Цитаты из книги «Цвингер»

Исхитриться и перевезти архив. В С

Задумался, заработался, ушел далеко – вдруг подскочил от беспардонного звона.

Мы видим Дрезден и глазами Достоевского, у него Сикстина висела над постелью в схимнической спальне. Кстати, и взором Толстого, просто карикатурного в воспоминаниях его секретаря Валентина Федоровича Булгакова, уж его-то до чего проняло, до неприличия… «Глаза его загорелись недобрым огнем, – вспоминал Булгаков, – и он начал, задыхаясь, богохульствовать. “Да привели меня туда [в Дрезденскую галерею], посадили на Folterbank [пыточную скамью] я тер ее, тер ж…, ничего не высидел. Ну что же: девка родила малого, девка родила малого только всего, что же особенного?” И он искал все новых кощунственных слов, – тяжело было присутствовать при этих судорогах духа».

офорты Калло «Ужасы войны» и «Избиение невинных». Невинные дома, картины, статуи – все смешалось в сорок пятом. Но мир погиб не весь. Вместившие душу мира

ив летнее солнце, в «Блудном сыне» (зал еще не был по требованиям науки затенен) можно было разглядеть в глубине картины маленькую девочку, а у нее на шее, на ленте, яркий коралл.

Сима явственно осознал, что и литература и искусство – опасные ремесла.

Был направлен в Берлин торговым сотрудником и перевез в Германию рукопись великого лингвиста Поливанова, там передал Якобсону, а тот прохранил еще пятьдесят лет, имел с собой и в момент бегства из Норвегии в Швецию (хоть и домой за вещами не зашел), в то время как и Поливанова и Бронов

Бронов, объяснил Симе Плоцкер, подобрал и спас вышвырнутую матросами с верхнего этажа Эрмитажа восковую фигуру Вольтера, которая с екатерининских времен жила

Кстати, любопытно, что в России театры в прошлом веке освещали дуговыми лампами, питавшимися от бунзеновских элементов, патент для военно-морского флота. Привлекали военных минеров для постановок!»

Итальянцы. Один из первых опытов. 1513 год, Урбино. Постановка пьесы кардинала Биббиены “Каландрия”. Чтоб освещение получалось цветным, перед свечами ставили графинчики с цветными жидкостями… вишневым компотом!»