Цитаты из книг автора «Эмили Бронте»

А теперь выйти за Хитклифа значило бы опуститься до него. Он никогда и не узнает, как я его люблю!

Он не плакал и не молился – он ругался и кощунствовал: клял Бога и людей и предавался необузданным забавам, чтоб рассеяться.

Моя любовь к Линтону как листва в лесу; знаю, время изменит ее, как меняет зима деревья. Любовь моя к Хитклифу похожа на извечные каменные пласты в недрах земли. Она – источник, не дающий явного наслаждения, однако же необходимый. Нелли, я и есть Хитклиф! Он всегда, всегда в моих мыслях: не как радость и не как некто, за кого я радуюсь больше, чем за самое себя, – а как все мое существо. Так вот не говори ты больше, что мы расстаемся: это невозможно и…

Хитклиф ничего не знает об этих делах. Ведь не знает, нет? Он не знает, что такое быть влюбленным? – Это он знает, мне кажется, не хуже вашего, – возразила я. – И если его выбор упал на вас, он будет самым несчастным человеком на земле. Когда вы станете госпожой Линтон, он потеряет и друга, и любимую, и все! А подумали вы, как сами снесете разлуку? И каково будет Хитклифу остаться совсем одному на свете? Потому что, мисс Кэтрин…

Если бы Кэтрин захотела вернуться, я раздробил бы их большое зеркальное стекло на миллион осколков, попробуй они ее не выпустить!

Я вовсе не шучу, мисс Кэтрин, – ответила я. – Вы любите мистера Эдгара, потому что он красив, и молод, и весел, и богат, и любит вас. Последнее, однако, не в счет: вы, возможно, полюбили бы его и без этого; и вы не полюбили б его и при этом, не обладай он четырьмя первыми привлекательными качествами. – Не полюбила б, конечно! Я его только пожалела бы… а может быть, и возненавидела бы, если б он был уродлив и груб. – Но есть и другие красивые, богатые молодые люди на свете – может быть, даже богаче его и красивей. Что помешало бы вам полюбить их? – Если и есть, они мне не встречались: я не видела другого такого, как Эдгар. – Может, со временем встретите. А мистер Линтон не всегда будет молод и красив – и, возможно, не всегда богат. – Сейчас это все у него есть, а для меня важен только нынешний день

Она была очень привязана к Хитклифу. Худшим наказанием, какое могли мы для нее придумать, было держать их врозь.

Моя душа в своем блаженстве убивает тело, но не находит удовлетворения для себя самой.

Что не напоминает о ней? Я и под ноги не могу взглянуть, чтоб не возникло здесь на плитах пола ее лицо! Оно в каждом облаке, в каждом дереве – ночью наполняет воздух, днем возникает в очертаниях предметов, – всюду вокруг меня ее образ! Самые обыденные лица, мужские и женские, мои собственные черты – все дразнит меня подобием. Весь мир – страшный паноптикум, где все напоминает, что она существовала и что я ее потерял.

Надеюсь, он не умрет раньше, чем я ему отплачу! – Постыдись, Хитклиф! – сказала я. – Пусть Бог наказывает злых людей, мы должны учиться прощать. – Нет, Богу это не доставит такого удовольствия, как мне, – возразил он