В среду я решаю заняться плотной тренировкой, раз уж вяло провела занятие. Такое вот наказание себе придумала. Правда, игры с Егором всё равно не помогают мне отвлечься. Рюкзак яркой вспышкой снова и снова является перед моими глазами. Следом воображение дополнительно сгущает тучи образом Никиты, принимающего загадочный препарат.

– Я не подгоняю, но ты будешь бить? – вытаскивает меня из мыслей голос Егора.

Понимаю, что зависла, целясь в полосатую десятку.

– А? Да, – отмираю и делаю удар.

Шар попадает в лузу, и я в очередной раз анализирую расстановку шаров на столе.

– Чего-то ты загруженная какая-то? Я молчал в понедельник, но теперь начинаю за тебя переживать, – говорит Егор, тактично стоя в сторонке, чтобы не сбивать меня с удара.

– Да так, – задумчиво закусываю губу, не понимая до конца, можно ли ему раскрыться или нет. – Обдумываю кое-что.

– Неужели опять про Анисимова? Лучше расслабься и не забивай им голову, – совет хороший, да вряд ли поможет.

– Легко сказать, – отвечаю и делаю следующий удар.

Прицельный шар, конечно, в лузу не попадает, но становится в более выгодную позицию и при этом ставит соперника в сложное положение. Пусть я загружена, но результатом довольна. «Да, Анисимов, мне известно, что такое отыгрыш», – нашёптывает мне внутренний голос, полный обиды.

– Ох. Да ты меня без ножа режешь, – смеётся Егор, обходя стол.

– Будто ты плохо играешь, – пожимаю плечами.

– Анисимов что-то сделал? Обидел тебя или как-то задел? Если так, то только скажи, – отвлекается мой спарринг-партнёр от игры. – На тебе лица нет. Я правда так не могу.

В его голосе так отчётливо слышатся нотки заботы, что мне даже стало неловко от своего молчания. Казалось, надо быть с ним честной. Хотя я не хочу признавать вслух подобных вещей. Мне хватает того, что я свидетель. Чёрт, что делать-то? Ладно, просто зайду с другой стороны.

– Я всё думаю, почему Анисимов ушёл из спорта.

– Ария, ты серьёзно? Да какая разница. Захотел – ушёл, захотел – пришёл. Люди часто принимают решения, не опираясь ни на что, – я порядком уже достала его загадками, в которые играет Дина.

– Да нет, просто в голове родилась одна странная теория, – чувствую, как по телу пробегает холодок от одной мысли, и внутри всё скукоживается.

– Какая? – Егор, видимо, видит, как я нервничаю, и подходит ближе, с беспокойством заглядывая мне в глаза.

– Наркотики, – бросаю дрожащим голосом, обнимая себя руками. – Нервный. Странный. Бледный. Никогда не носит одежду с короткими рукавами. Скрытный. Я, конечно, не разбираюсь в этой теме…

Кидать собирательные догадки вслух было не по себе. И не обязательно упоминать, что видела доказательство того, чего сама ещё до конца не разобрала. Егор моментально меняется в лице от услышанного. Что тут говорить. Не особо приятная тема.

– Может быть, – медленно пожимает он плечами, а затем добавляет, задумчиво отводя взгляд: – Вполне может быть. Если так, даже не удивлён. Он всегда был отбитым. Денег у него валом, может хоть пачками закупать.

Мне почему-то становится страшно. Это ведь незаконно, опасно, а я ведь ещё работаю с Никитой. Вдруг подкинет ещё чего или… Да я вообще не знаю, чего ожидать. А с моей реакцией на его прикосновения просто внутри бушует паника. Рассказывать детали никому не хотелось. Просто буду держаться от Анисимова подальше, как он и просил, и сконцентрируюсь на соревнованиях.

– Хей, ну ты чего, – Егор привлекает меня в свои объятия, и я утыкаюсь в него лицом.

Почему-то хочется плакать. Как будто моё внутренне желание быть рядом с Никитой во мне начает заживо умирать. Даже если не брать во внимание его тяжёлый характер, то подобное игнорировать вообще невозможно. Может, вообще Анисимов подсаживает людей на эту дрянь, а каждый второй его знакомый – преступник со стажем?

В объятиях Егора почему-то уютно. Его тёплые руки кутают, словно пушистое одеяло, что и уходить не хочется. Мне ведь о подобном и поговорить особо не с кем. Конечно, попрошу Дину прекратить своё расследование и поделюсь полученной информацией, а вот другим распространяться об уликах не планирую.

– Значит так, – отстраняется Егор. – Сейчас мы забиваем на бильярд. Толку от него сегодня не будет. Пойдём куда-нибудь гулять. Куда захочешь. Договорились?

– Да. Только… Я заеду на минутку в универ. Забыла там кое-что, – и мы уходим из клуба.

Не знаю, какой чёрт дёрнул меня. То ли последняя надежда, то ли желание заглянуть ему в глаза. Но мне хочется увидеть Никиту. Страшно хочется. Добравшись до пункта назначения, как только я скрываюсь из вида Егора, чуть ли не бегом отправляюсь в секцию по бильярду. Анисимов должен быть там.

Залетаю в зал и быстро нахожу его. Судя по тому, что все расходятся, я вовремя. Никого не буду отвлекать, да и лишних ушей не будет. Никита сразу замечает моё присутствие и бросает недоумённый взгляд.

– Пошли. Поговорить надо, – шёпотом бросаю, проходя мимо, и направляюсь в тренерскую.

Меня даже в лёгкой одежде в минус тридцать так не колотило, как сейчас. Всё-таки мысли охлаждают хлеще погоды. А всё, что касалось Никиты, имело магическое свойство обострять все эмоции и ощущения ещё сильнее.

Как только Анисимов заходит, решаю разобраться без прелюдий.

– Откуда у тебя сколько наркоты?

Ловлю взгляд, полный замешательства, который сменяет подозрение. С минуты подумав, Никита рождает ответ.

– А где ты её видела?

– У тебя дома, – моментально парирую и отвожу взгляд в сторону.

Так боюсь, будто за мои вопросы мне что-то будет. Вряд ли он будет счастлив, что я поймала его с поличным. Ещё и пригрозить чем-нибудь может. Мало ли. Вдруг решу в полицию его сдать.

– Понятно, – сухо подытоживает он. – Забудь. Это не твои заботы.

Как только поднимаю взгляд, вижу, как Никита удаляется. Он это серьёзно? Просто взял и ушёл? Вот так взять и забыть? В расстроенных чувствах вперемешку со злостью иду обратно в машину к Егору, не замечая ничего по пути. Лучше бы не приходила сюда. Ещё хуже стало. Быстрее прежнего вылетаю обратно к машине. От нервного напряжения даже голова заболела.

Устраиваясь по итогу рядом со своим новым другом, наконец-то напряжённо выдыхаю.

– Ты к нему ходила? – обеспокоенно спрашивает Егор, а я просто молча киваю в ответ.

– И что он сказал? – слышу, как в его голосе растёт напряжение.

– Намекнула на то, а какая мне разница, даже если так. Да и доказательств у меня никаких нет, так что… Это просто теория, которую он, по всей видимости, отрицать не стал, – подытоживаю, прикрывая глаза рукой. – Сейчас голова взорвётся.

Детали упоминать не буду, Егор ведь не знает о моей находке. В его голове, наверное, вообще выглядит очень странным тот факт, что я сюда припёрлась.

– Успокойся, ладно? Если что, я буду рядом. Звони в любое время, хорошо? – затем Егор тяжело вздыхает и извиняется. – Прости. Я сегодня не мастер утешать.

Я чувствую себя такой разбитой, холодной и одинокой из-за всего этого, что просто банально хочется обычного мирного людского тепла.

– У тебя есть в городе какое-нибудь любимое красивое и живописное место, где можно просто подумать и отдохнуть? – несмотря на расстроенные чувства, в голове появляется план действий по выходу из депрессии.

– Есть парочка, – улыбается Егор, видимо понимая, куда я клоню. – Показать?

– Да. Это то, что мне сейчас нужно, – расстроенно киваю, а затем добавляю со слабой улыбкой: – И бутылка виски.

– Будет сделано, – подмигивает мне Егор, и машина трогается, отправляясь по заданному маршруту.

Глава 6.

«Методы воспитания»

Никита

21 сентября. Среда.

После слов Арии, в ту же минуту отправляюсь домой. Не знаю, скольким богам я по пути молился, чтобы моя сестра не была к этому причастна. Игорь – фиг с ним. Наказать его и выкинуть на произвол судьбы не так сложно. А вот Лика… Злость и волнение меня просто разрывали на части. Если сестра во что-то вляпается, кому будет не плевать? Только мне. Матери на неё всё равно, а отца она эгоистично игнорирует по неизвестным мне причинам.

Да и папа сейчас не сможет ей чем-либо помочь. Даже если захочет. В любом случае, придётся заняться воспитанием этой проблемной парочки. Причём очень активно. Принести подобную гадость на мою территорию? Они что, бессмертные? Видимо, да. А я просто не в курсе.

Пока мчал, пришлось нарушить парочку правил дорожного движения. Пусть не люблю грешить подобным, но иногда бывает необходимо.

Дома никого не оказалось, поэтому я сразу принимаюсь за обыск. В моём случае просмотреть все закутки проблем никогда не составляло. Захламляться не люблю, да и Лика драит дом на сто баллов. Плюс нычки у сестры были и раньше, поэтому тайные места мне и подавно были известны.

Как и думал, нигде ничего нет. Только вот ребята не предполагают, что я буду шарить у них в комнате, и ничто мне не мешает сделать это сейчас. Вооружившись ножом, я перевернул всё вверх дном без угрызения совести. Просматривая, вскрывая и разрезая каждую вещь, в которой могло бы что-нибудь быть.

Одну закладку я нашёл под матрасом, другую в комоде, а шкаф и вовсе меня порадовал рюкзаком с интересным содержимым. Даже прятать не особо старались.

В результате я сидел по-турецки на голой кровати с кучей сдёрнутого постельного белья, а передо мной красовалась дивная находка.

Слышу до боли характерный хлопок двери. Только Лика заходит так, чтобы все слышали. Судя по спешным шагам в сторону комнаты, сестра явно нервничает. И спустя секунды появляется у входа в комнату.

Её глаза округляются от шока, и она, открыв рот, зависает, явно не зная, что мне сказать.

– Привет, сестрёнка, – не пытаюсь скрыть свою дьявольскую улыбку, ведь в совокупности с ножом в руке мой образ определённо выглядит довольно устрашающим. – Объяснишь, что эта дрянь делает в моём доме?

– Я… Э… – мнётся сестра, переступая с ноги на ногу.

– Это не моё! – протестующе оправдывается Лика, кусая губы.

– Продолжай, – киваю и жестом приглашаю её зайти.

Вижу, как сестру трясёт, но она, собравшись с силами, всё же начинает:

– В общем. Игорь задолжал много денег… Опять… К тебе пойти он побоялся после того, как он последний раз на тебя сорвался. Долго не выплачивал и… Тот, кому он задолжал, сунул ему сумку и сказал сбыть товар. Типо у Игоря клуб же свой есть. Или пусть шляется по подворотням и всем предлагает. В общем, любыми способами… И пока сумму свою не отработает, тот с него не слезет. Игорю пришлось сумку забрать, но продажей он так и не занялся, – сбивчиво протараторила Лика, а затем, судорожно вздохнув, добавила: – Я не принимала. Честно!

Меня почему-то пробрало на истеричный смех. Вся эта история не укладывалась в моей голове, и мне не верилось, что очередная грязь опять происходила именно со мной.

– Честно? – спрашиваю, морщась от злости и медленно поднимаясь с места. – Честно говоришь?

В глазах Лики читаю панику. Уверен, сейчас сестрёнка перебирает в голове варианты, чем ей всё это аукнется. Чтобы немного смягчить свой и без того пугающий вид, оставляю нож на кровати.

– Об этом мне анализы расскажут. Будешь их сдавать каждый раз, когда я захочу, и приносить мне справки. Место проверенное, так что не обманешь. Поняла? – останавливаюсь прямо перед ней и, глядя ей в глаза, пытаюсь держать себя в руках.

– П-поняла, – заикаясь, шепчет Лика.

– Громче и чётче, пожалуйста! А то вдруг до тебя не дошло, – мне хотелось прибить её на месте, но я не приветствую насилия над женщинами.

– Да поняла я, поняла, – умоляет Лика, вижу, как на её глазах начинают проступать слёзы.

– Игорь где?

– Сейчас приехать вот-вот должен, – сестра опускает взгляд и рукой поочерёдно стирает с глаз слёзы. – Хорошо хоть тушь водостойкая.

Лика, как всегда, пытается перевести тему, а я в привычной манере пропускаю это мимо ушей.

– Ты же его не убьёшь? – настороженно спрашивает сестра, поднимая на меня глаза.

От ответа меня отвлекает шум, доносящийся из прихожей, и я моментально дёргаюсь в сторону входа в дом. Увидев Игоря, даже не сдерживаю себя в желании ему врезать. Плевать, что этот козёл больше или выше. Если биться, то по технике он мне проигрывает.

Одного удара для удовлетворения мне оказалось мало, и от меня ему прилетает ещё парочка, пока не валю его на пол. Рука отдаёт жгучей болью. Чёрт, надо было левой бить. Правую же собирали по кусочкам. Забываю об этом. Вскрикнув то ли от выброса адреналина, то ли от разрывающей боли, с отвращением смотрю на грязь полу в виде Игоря.

– Надеюсь, не надо объяснять, за что?

На его лице читалось напряжение. Уверен, что Игорёк хочет врезать мне в ответ, но вряд ли это сделает.

– Мне уйти? – женишок сестры поднимается на локте, пытаясь отдышаться, а по его лицу стекает кровь.

– Нет! – слышу всхлипывающие звуки, принадлежащие Лике.

Закрыв глаза, пытаюсь перезагрузить свои мысли, настраиваясь на решение проблемы. Не вытащу Игоря снова, и Лика точно сопьётся. Или и того хуже: примет эту наркоту. Придётся опять играть в чёртового героя. Опять… Потому что я не бессердечная сука, как моя мать. И, несмотря на всё отношение ко мне, мне почему-то не всё равно.

Расслаблено выдыхаю и включаю своё рабочее холодное состояние.

– Значит так. Сейчас я расскажу, что мы будем со всем этим дерьмом делать. Если хоть кто-то как-то отступится от моего плана, даже не представляю, что с вами двумя я сделаю, – злость всё равно пробегала волной, но я старался держать себя в руках. – Пойдёмте.

Игорь подымается с пола, и они с Ликой следуют за мной в зал. Провинившаяся парочка усаживается на диване, а я, с деловитым видом расхаживая туда-сюда для личного успокоения, объясняю им тактику действий.

– Для начала ты вернёшь всю эту пыльцу радости назад. Я снимаю наличные, и мы покрываем весь твой долг. Но! С условием твоего мне возврата, – на конечном моменте я останавливаюсь, чтобы посмотреть на удивлённое лицо Игоря.

Зарёванная Лика в паре со своим побитым женихом составляют жалкое зрелище.

– Как я тебе их верну? Мог бы, сам бы всё отдал, – возмущается будущий родственничек.

– А вот это уже основная часть моего плана. Для начала я напрягу своего юриста, и мы оформим всё на бумаге. Как вернёшь? Я тебе помогу. Займёмся восстановлением клуба твоего отца. Ты будешь там работать в поте лица, а затем, когда я выстрою там систему, тебе останется всё поддерживать и исправно приносить мне доход. Считай мои траты вложением. Инвестицией, – и пусть хоть попробует где-то налажать.

Вижу, как сначала Игорь заметно мнётся, а затем соглашается.

– Ладно…

– Будто у тебя есть выбор, – закатываю глаза. – Собирайся. Мы решим всё сегодня.

Затем Игорь собирает все свои нычки, Лика приводит себя в порядок, и мы выходим. Сначала заезжаем в банк, и я снабжаю Игоря деньгами. Дальше он едет свои вопросы закрывать самостоятельно.

Мы с сестрой направляемся в клинику. Только мне не нужны результаты. Я более чем уверен, что там всё чисто. Точнее, всеми силами надеюсь. Мне больше хочется показать своё недоверие в её сторону и унизить Лику этим поступком, чтобы чутка пробудить ту крупицу совести, которая где-то в ней осталась.

– Ну, я правда ничего не принимала! Могу поклясться! – протестует сестра по дороге. – Неужели мне действительно нужно это делать?

– Да. И каждый раз в дальнейшем по моему требованию, – чётко отрезаю я.

– Откуда ты вообще узнал? – недоумевает она.

– Ария сказала. Видела сумку. Кажется, решила, что я наркоман. Судя по её поведению, – объясняю ей, но по итогу не могу не съязвить. – Так что спасибо.

– Прости… Хочешь, я ей всё объясню? Извинюсь?

– Нет. Не надо с ней говорить об этом. Пусть думает обо мне, что хочет. Её выбор. Я поводов не давал, – ненавижу оправдываться, люди слишком часто от меня этого просят.

– Прости, – ноет сестра.

– Хватит стонать, и без тебя тошно, – отдёргиваю её, жалости она не дождётся.

После того, как у меня на руках появляются официальные документы с отрицательными анализами, мы отправляемся в клуб. Хочу осмотреть это место. Надеюсь, оно не превратилось в кусок пыли.

Оказавшись в точке назначения, захожу в клуб. Ещё снаружи он бросился в глаза, как чёрное пятно на этой элитной и дорогой улице. Вывеска давно погасла, окна все заляпаны, что невозможно разглядеть то, что внутри. Об интерьере клуба я вообще молчу.

Половина зала пустая, свет горит только у бара. Везде грязно, прокурено и пахнет не элитным алкоголем, а стойким ядовитым перегаром. Из посетителей тут только спящий за барной стойкой местный алкаш. В одиночестве стоит бармен с кислым выражением лица и медитативно натирает бокалы.

Это не клуб, а боль для моих глаз. Тут нужны миллионы вложений, которые, не дай бог, по итогу потратятся впустую, если Игорь опять пустит дело по наклонной. У меня слов не находится, чтобы описать это заведение. Понятно, почему Игорь задолжал. В клубе уже всё давно запущено.

Пока я стоял в шоковом состоянии, позади меня нарисовался и сам Игорь.

– Знаю… Тут всё плохо, – сглатывая слюну, бросает он.

– Знаешь, о чём я думаю, глядя на это? Что жалею о том, что в своё время помог переписать этот клуб на тебя, а не позволил отдать его Егору. Как твой отец изначально и собирался сделать. Парень, конечно, конченный, с маниакальными особенностями, но даже он бы такого провала не допустил бы.

Воспоминания о приятеле детства нахлынули волной, и меня начинает мутить. В нос ударяет запах гари, лёгкие тяжелеют, и подкрадывается приступ тошноты, выворачивающий желудок наизнанку. Руку снова сводит от боли, а затем и нога вспоминает свои болезненные ощущения.

– А я здесь зачем нужна? – подаёт голос сестра, а Игорь тем временем молчит в стороне с виноватым выражением лица.

Стираю рукой со лба пот, возникший от слабости и боли, и пытаюсь прийти в себя.

– Займёшься дизайном и декорацией клуба. Для начала жду от тебя макет. Хватит бездельничать и держать за кулисами свои художественные таланты. Пока не сделаю из тебя профессионала, не слезу. Будешь хоть этим на кусок хлеба зарабатывать.

Так хотелось отдохнуть, но я понимал, что в ближайшие часы мне этого не светит. Было тошно от собственной слабости, которой раньше во мне никогда не было. Было мерзко от самого себя. Пусть у меня и есть сейчас определённые задачи и цели, но я всё ещё не понимаю, зачем я тогда выжил.

– Пошли, Игорь. Будем смотреть, что у тебя по документам, – проглатываю ком боли и, немного прихрамывая, отправляюсь в кабинет.

Ария

21 сентября. Среда.

По пути до места, которое Егор считал спокойным и красивым, мы раздобыли бутылку виски, вишнёвый сок и стаканчики. Напиваться крепким алкоголем мне уже расхотелось, да и пить вредно. Завтра учёба, и мне проводить урок. Так что… Градус развлечений было решено снизить.

Оставив машину где-то на парковке, мы забрели в какой-то роскошный сад. Тут было достаточно живописно, тихо и можно было подумать. Все мои требования однозначно были выполнены. А в вечернем, даже почти ночном свете фонарей создавалось ощущение некой таинственности. Вдобавок начинающийся осенний пожар, тронувший листья своей краской, усиливал яркость местного освещения.

Устроившись на скамейке, Егор ловко мастерит простой коктейль из сока и виски и протягивает его мне.

– Спасибо, – киваю ему со стаканчиком в руках. – Ты не будешь, полагаю?

– Я, к сожалению, за рулём, – пожимает блондин плечами. – Но ради тебя могу оставить машину тут на парковке. Завтра заберу.