Цитаты из книг автора «Элла Савицкая»

женщин все начинается с головы.

Только любящий человек способен пойти на уступки, наступая на собственную гордость, и мириться с обстоятельствами, не смотря на то, как порой это бывает невыносимо

Близкие друзья всегда сами заходят в дом, если надо находят еду в холодильнике, даже когда ты занят или попросту отсутствуешь. Да и вообще чувствуют себя точно, как в собственном доме. На то они и близкие.

От любви до ненависти один шаг

Ради тебя готов продать дьяволу душу.

Так вот почему люди спиваются, поняла девушка. Когда в висках стучит алкоголь, а по венам течет расслабление, все кажется легко и просто, и проблемы отходят на второй план, даря ложное чувство

Стас протяжно выдохнул, зарываясь пальцами в волосы. Оперся руками на стеллаж с утварью для уборки и опустил голову, утыкаясь невидящим взглядом в пол. Твою мать, как же он хотел её. После того, через какие круги ада Настя провела его, он все равно хотел её. Одержимо и фанатично. Хотел до покалывания в кончиках пальцев и болезненной ломоты в костях. Его колотило, трясло и выворачивало от одного лишь ощущения её в своих руках. Ни с одной за пять лет он не испытал и десятой доли такого возбуждения, как с ней только что. И она ведь перестала брыкаться. Мог бы трахнуть, и может даже не один раз, только не хотел больше так. Хватит с него. У него Света есть, которая в рот ему заглядывает и готова оды петь, а у него снова крыша едет. Хрен там. Он не позволит этой стерве в очередной раз его использовать. Наговорил ей столько всего со злости. Сам понимал, что перегибает, только остановиться не мог. Настя не из тех, кто ляжет под любого просто ради утоления похоти, но обидные слова сами вылетали изо рта. Обидеть хотел. Задеть. Подковырнуть. Получилось. Браво, Стас. Только ни хрена не легче. Он как был вторым, так им навсегда и останется. Разъяренно двинув по стеллажу, распахнул дверь и покинул помещение, отправившись в зал.

Не выспался, Багира? – толкнул парня в плечо белобрысый. – Выспался. – А че рожа такая, как будто кирпичом заехали и ты теперь думаешь чем бы в ответку закинуть? – Нормальная рожа, Рома. Иди, настраивай синтезатор. Друг фыркнул, и оттолкнувшись от сидения пошел на сцену. В этот момент телефон в кармане завибрировал, и Стас с маниакальной скоростью полез его доставать. Настя. Подорвался с места, пулей вылетая из зала. – Алло, Насть? – Привет! – прозвучало тихо. – Привет. Что-то случилось? – Нет, все в порядке. Прости, пожалуйста, я вчера приехала к Маше, мы выпили, разговорились, а потом я уснула и только вот проснулась. – Стас облегченно выдохнул. – Насть, я тебя убью. Я уже собирался к тебе выезжать, – подошел к окну, и облокотился ступней на подоконник. – Зачем? – Выяснять что случилось. Я же не железный, у меня тоже нервы есть. – Извини. – Стас нахмурился. Ему кажется, или ее голос звучит вымученно? – Настя, точно все в порядке? – Да, все хорошо, – она прочистила горло. – Просто тихо говорю, чтобы Маша не услышала. – Вы хоть сами вчера были? – Да, – вроде бы улыбнулась. – Ревнуешь? – Нет, не ревную. Но если узнаю, что были не сами, Машу с десятого этажа спущу. – А меня? – А с тобой по-другому разберусь. – Договорились. – Нет, все же не то что-то. Обычно она дерзит в ответ, флиртует. В груди непонятная тревога начала разрастаться. – Насть, ты ни о чем мне не хочешь сказать? – Например? – Не знаю. Ты мне скажи. Настроение твое мне совсем не нравится. – Я просто не выспалась. Мы легли утром почти. Все в порядке, правда. Лучше скажи, как вчера концерт прошел? Стас вздохнул, оттолкнувшись от подоконника, и зашагал по вестибюлю. – Нормально, как обычно. Не знаю, куда эти букеты девать уже. Столько подарков разных тащат. Картины, шкатулки, сладостей куча, чтобы у меня задница слиплась, наверное. Букет из перцев красных. Тебе нужен? Я привезу. Приготовишь что-нибудь острое. – Настя мягко рассмеялась и у парня в груди потеплело. – Ты любишь острое, я помню. Крылышки, я ведь обещала. – Да, отлично. И по-больше. – Хорошо. Я пойду, а то Маша зовет кофе пить. – Ладно. Больше чтоб не пропадала. – Не буду. Хорошо тебе выступить сегодня. – Спасибо. Целую, Насть. – Целую. – Я люблю тебя. – Созвонимся, Стас. – И трубку положила, в очередной раз не ответив. Парень засунул телефон обратно в карман и бросил долгий взгляд в окно. Что-то не так было, нутром чувствовал. Если бы увидеть ее, он бы вытряс правду, а так по телефону это хрен сделаешь. Наверное, первый раз за все время у него на полном серьезе мысль об отмене концерта поселилась. Плюнуть, сорваться и к ней поехать. С собой забрать и чтобы ездила с ним на все выступления. Мало ли что могло произойти. Может с фирмой отца опять что-то, а она не говорит, чтобы его не расстраивать.

– Насть. – Стас оббежал её и остановился, преграждая дорогу. – Ты не заметила меня? Настя остановилась и взглянула на парня. До боли красивого, умного, чертовски сексуального, и поняла, что не имеет права просить его ждать.  Он заслуживает лучшего. Самого лучшего. – Я бы не смогла, – ответила на его вчерашний вопрос. – Чего бы не смогла? – нахмурился Стас, снова обтирая скатывающиеся по вискам капли пота. – Не смогла бы мириться с тем, что ты с другой. И ты не должен. Я не могу тебе обещать, как сложится ближайшее будущее, поэтому пойму, если ты не захочешь ждать. – Настя, ты в своем уме? – Стас потрясенно уставился на Настю, не веря в то, что она несет. – Нет, просто… – Что просто? – парень вскипал мгновенно, выбитый из колеи её странным утверждением. – Ты слишком многим ради меня жертвуешь. – Ты так говоришь, как будто я ягненка на жертвенный стол приношу ради выгоды. Настя, я люблю тебя, – у нее внутри все перевернулось от его признания. Оказывается, догадываться и точно знать – совершенно разные вещи.  – Люблю с четырнадцать лет, и если нужно будет подождать еще какое-то время, то я это сделаю, как бы сложно не было. – Стас схватил Настю за плечи и крепко сжал. – Я честно не представляю, как это будет, может, я буду срываться, что, скорее всего, или убью его к чертовой матери, что тоже вероятно, но Настя, я не отдам тебя ему. Поняла меня? – Но… – Нет но, Настя. Их просто нет. Я слишком долго тебя ждал, чтобы сейчас сдаться. Вчера я сорвался. Наговорил тебе лишнего. – Ты правду сказал, Стас, – глаза Насти выдавали слишком много боли, чтобы Стас не мог этого не заметить. – Жить во лжи худшее, что я могла бы себе позволить. Я очень постараюсь решить этот вопрос, обещаю. – Да. Постарайся. Как можно скорее! Потому что меня надолго не хватит. Я буду ждать, как и сказал, но делить тебя с ним не намерен. Я помогу, чем смогу. Деньгами, рекламой. Чем там еще нужно? Только скажи! Но ему тебя не отдам, – его ладони обхватили девичье лицо, а большие пальцы гладили щеки. – Не лги мне только, пожалуйста. – Настя готова была захлебнуться от собственного эгоизма. Лгунья просит о том, чтобы ей не лгали. Только именно мысль о том, что Стас может причинить боль, раздирала сердце на ошметки. И, как ни странно, никогда не задумывалась об этом, будучи с Виктором. Ей и в голову не приходило, что муж может изменить. Просто знала, если это произойдет, она уйдет. А мысли о том, что предаст Стас уже сейчас приносили почти что физическую боль. Настя понимала, случись такое, от нее ничего не останется. Девушка потеряла голову, позволив этому чересчур эмоциональному, вспыльчивому, взрывному, подобно гранате парню влезть ей под кожу. – Я хотя бы когда-нибудь тебя обманывал? – Нет. – Так вот запомни. Я обману тебя только один раз. Когда скажу, что больше не люблю тебя.

– Ну и отлично. Рада за тебя. – Ээй! – обхватывает пальцами подбородок и тянет на себя. – Не злись, Насть. Ну, прости меня, – мягко целует в губы, пытаясь вытеснить напряжение. – Я же делал так уже сотню раз, пока здесь жил три месяца. Мне по кайфу. – А мне нет. Это опасно, – ворчит Настя уже без прежней злости. – Ты упасть можешь. – Ну ничего. Одним больше, одним меньше, – пряча в уголках губ улыбку. – Вот идиот, – снова вспыхивает Настя. – Я же тебя только нашла. Стас замирает, долго смотря ей в глаза, утопая в неожиданном искреннем признании. Грудную клетку заполняет тепло и ощущение, что там поселился рой фей и эльфов, под руководством Санта Клауса. Кажется, Стас только сейчас осознал, как это быть любимым той, кого давно боготворишь. Неописуемое ощущение. Будто солнце жарит, а ты готов и кожей пожертвовать ради того, чтобы еще хотя бы минуту почувствовать это сжигающее тепло. – А я тебя нашел семь лет назад