Маргарет позволила себе расслабиться: вымученная улыбка исчезла, железный обруч воли разомкнулся. До утра можно побыть усталой и слабой, тем более что голова раскалывалась от тупой боли.
Сознательно выйдя замуж за генерала Шоу исключительно из уважения к его положению и заслугам, та непрерывно, пусть и тихо, оплакивала несправедливость судьбы, соединившей ее с нелюбимым человеком.
– Молись за меня, Маргарет. У меня больше нет сил. Я не могу молиться. Я оставляю ее, потому что должен. Я пытаюсь выдержать это, я в самом деле пытаюсь. Я знаю, что это воля Бога. Но я не могу понять, почему она умерла. Молись за меня, Маргарет, тогда и у меня будет вера, чтобы молиться. Это так горько, дитя мое.
– Успокойтесь, мисс Хейл, успокойтесь, дорогая! Вы не должны сдаваться, иначе что с нами всеми будет? В доме нет другого человека, способного распоряжаться, а так много всего нужно сделать.
Она никогда бы не стала скрывать ничего серьезного, угрожающего ее здоровью, от меня, не так ли, Маргарет? Я вполне уверен, что не стала бы. Поэтому не позволяй мне верить в эти твои глупые, нездоровые фантазии.