Цитаты из книги «Цвингер»

тской Германии. Кстати, сначала гестаповцы в тридцать девятом – сороковом приезжали на стажировку в пыточные тюрьмы НКВД…

Мюнхен приятнее, южнее, красивее и достопримечательнее, чем скучный Франкфурт. Франкфурт же вообще послебомбежная новостройка. А до войны общегерманская книжная ярмарка, если кто помнит, была всегда в Лейпциге.

Заглядываем во вчерашнее «Туттолибри», литературное приложение к «Стампе». Что великого появилось в мире? Новый роман Амели Нотомб. Как всегда, чем-то выстрелили израильтяне. В частности, у них там на подходе очередной Амос Оз.

ый роман, как водится, Хавьера Мариаса, но это не ново. Опять Уэльбек, опять Дэн Браун. И снова уже всем слегка поднадоевший Памук.

Безумцы. Обратили бы лучше внимание на Алексиевич. Ее как раз только начали публиковать в Италии. Могли бы быстро перекупить права. Жаль, никому не удалось продать еще одну замечательную политическую журналистку, в алексиевичевском стиле, только настырнее, – Политковскую. У нее многозначительная фамилия, nomen omen, звучит прекрасно. Чего издатели дожидаются? Медийного повода? Что же Анна должна отчебучить? В тюрьму сесть? Лишь тогда мировые издатели правами на нее заинтересуются?

прозябающие на немецкой социалке бывшие советские граждане сдают на несколько ночей приезжим койки в велфэровских своих обиталищах.

Поднимая рюкзак, запнулся о японочкины бахилы. Как обычно – раззява.

Ну, Мирей какая непреклонная! Не отвечает! Просто возненавидела она Вику из-за этого глупого тет-а-тета с Наталией.

Сам же Виктор для расширения кругозора давал студентам переводить из «Государей» Хмырова, не уставая поражаться хмыровской ни с чем не сравнимой лапидарности

из газет. Те самые, присылаемые в пухлых конвертах Лерой. Встречалось чарующее: «В Уременском районе Луганской области простые чулки продают только для умерших по предъявлении родственниками справки о смерти, а носки – инвалидам войны и “афганцам”. В чем же ходить живым женщинам? Капрон импортный ведь не для села. Да и не всем нашим женщинам по карману».