожаешь? Ну да, переломанного младшего брата своей невесты бить так интересно. Который, между прочим, предоставляет тебе жильё, да ещё и постоянно долги оплачивает. У тебя ведь сразу самооценка поднимется, правда, родственничек?

Я, конечно, уже восстановился после происшествия, но боли периодически всё равно мучали, а нога и вовсе порой заставляла прихрамывать. Хоть в форме я себя держал, но былой силы в теле уже не чувствовал.

Рука Игоря, сжатая в кулак, расслабляется, и он отходит. Как и предполагалось. Правда, за его попытку всё равно хочется ему врезать. Лика же кусает губы от напряжения и нервно глядит то на меня, то на своего благоверного.

– Ты такой козёл, – Игорь так морщится, будто я воняю.

– Ну, не всем же быть таким гнильём, как ты, – пожимаю плечами.

– Сам ведь нарываешься, чтобы я тебе врезал! – Игорёк явно нервничает.

– Да остынь ты уже, а то я и разозлиться могу. А тебе это точно не понравится, – встаю, собираясь уходить, как минимум закурить страшно хотелось. – И вообще, мог бы и переложить свою уставшую невесту, уснувшую на диване, в кровать, раз ты такое солнышко.

– Это не твоё дело, – уже спокойным голосом бросает Игорь.

– Ошибаешься. Как раз таки моё, – с этими словами удаляюсь на балкон, выходящий из моей комнаты.

Закурив сигарету, наслаждаюсь видом двора. Так как пока ещё только начало осени, яркими красками деревьев ещё не полюбуешься. Да и холода такого нет. А заморозков я ждал, так как это прям моё. Зима, морозный лес, дождь – всё то, что так терпеть не могли многие, я очень любил. Любил ощущать прохладу, так как она учила ценить тепло. Жара же, наоборот, просто изматывала.

Вижу, как рядом со мной возникает Игорь.

– А стучать не учили? Какого чёрта ты вообще в моей комнате делаешь? – даже не смотрю в его сторону, но боковым зрением замечаю, как он виновато почёсывает затылок.

– Я это… Извиниться пришёл, – мнётся тот. – Прости, что вспылил. Не хотел.

Видать, сестра надавила или долги хвост поджали. Что-что, а в то, что человек, постоянно проигрывающий деньги, блефуя в карты, придёт ко мне с искренними намерениями, не поверю ни на грамм. То, что я думаю об их грядущей свадьбе, которую, скорее всего, предотвращу всеми силами, вообще отдельная тема.

– Учту твои раскаяния. Свободен, – нет, дружище, ни черта я не учту.

Игорёк просто виновато покивал головой и удалился. Боже, какой же он мерзкий. Аж тошнит. Что Лика в нём нашла?