Кто смог бы помочь ему избавиться от своей злобы? От ненависти? Кто бы научил его дарить добро? Научил бы его не причинять боль девушке, которая для него дороже его собственной жизни. Простил ли он ее? Давно простил. «Любить девушку и одновременно хотеть сжечь ее – это нормально? Вы сможете мне помочь? Кто-нибудь сможет мне помочь? Вы сможете оставить мне только первое чувство, любовь?»
– Ты ошибаешься, – бабушка забрала у меня тряпку, оторвала кусок и вернула мне. Стала помогать оттирать буквы. – Семья – это несколько тел и одна душа. Не пытайся отделиться, у тебя не получится. Не пытайся расколоть эту душу. Душа одна. И ты ничего с этим не поделаешь. Никогда не пытайся отгораживаться от своей семьи. Проблема одного – проблема всех.
Знаешь, я никогда не прощу себе этого, – продолжала она. – Никто из нас не замечал. Ладно мама, она далеко, но я… Что-то происходит с моей внучкой у меня под носом, а я вижу только свои пироги… Скажи, что мне делать? Как поступить? Рассказать все маме? Пойти в полицию, в школу? Как поступила бы на моем месте идеальная бабушка?
оказалась в лесу. Это был очень странный лес – деревья чередовались с заброшенными постройками. Наверняка, бывшая промзона. Куда мне бежать? Что меня ждет дальше? Лес был не очень густой, за ним по прямой шло поле. Бежать в поле было опасно – слишком открытая местность. Я дернулась влево. И… обо что-то споткнулась.
Любопытство сильнее страха, и я посмотрела назад. И увидела груду строительного мусора, прикрытую железными решетками. Яма. Не было времени как следует подумать о находке. Я побежала
Бабушка страшно ругалась на нас за развешенные панталоны. Но из них получался чертовски клевый флаг! Огромные, желтые, они гордо развевались на ветру и были главным аксессуаром нашего корабля.