Цитаты из книги «Доберман»

Мира отстегнула ремень безопасности и потянулась к Адриану. Он удивленно наблюдал за ней, не понимая, что она делает. Райз коснулась его губами, поцеловав легко и нежно. – Не хочу тебя отпускать. Дай мне время подумать? Он только кивнул. День или два, неважно. Ей хватит и часа, чтобы решить, что делать.

Райз слушала его, а сама была как в тумане. Когда все успело так обернуться? Несколько месяцев назад она начинала злиться от одной мысли о Добермане. А сейчас она думает о том, может ли бросить все и переехать с ним в другую страну? Она ведь любит его. Через сколько всего они прошли вместе! Мира вздохнула. Тяжело, потому что встала в тупик. – Понимаю, что решение трудное, – снова заговорил Адриан, нажав на педаль. – Я бы и сам вряд ли согласился. Я тебя не заставляю. Если ты не готова, я пойму. И не стану ничего говорить о тебе отцу, он тебя не тронет. Просто мы будем редко видеться. Я буду приезжать раз в три месяца, если не реже. Райз посмотрела на него. На что она готова, чтобы они остались вместе? Адриан тоже повернулся к ней. И улыбнулся. Какой он красивый. Гладкая кожа с ссадинами в некоторых местах, густые темные ресницы и растрепанные волосы. Яркие голубые глаза, мальчишеская ухмылка. И он покорился ей. Одной-единственной. Было бы разумным отказаться и отпустить его одного в другую страну?

– Да. Теперь у меня нет выбора. Дело не в свадьбе, а во мне. Я в любом случае откажусь от отца. Мне придется. Вопрос только в том, с тобой или нет. – Уезжать… Обязательно? Клейн нажал на газ, и они проехали пару метров. Пробка и не думала рассасываться. Он не посмотрел на Миру. – Обязательно.

– Я думаю, что даже не смогу жить после этого в этом городе. Как и ты. Или даже в стране. Девушка обомлела. Она медленно подняла глаза, изумленно посмотрев на Адриана. – Что?… – Ага. Поэтому скажи мне: ты меня любишь? Настолько сильно, что готова бросить все и уехать отсюда? Мира молчала. – После отказа отцу житья в Австралии не будет. Поэтому ты должна быть готова покинуть страну со мной. Если же ты не готова, скажи мне сразу. И я сделаю так, что ты останешься здесь. Мира сглотнула. Ее пальцы похолодели в теплой руке Клейна.

Через некоторое время она поняла, что Доберман все еще смотрит на нее. – Что такое? – осведомилась она. – Ты красивая, – ответил он. Она улыбнулась. Заметив его руку, лежащую рядом, Мира скользнула к ней и обвила пальцами. Он сжал их.

К ним подошли Адриан и Янне. Завидев последнего, Д’юппон дернулась и скривила губы. – Янне, черт бы тебя дернул! Иди отсюда и не пугай меня, ты же вылитый Арту. – Боишься перепутать и снова переспать, но со мной? Карин показала Бастлбергу средний палец. Ее было жалко. Она выглядела устало и болезненно, и вчера ее бросил жених. Трудная судьба. Хотя в душе Мира злорадствовала. – Ты остановилась на извинениях, – сказал Адриан. – Да-да, – кивнула Д’юппон. – Я вчера была на эмоциях.

– Слушай. Не выпендривайся. Иди и остынь. Потом говорим. И ничего не рассказывай моему отцу. И еще… Арту хочет к тебе подкатить. «Сдал с потрохами!» – подумала Мира и прыснула в кулак.

– Да что ты несешь… Что ты из себя представляешь без отца?… Адриан ухмыльнулся и обнял любимую подопечную за плечи. – Да к черту его! Я вдруг понял, знаешь, благодаря тебе! Мне не жалко отречься от него. Пока он содержит меня и контролирует, я действительно никто. Обычный отпрыск голубокровый, который ничего не сделал и только требовал. Но у меня есть способности что-то сотворить. – Клейн всплеснул руками. – Я могу! Я могу сам сделать чертов бизнес. Могу сам себя содержать и делать, что хочу. Я не такой уж и засранец. Эту истину мне раскрыла она. Адриан ткнул Мире в бок, и она подскочила. – Ее можно любить просто за это. Но у нее еще больше крутых качеств. Д’юппон остолбенела. «Любить»? Доберман сказал «можно любить»? Да что эта девчонка сделала с ним?!

– Послушай, Карин. Давай без истерик. Ты же сама прекрасно понимала – это были указания моего отца. Не мои. Я не хотел и не хочу жениться на тебе. Она скрестила руки на груди. Губы задрожали. – Но как? Мы же… Мы же встречались раньше. И нас сосватали. Мы уже помолвлены! – Свадьбы не будет. – Будет! – рявкнула она. – Будет! Все будет так, как запланировано! Ради чего ты хочешь все разрушить?! Адриан сглотнул. Но ему не было жалко. Он привык не испытывать к людям жалости. Не столько от жестокости, сколько из чести. Жалость – унижающее чувство. Клейн не давал себя жалеть и никого не жалел сам. – Ради нее, – сказал он и указал за спину, на Миру. – И ради себя. Я не стану делать то, что мне велят. Я не буду твоим мужем. Я не брошу Миру. Я не брошу учебу, свою работу и не пойду по отцовским стопам, если это даст мне свободу.

Райз сделала шаг назад, чувствуя беду. Ничего! Адриан переживет. Ему предстояло пережить нечто еще более страшное – допрос. Допрос с пристрастием об источнике этих засосов.