Но главное – его глаза. Когда я смотрел в них, мне казалось, что я стою на самом краю света совсем один… на овеваемом ветром песчаном берегу океана, а вокруг тишина, только рокот волн, накатывающих на берег…
Боже, у меня хватило наглости попросить ее пойти за пивом, – сокрушенно подумал Майкл, когда доктор Мэйфейр скрылась в дверях магазина. – Скверно все у нас начинается».
– Нет, на самом деле, – ответил Маргон. – Оно всегда живет внутри нас. Мы чувствуем себя ущербными, зажатыми, изнуренными духом, если не позволяем себе этого, но я бы сказал, что это присутствует с самого начала.
Как можно доверять языку? Слова, будто чудовища, они ужасны, отвратительны. Слова, которые он совсем недавно написал Билли, чем они являлись, как не невесомыми пленками, слишком слабыми, чтобы передать живую силу, запах и пульс существ.
– Кто же имел право говорить мне, что у меня нет дарования, нет таланта, нет страстности… – пробормотал он. – Почему люди всегда говорят тебе такое именно тогда, когда ты молод? Ведь это несправедливо, правда?