— Смотри на меня! — резко бросил он, и я повиновалась. В тот момент я отчетливо поняла: он больше не властен надо собой. — Левицкая, мы с тобой больше не друзья. Понимаешь?
Его руки скользнули под мою спину, приподняли меня, слегка изменив угол, и вдруг…
— С-а-а-ш… Да… там… — Голос сорвался на высокую ноту.
Воронов ухмыльнулся, почувствовав, как мое тело сжалось вокруг него.
— Мы больше не друзья, Полин. Надружились…
Мое сознание расплывалось с каждым его движением. Я больше не контролировала ни звуки, вырывающиеся из горла, ни дрожь в ногах, ни то, как слабеющие пальцы цеплялись за простыни…
— Я больше никогда не соглашусь с тобой дружить, Поль. — Когда его сухие горячие губы прильнули к моей груди, я полетела вниз — в безусловную, чистую эйфорию. — Потому что я тебя люблю, Фунтик…