По утрам в воскресенье в жилом комплексе Брэмли всегда было тихо, и шаги Кары эхом отдавались на бетонной лестнице, пока Софи считала их. Она определенно не скучала по затхлому запаху общего коридора: тошнотворной смеси бытовых отходов и мочи. Наверху лестницы они повернули налево. Внизу облупившейся красной входной двери квартиры 3Б были потертости в том месте, где Кара довела до совершенства способ ее открытия, ударив её ногой одновременно с поворотом ключа.
Они пробыли в квартире всего десять минут, когда в дверь постучали. Ли был примерно ее возраста, может, даже на пару лет младше. Эта квартира, как и несколько других в этом доме, принадлежали его отцу. Редж был строителем, который хорошо заработал и теперь жил на Майорке. Ли отвечал за аренду жилья, его старший брат занимался строительством.
Ли всегда выглядел так, как будто только что вышел из душа, и пахло от него так, словно он намазался дорогим лосьоном после бритья. Его одежда была тщательно выглажена и пестрела логотипами. Аренда жилья давала хороший доход.
– Кара, детка. Ты меня убиваешь. Где ты была?
Не так много домовладельцев вышли бы встретить тебя в воскресенье, но Ли питал к ней слабость. Иногда приходится работать с тем, что дал тебе Бог.
– Мне так жаль, Ли. Просто эта неделя была очень тяжелой. Я заплачу за квартиру, правда заплачу. Можешь дать мне еще пару дней?
Дрожащая нижняя губа – и жест в сторону Софи – возымели желаемый эффект. Ли был явно огорчен тем, что заставил ее плакать. – Эй, эй. Не расстраивайся так. Все в порядке. Слушай, в прошлом ты всегда вовремя платила за аренду. Я дам тебе время. Сколько тебе нужно? Неделю? Две недели?
Это было так просто, что она почти сочувствовала ему. – Это было бы замечательно. К тому времени у меня точно будут деньги. Огромное тебе спасибо.
Ли даже покраснел, когда попятился из квартиры. – Все в порядке. Я вернусь через пару недель. Ты береги себя и малышку. Увидимся позднее.
Как только он ушел, она вытерла притворные слезы тыльной стороной ладони и начала собирать остатки вещей в одну из коробок, которую принесла с собой. Новый стук в дверь заставил ее подпрыгнуть. Неужели Ли передумал?
К ее облегчению, это была соседка Даниэль; ее обесцвеченные волосы были собраны на макушке в беспорядочный пучок, пальто накинуто поверх пижамы, пакеты с покупками служили балластом с обеих сторон. – Привет, незнакомка. Глянула через окно и подумала, что это ты. Ты вернулась?
– Нет, – Кара покачала головой. – Просто собираю оставшиеся вещи. Я верну твою машину, как только отвезу их. Спасибо, что одолжила её мне.
– Без проблем. На этих выходных она мне не нужна. – Взгляд Даниэль остановился на коробках. – Так ты и правда это делаешь?
– Ага, – Кара бросила раскрашенный камешек в одну из коробок. – Ты уже скучаешь по мне?
– Жду не дождусь, когда ты уедешь, – Даниэль пожала плечами.
Кара рассмеялась. – Кто знает? Может, я вернусь сюда через неделю. И даже если нет, ты всё равно будешь меня видеть.
Даниэль скорчила гримасу. – Девочки идут в школу в следующем сентябре. Кто решится вместе со мной отводить их на учебу и забирать домой? Я не могу в одиночку слоняться по детской площадке.
Было невозможно смотреть ей в глаза.
– Я не буду подавать документы в Хоптонскую начальную школу.
– Почему нет? – Даниэль нахмурилась. – Она сразу в конце улицы. Все дети из жилого комплекса ходят туда. А куда ты будешь подавать документы?
Можно было просто покончить с этим.
– В начальную школу Святой Екатерины.
Даниэль рассмеялась. – Святой Екатерины? Ты с ума сошла? Ты никогда туда не попадешь. У них очень маленький район обслуживания, и они не принимают… – тут ее глаза засияли. – Дом отца Софи находится в том районе, не так ли? Ты поэтому это делаешь?
Кара приложила палец к губам и осторожно кивнула в сторону спальни, где Софи лежала на кровати со своей книжкой-раскраской.
Даниэль повернулась так, чтобы встать спиной к двери спальни, и понизила голос.
– Итак, как все прошло? У него большой дом?
– Да. Реально большой дом. И жена.
– Жена? – Даниэль округлила глаза. – Ты ни разу не упоминала, что он женат.
– Я не знала этого, пока не приехала туда в пятницу вечером. – Кара бросила последнюю пару вещей в коробку. Больше она ничего не хотела забирать.
Даниэль пристально смотрела на нее, склонив голову набок.
– Слушай, я скажу это еще раз: ты уверена? Я знаю, мы всегда жалуемся на Ли и на то, какой он ленивый болван, но я останавливался в гораздо худших местах. Если вы уйдешь из этой квартиры и потом тебе понадобится жилье, тебя поселят в однокомнатной квартире в каком-нибудь ужасном многоэтажном доме.
Кара думала об этом.
– Нам не нужно будет переезжать.
– Как ты можешь быть уверена? – Даниэль скрестила руки на груди. – Особенно, если отец Софи женат. Я не могу представить, чтобы его жена стала долго терпеть вас обеих в их доме.
Даниэль собирала сплетни, но Кара ни за что не собиралась рассказывать ей, почему она так уверена. О том, что она знала Джека лучше, чем он думал. И что у нее был план.
Хотя они обе работали из дома, утро понедельника оставалось свободным для того, чтобы Ребекка и Иззи могли встретиться, синхронизировать ежедневники и обсудить планы на неделю. С Рождества эти встречи всегда проходили в доме Иззи, потому что ее муж, биржевой маклер по имени Тим, устроил ей офис в саду: деревянную конструкцию с большими стеклянными окнами, столом для работы и круглым столом для нее и Ребекки, чтобы «совещаться», как он покровительственно выразился.
Теперь они сидели за столом с кофе из ультрасовременной машины и тарелкой песочного печенья. Ребекка готовилась к откровенному разговору: но сначала они могли провести совещание.
Начинать свой бизнес три года назад было рискованно, но у Иззи была целая записная книжка с отличными связями, и у них был большой опыт работы в компании «Городские мероприятия Лондона». На самом деле, она уже работала с Иззи в ту ночь, когда познакомилась с Джеком. Они всегда были хорошей командой, и умели использовать сильные стороны друг друга.
Встречи у Иззи всегда проходили в повседневной одежде. И всё же, у Иззи была такая приятная внешность, что она выглядела красивой даже с волосами, собранными в хвост, и без макияжа.
– Только не ругайся, но мне нужно, чтобы ты взяла на себя организацию свадьбы Росс-Гамильтон.
– Что? – Ребекка чуть не выплюнула свой кофе. – Я не занимаюсь свадьбами. Я не занимаюсь никакими сентиментальными мероприятиями. Мы об этом договаривались. Я занимаюсь корпоративами.
Она действительно ясно дала понять это Иззи с самого первого дня. Не то чтобы ей не нравились свадьбы, вечеринки по случаю выхода на пенсию или крестины. Дело в том, что люди, организующие вечеринку по семейному поводу, были непредсказуемы, эмоциональны и навязчивы. Она предпочитала работать с профессионалами. Какими бы требовательными они ни были, они, по крайней мере, они были ясны и беспристрастны. Она могла спланировать мероприятие, представить его им, исправить всё, что требовало изменений, а затем двигаться дальше. Безо всяких историй по поводу того, что цветы на торте были не того фиолетового оттенка.
– Я знаю, знаю, – Иззи придвинула тарелку с печеньем поближе к Ребекке. – И я бы не просила тебя, но ты знаешь, как долго мы ждали назначения для бедного Джонти, чтобы удалить его чёртовы гланды. Я не переживу еще одну зиму, когда он по несколько недель не будет ходить в школу. Я просто не смогу. И Тим уехал по работе на этой неделе, так что кому-то придётся быть здесь. Саманта «будущая Гамильтон» Росс выйдет из себя, если меня не будет там и всё не пройдет как по маслу. Было бы намного лучше, если бы ты сейчас взяла это на себя, и потом сходила бы туда.
Шикарное печенье ни на каплю не могло успокоить Ребекку. Почему люди с детьми всегда разыгрывают семейную карту? Конечно, она понимала, что Иззи хотела бы побыть со своим малышом, но у нее сейчас были и свои серьезные дела.
К тому же, свадьба Росс-Гамильтон? Весь последний год Иззи жаловалась, как сводит ее с ума будущая невеста. Всё было не вполне так, как надо, а даже если всё было правильно, её мнение об этом могло измениться всего за пару дней. И теперь она хотела, чтобы этим занялась Ребекка. – Разве ты не можешь пока заниматься ей и дальше, а я подхвачу дела за неделю до свадьбы, если понадобится? Я имею в виду, ты же должна быть в курсе всего, что там происходит, верно?
– О да, так и есть, – Иззи кивнула. – Насколько мне известно, всё сделано. Но ты же знаешь, как оно бывает. Всякое случается в последнюю минуту. Лепщики из воздушных шаров страдают от пищевого отравления, поставщики провизии роняют пирожные, во всем мире случается нехватка авокадо.
Ребекка застонала. Она действительно знала. И именно поэтому она не занималась свадьбами. Но что она могла сказать? – Ладно. Давай сюда папку.
Иззи захлопала в ладоши и передала папку. Ее радость от того, что она передала эту свадьбу другому, наполнила Ребекку ужасом. – Спасибо, спасибо тебе! Я у тебя в долгу. Пробегись по ней глазами, а потом мы позвоним Саманте Росс и договоримся о встрече.
Папка была в два раза толще тех, что Ребекка хранила на своих мероприятиях. Беглый взгляд на страницу со сводкой событий объяснил, почему: фокусники, надувные замки, голуби, фейерверки. Это была не свадьба, это был фестиваль. Она посмотрела на Иззи. – Ты серьезно?
Иззи никак не отреагировала. – Просмотри все заметки, которые я оставила на полях. С ними всё понятно? – Она взяла печенье с тарелки и разломила его пополам.
Ребекка перевернула страницу и, прищурившись, внимательно вгляделась в текст. Да, думаю, я смогу разобрать твои каракули.
Иззи показала ей язык. – Ладно, идеальный планировщик. Не у всех есть система сортировки полотенец с цветовой маркировкой. Некоторые из нас, простых смертных, обходятся стикерами и внутренним чутьём. Я знаю, что на твоей свадьбе всё отработало как слаженный механизм.
Ребекка положила папку на стол, глубоко вдохнула. – У Джека есть дочь.
Должно быть, Иззи от шока подавилась печеньем. На то, чтобы откашляться, у неё ушла целая минута. – Что?
– Ага, – Ребекка кивнула. – В пятницу вечером к нам на порог пришла бывшая девушка Джека с его четырехлетней дочерью.
– Боже мой, Ребекка. Как у тебя могло уйти, – она сосчитала на пальцах, – три дня, чтобы рассказать мне это? Это же просто бомба. Ты уверена, что это его ребенок?
Было облегчением поговорить с кем-то обо всём этом. – О, сейчас станет еще лучше. Джек знал о девочке. Её зовут Софи.
Глаза Иззи чуть не вылезли из орбит. – Что? Как долго?
Она знала, что была несправедлива к Джеку, но сейчас ей нужен был кто-то, кто занял бы её сторону. – Очевидно, в то время у него были какие-то подозрения. Он слышал, что она была беременна после того, как они расстались, но это не побудило его найти ее и выяснить всё наверняка.
– Вау. – Иззи смотрела на нее с открытым ртом. – И как ты себя чувствуешь?
Это был хороший вопрос. – Злой. Расстроенной. Ошарашенной.
Иззи кивнула. Она взяла свою кружку и отхлебнула кофе. – Такое для любого было бы огромным шоком.
Как Ребекка могла объяснить, что это потрясение было двойным? Узнать, что у Джека есть дочь, уже было достаточно плохо, но выяснить, что он, возможно, знал о ней и ничего не сделал? Это было еще хуже.
– Я просто хочу уточнить, – Иззи нахмурилась. – Софи точно дочь Джека? У вас будут доказательства?
Ребекка кивнула. – Да, тест ДНК. Но тебе нужно просто взглянуть на нее, чтобы всё понять. Даже он признал, что видит это.
– А как Джек относится к тому, что у него есть дочь?
Они всегда были на одной волне по поводу детей. Они бы обрадовались, если бы нашли такого же единомышленника. Но теперь он был отцом. Изменит ли это его?
– Вообще, у нас не было возможности поговорить об этом. Очевидно, он хочет узнать её получше. Стать частью ее жизни.
Было ли это правдой? Насколько она знала. он даже не разговаривал с Софи. Было ли это потому, что он опасался расстроить Ребекку? Но этого бы не случилось, потому что она не собиралась мешать ему.
Иззи склонила голову. – Ну, это хорошо, верно? Что он принимает ответственность?
Конечно же, это было хорошо. Но что оставалось ей? – Дело в том, что мы оба не хотели детей. Но я не могу не думать о том, что теперь, когда у него есть ребенок, изменит ли это его мнение? Пожалеет ли он о нашем решении?
Пока она не произнесла эти слова вслух, она не понимала, как давно они крутились у нее в голове.
Иззи понимающе кивнула. – Ты спрашивал его?
Спрашивала его? Даже мысль о том, чтобы задать ему этот вопрос, была слишком пугающей. Что, если он скажет «да»? Ей было невыносимо думать об этом. Это разрушило бы их отношения. Если бы только он не переспал с Карой снова в тот единственный раз после их расставания. Какой жестокая насмешка судьбы, что это случилось тогда, когда их отношения уже закончились. Конечно, если причина и правда была в судьбе, а не в чем-то ином.
– Я имею в виду, насколько просто забеременеть случайно?
Иззи улыбнулась. – Очевидно, я не лучший человек для подобных вопросов. В нашем случае потребовалось много планирования и куча денег.
– Конечно. Прости. Я имею в виду, как ты понимаешь, что хочешь ребенка? – Они были достаточно хорошими друзьями, чтобы Ребекка могла спросить Иззи о чем угодно, но она не спрашивала ее об этом раньше. Ей было стыдно осознавать, что ей не было интересно.
– Я правда не могу это объяснить, – Иззи улыбнулась. – Не то чтобы я всегда хотела ребенка или что-то в этом роде. Но когда я встретила Тима, не знаю, что-то щелкнуло в моей голове. И мы говорили об этом, и он чувствовал то же самое. На самом деле, теперь у нас их двое, и он продолжает говорить, что хочет еще детей, пока у нас не будет целое племя. Всё потому, что это не ему приходится каждый раз вырастать до размеров слона и рожать.
Ребекка рассмеялась вслед за Иззи. Но она не могла не думать о Каре. У нее не было любящего партнера, с которым можно было посмеяться над курсами по подготовке к родам, посмотреть на снимки УЗИ и предложить ей массаж ног, а Ребекка знала, что Тим делал такое для Иззи. Была ли Кара в родильной палате одна? Или с ней был кто-то, кто держал ее за руку? И где этот человек сейчас?
Иззи откинулась на спинку стула. – Я все еще не могу поверить, что это происходит с тобой. И сейчас они у тебя дома? Как долго они собираются жить у вас?
И снова мысль о том, что Джек и Кара остались наедине заставила ее желудок сжаться. – Еще на пару недель. Она сказала Джеку, что у нее есть квартира, в которую они потом переедут.
Иззи нахмурилась. – И ты ей не веришь?
– Не совсем. – Дело было не в том, что Ребекка не хотела рассказывать Иззи о своих подозрениях; дело было в том, что она сама их толком не понимала. До сих пор Кара была образцовой гостьей дома: аккуратной и вежливой. Но было что-то… что-то, чего она не могла понять. Она просто не доверяла ей.
Иззи накрутила свой конский хвост на указательный палец, кивая самой себе, обдумывая что-то. – Подожди. Как далеко они жили раньше? Разве этой девочке не нужно ходить в школу?
На этот вопрос Ребекка действительно знала ответ. – Нет. Ей исполнилось четыре в этом сентябре. Кара сказала, что она пойдет в школу в следующем году. Забавно, что она случайно упомянула, что собирается подать заявление в школу Святой Катерины, которая расположена всего в паре минут ходьбы от нас.
Иззи вскинула бровь. – Действительно, довольно забавно. Вы знаете, сколько желающих попасть в эту школу? У меня есть подруга, которая даже купила второй дом рядом с вами, чтобы отправить туда своего сына. У вас не было бы ни единого шанса, если бы вы не жили в этом небольшом районе.
Ребекке не потребовалось много времени, чтобы понять, что означала поднятая бровь. – Конечно, она не планирует использовать наш адрес для подачи заявления?
Иззи пожала плечами. – Понятия не имею. Но я знаю, что мать сделает что угодно, чтобы дать своему ребенку самое лучшее.
Ребекка застонала. – Что, черт побери, мне делать?
Иззи придвинулась ближе и сжала ее руку. – Что ты можешь сделать? Если Софи дочь Джека, ему нужно сделать шаг ей навстречу. Это означает, что и тебе тоже придется сделать шаг навстречу.
Хотя Иззи была абсолютно права, легче от этого не становилось. – Ты, кажется, забываешь, что я ничего не знаю о том, как это – быть родителем.
– К счастью для тебя, у меня был кое-какой опыт. Доставай свой блокнот. Давай составим план.
По дороге домой Ребекка прокручивала в голове остаток их разговора. Софи была дочерью Джека. Это не могло измениться. Ребекка любила Джека, поэтому ей придется научиться любить и Софи. Девочке не нужна была мать – она у нее уже была. Вместе они выработают систему. Она могла это сделать. Она сделает это.
Она надеялась, Джек выполнил свою часть сделки и составил вместе с Карой план того, как они будут заботиться о Софи. Бессмысленно было накручивать себя из-за того, что Кара забеременела нарочно, или что пять лет назад Джек должен был действовать иначе. Теперь это была их реальность, и она собиралась справиться с ней.
Тем не менее, по причине, которую Ребекка не могла – или не хотела – объяснить себе, когда она приехала домой, она очень тихо открыла входную дверь и медленно прошла в гостиную.
Когда она заглянула внутрь, то увидела Джека, сидящего на полу вместе с Софи, которая обводила его руки карандашом на листе ее бумаги. Кара сидела на любимом стуле Ребекки с кружкой в руке, снисходительно улыбаясь им двоим.
Они выглядели как счастливая семья из трех человек.
О проекте
О подписке
Другие проекты