Цитаты из книг автора «Элиф Шафак»

Такая жизнь скоро дала свои плоды. Я потерял работу, потерял друзей и в конце концов потерял квартиру, в которой мы с Маргот провели много счастливых дней. Тогда я переселился в брошенный дом, где люди жили коммуной. В одном из таких домов в Роттердаме я прожил пятнадцать месяцев. Там не было дверей даже в ванных комнатах. У нас все было общим: деньги, наркотики, еда, кровати… Все, кроме боли.

– Два человека ехали из одного города в другой и оказались на берегу реки, которая высоко поднялась из-за дождей. Едва они собрались пересечь поток, как заметили молодую прекрасную женщину, которая была совсем одна, и некому было ей помочь. Один немедленно подошел к ней. Он поднял ее и перенес на другой берег. Опустив ее на землю, он попрощался с ней, и они отправились дальше.

– Два человека ехали из одного города в другой и оказались на берегу реки, которая высоко поднялась из-за дождей. Едва они собрались пересечь поток, как

ир подобен горе, которая эхом отражает твой голос. Что бы ты ни сказал хорошего или плохого, все так или иначе возвращается к тебе. Поэтому если у некоего человека злые мысли по отношению к тебе и ты тоже будешь говорить о нем плохо, то сделаешь еще хуже. Ты замкнешься в порочном круге злой энергии. Вместо этого в течение сорока дней и ночей говори и думай об этом человеке только хорошее. По окончании сорока дней все изменится, потому что ты сам изменишься

Любовь нельзя объяснить, но она

Да и как им постичь, что такое любовь, пока они сами не испытают ее? Любовь нельзя объяснить. Ее можно лишь испытать.

Гарун аль-Рашид не скрыл разочарования. “Это из-за тебя Меджнун сошел с ума? Но почему? Ты выглядишь такой обыкновенной. Что такого в тебе особенного?” Лейла улыбнулась. “Ты прав. Я – Лейла. Но ты не Меджнун, – ответила она. – Тебе надо посмотреть на меня глазами Меджнуна. Иначе ты никогда не разгадаешь тайну, которая зовется любовью”.

меня все время спрашивают: что, на мой взгляд, в нем особенного? Я не могу ответить на этот вопрос. Те, кто спрашивают, все равно не поймут, а кто понимает, тот не спрашивает.

Когда ты плюнул мне в лицо, – объяснил Али, – я очень разозлился. Мое “я” очень пострадало и потребовало отмщения. Если бы я убил тебя, то подчинился бы своему “я”. И это стало бы большой ошибкой. Итак, Али отпустил неверного. Тот же до того расчувствовался, что заделался другом и последователем Али, а потом по доброй воле обратился в ислам. Так рассказывал Шамс. И какова мораль? Пусть неверные плюют нам в лицо? Только через мой труп! Верный или неверный, никто не посмеет плевать в лицо Бейбарсу-воину.

разозлился. Мое “я” очень пострадало и потребовало отмщения. Если бы я убил тебя, то подчинился бы своему “я”. И это стало бы большой ошибкой.