Цитаты из книги «Девушка с тату пониже спины»

невесомости, падавшее из живота до самой вагины,

«Уход по-английски» – его я довела за годы до совершенства. Никакой обиды для англичан в этом названии нет. Вы, ребята, просто гении, раз придумали и запатентовали способ слиться так, что никому ничего не приходится объяснять. Даже если я напилась, я могу выскользнуть отовсюду, незаметно, как ниндзя, никого не предупреждая, – классический поступок интроверта, всегда так делаю

Я только недавно поломала шаблон, по которому меня тянуло к парням формата «ты одна меня понимаешь». Не надо тянуться к таким парням, и то, что они никому, – включая всех ваших друзей, родных и собаку, – не нравятся, это не совпадение. Но Джефф был прелесть, и он меня любил, а я его. Он был для меня как Джастин Бибер для Селены Гомес – только денег у него не было, и ни один из нас в то время не блистал талантами.

В еврейской школе нас учили двум вещам: читать на иврите и читать на иврите. За год до бат-мицвы у нас был учитель, мистер Фишером, надо заметить, пугающий человек с застывшим выражением лица, ручаюсь, он и при землетрясении выглядел бы так же, как и во время сна. Ничто не могло вывести его из равновесия. Я сидела на первой парте, и мистер Фишер вызвал меня читать вслух Тору. Минуты через три я остановилась и спросила: «А что это значит?» Тут он впервые проявил чувства. Треснул рукой, похожей на бейсбольную перчатку, по столу прямо возле моей головы и заорал: «К директору!» Больше я вопросов не задавала.

Выбор был за мной, и мне предстояло научиться (я и сейчас учусь) выбирать гордость за то, кто я, а не стыд. К счастью, я женщина, так что у меня была возможность упражняться в этом снова и снова, снова и снова и снова и снова и снова. В итоге я просто решила: да ну на хер, это мое тело – и чо? В этом было больше силы, чем я тогда осознавала.

Я уже пережила панику, в которую впадаешь, когда все твои друзья переженились до тридцати и начали заводить детей. За ней следует паника пострашнее – когда тебе исполняется тридцать, а ты все еще одна. От ужаса я даже начала строить с друзьями-мужчинами планы: если мы так и останемся одинокими после сорока, то поженимся и разрешим друг другу встречаться с другими, но будем верны обещанию состариться вместе.

Неважно как, но вы тоже все равно испортите своим детям жизнь. И они будут вас ненавидеть в ту минуту (или две, или три), когда станут собирать обломки своего детства. Любой, кто утверждает, что обманул эту систему, попросту врет.

Когда любишь человека, который причиняет тебе боль, ты оказываешься в особом аду, через который прошло так много женщин. Если с вами это происходит, помните, вы не одна такая, и вы ни от чего не защищены, если с вами это пока не произошло. Я нашла выход и больше не попаду в этот ад. Я спаслась. Спасайтесь и вы.

Думаю, почти все, кто это читает, знают, сколько достоинства теряешь, когда работаешь на кого-то, кто тебе не нравится, или на компанию, до которой тебе нет дела.

Когда становишься старше и мудрее, уверенность черпаешь изнутри, а не из того человека, с которым занимаешься сексом.