Цитаты из книг автора «Елена Кондрацкая»

помни, что сдаться значит умереть. И смерть наступает задолго до того, как меч противника пронзит тебя. Ты умрёшь ровно в тот миг, когда примешь решение сдаться. И этого уже будет не изменить.

Дева танцует. Вдали от любимой спит светлячок Уже тысячу лет.

Атли удивленно посмотрел на друга – он же мог просто сказать: «Нет». – Она тебе нравится, – выпалил Атли, со смехом качая головой. – Чёрт возьми, Кирши! – Атли, – Темный устало вздохнул, – этот разговор имел бы смысл, будь у нас шанс выбраться из этой передряги живыми.

– Она тебе нравится? – неожиданно для себя спросил Атли. – Резко ты сменил тему, – усмехнулся Кирши. – Это имеет значение?

Василиса закатила глаза. – Во-первых, флирт сейчас неуместен, – проворчала чародейка. – Во-вторых, с мертвяками я на свидания не хожу из принципа. А в-третьих, никуда я не сбегу. – В таком случае, можешь выбрать, куда мы сходим, когда всё закончится, – подмигнул Кирши. Василиса хотела разозлиться, возразить, едко поставить Кирши на место, но отчего-то размякла, застеснялась и уже была готова расплыться в глупой улыбке. Дурацкое зелье! – У нас тут труп, имейте совесть, – воскликнул Атли. Пожалуй, чуть громче, чем того требовала ситуация. – Времени нет. Нужно спрятать серп и подготовиться.

– А я думаю, что Белогор придёт за серпом лично, – возразил Атли. – Одно чучело мы уничтожили, справимся и с другими. Но мы не можем рисковать жизнями Совета и Гвардии. Мы сейчас же отправим в гарнизон Ворона со всеми сведениями и попытаемся сами схватить Белогора. Если не выйдет – Совет успеет подготовиться. Будем надеяться, мы его хотя бы задержим. Василиса ошарашенно смотрела на Атли. – Но это же самоубийство, – выдохнула она. – Ты можешь уйти. Мы тебя не осудим, – понимающе улыбнулся Атли. – Я осужу, – хмыкнул Кирши. – После трусливого побега можешь даже не надеяться на свидание.

– Ой, прости! – воскликнула Василиса, едва удержавшись на ногах. Вместо ответа Ворон потерял голову. В прямом смысле. Василиса застыла, наблюдая за тем, как медленно, будто масло по лезвию ножа, сползает с шеи его голова, наклоняется набок, с глухим ударом падает на пол и катится по изумрудному ковру, оставляя за собой кровавую ленту. Василиса, охнув, схватила тело за плечи, не давая упасть вслед за головой. Убийца в тереме!

– Я тебе снился? – переспросил Кирши. Василиса присмотрелась: он что, покраснел? – Кирши?! – Атли выглядел шокированным. Василиса засмеялась. – Да ладно вам, это же просто любовное зелье. Я как-то ставила эксперимент на соседском мальчишке, а он влюбился не в меня, а в нашу травницу. Месяц ей ромашки из её же цветника таскал. Но ничего, отошёл. Но это я постаралась, крепкое сварила. А тут, судя по ощущениям, ничего серьёзного. Отойду через день-другой. В трапезной никого не было, но столы уже ломились от еды. Василиса заняла ближайшую подушку. Атли с Кирши сели рядом. – Хочешь сказать, что без зелья я бы тебе не понравился? – зачем-то спросил Кирши. – Не знаю, – пожала плечами Василиса. – Скорее всего, понравился бы. Иначе почему мне всю ночь снился ты, а не Атли, например? – Но говоришь так, будто рада, что это влечение скоро закончится? – спросил Атли. Василиса закивала. – Ты не представляешь, как меня вчера мучила совесть! Какая я несобранная, позволила себе увлечься напарником в разгар задания. А это просто зелье! – Ты так легко об этом говоришь, – выдохнул Атли, набирая в тарелку побольше булочек с корицей. – Обычно девушки такое скрывают. Василиса задумалась. Она не знала, как это бывает обычно: мало общалась с тригорскими девицами и юношами, предпочитая общество Беремира и Тирга, а до этого строгая мать старательно ограждала дочь от внешнего мира, отдавая её на откуп няньке, которая тоже не была искусницей в сердечных делах. – Возможно, это от того, что я ещё ни в кого не влюблялась, – пожала плечами Василиса. – И о подобных правилах мне не рассказывали. Но я читала пару книжек про любовь! Отыскала у Беремира в закромах. И одна была жутко похабная! Представляете, там царевну отдали в жёны медведю, и он в первую же ночь ка-ак… – Думаю, подробности можно и опустить. – Лицо Атли стало

Атли понизил голос: – Белава подлила нам в вино любовное зелье. Хотела затащить кого-то из нас в постель. Василиса вытаращила глаза. Но, – она тут же облегчённо выдохнула – это хотя бы объясняет её вчерашнюю тягу к Кирши. – И ты с ней?.. – начала было Василиса. Атли замотал головой и покраснел. – Нет-нет! Похоже, со мной она не рассчитала дозу. – А Кирши?.. – А Кирши, – вывернул из-за угла Тёмный, – в отличие от вас, знает своё дело и не тянет в рот что попало. Василиса застыла на месте, глядя на напарника. Похоже, действие зелья ещё не закончилось – сердце предательски ёкнуло при его появлении. – Что-то не так? – спросил Кирши. – Похоже, действие зелья ещё не закончилось, – Василиса зачем-то повторила мысли вслух. – Ты всё ещё кажешься мне привлекательным. Кирши опешил. – Что? – Чего? – Атли, похоже, тоже. Василиса отмахнулась. Слова вырывались из неё, будто дрожжевое тесто из миски, бежали вперёд, опережая мысли, – ещё одно последствие любовного зелья. – Да всё нормально, пройдёт. Но я рада, что поняла, почему сны о тебе мучили меня всю ночь. Я вчера думала, что схожу с ума. Но это оказалось любовное зелье! Какое облегчение.

– Хорошей ведьмой! Но очень плохим человеком. Пообещала отдать тебя, если я сохраню тебе жизнь, а потом спрятала. Думала, что я не отыщу. Морена щёлкнула пальцами. Её лицо изменилось, седые волосы стали короче, глаза меньше, на кожу высыпали веснушки. Перед Василисой сидела её нянька.