Тео

– Хе-хе, – я хмыкнул и едко улыбнулся.

Я не хитрый лис… Несмотря на сочетание фамилии и внешности, за что, кстати, всю жизнь и являюсь объектом насмешек и подколов. Но эта стерва окончательно меня допекла со своими долбанутыми хотелками!

Поэтому я решил не просто схитрить, а втайне над ней насмехнуться. Она ведь тоже не сахарок далеко, несмотря на фамилию. Поэтому Шугари получит вместо Фуги обычный палтус с соевым соусом, васаби и имбирем из самой простой уличной забегаловки.

Пусть подавится!

Журнал итальянский я даже не думал искать. Пошла она в жопу! Ну а чай я купил, так и быть. Надо же ей хоть что-то привезти, помимо фейкового деликатеса. Только вот она не в бумажном стаканчике его получит с крышкой, а рассыпной, который заваривать надо. Пусть хоть что-то научится сама делать, без слуг. Ну и лимон. Да-да, никаких сиропов. Обычная желтая кислятина с наклейкой на боку «Выращено в Колумбии».

Макс Шугари окисляла мою жизнь целых полгода, так что пусть теперь свой дурацкий прямой нос морщит от недовольства.

Мне всё равно!

Хватит!

В конце-концов она не имеет права уволить меня из-за журнала, который днем с огнем не сыщешь…

Впрочем, а почему не может?

Она ведь сумасбродная, зазнавшаяся и беспринципная девка, поэтому вполне себе может. И самое хреновое, что я никому из прессы не могу рассказать даже на условиях анонимности, как она с нанятыми людьми обращается.

Чертового договора о неразглашении!

Она пипец как любит судиться. Хлебом не корми. Этим она и знаменита. Адвокатша у нее – пиранья настоящая, руки-ноги обглодает в три счета…

– Так! – щелкнул себя по щеке. – А-ну, собрался!

Да, подъезжая к дому стервы я распаниковался, хотя до того, наоборот – в победном настроении был. Хотел, наконец, клыки ей показать. Ну, в переносном смысле, разумеется. Такой тайный демарш устроить, но чтоб она не смола подкопаться.

Ох, черт, признаться, я ее побаиваюсь…

Но назад дороги нет!

Макс

Мой рот самовольно открылся от…

Такой, мать его, наглости!

Как Фокс посмел ослушаться? Или это такая форма издевки, а? Где мой журнал «Donna Moderna»?

А может он просто не смог найти то, что ты требовала?

Обязан найти и точка!

И почему не большой бумажный стакан с крышкой, а картонная коробка с чаем? Почему сашими выглядят так… дешево, что ли? Почему этот Фокс не поздоровался, а с недовольным сопением протянул пакет, в котором лежало это черти что? Но особенно меня выбесил лимон! Такой мелкий, пупырчатый и от него сразу кисло во рту стало.

И Фокс не имеет право рожу недовольную делать! Он должен быть учтивым, если хочет получить…

Рекомендацию?

Ах, да, я же не собиралась ему ее давать…

Блин, что-то сама себя запуталась от раздражения, гнева и… этого… недоумения, ага.

– Журнал я не нашел, – прохрипел Фокс и сделал шаг назад, к двери.

– Ну, и? – скривившись, я скрестила руки под своей шикарной грудью, которая горделиво и вызывающе выпятилась вперед.

Этот ленивый засранец поднял глаза и его взгляд остановился в зоне моего декольте.

Вот наглость какая!

Я настолько ошалела, что даже закашлялась.

– Мне нужен журнал, это не обсуждается! – ткнула указательным пальцем в сторону Фокса.

– Я сожалею, – он пожал плечами, но я не услышала в его тоне ни капельки сожаления или раскаяния.

Он, что, решил устроить нечто наподобие забастовки?

Вот это да!

Вот это новости! А я-то думала он абсолютно бесхребетный. С осуждением и презрением на него постоянно глядела именно потому, что от безропотный и вест такой покладистый, что аж фу, тошно! Мужик должен быть мужиком, а не соплей на ниточке.

Ну, что ж, это даже любопытно!

Он действительно решил тихий демарш устроить? Или же правда не смог гребаный журнал найти, который мне сто лет не сдался?

Я, может, и не психолог, не сильно начитанная и всё такое, но вот чуйка на людей и интуиция у меня на высшем уровне…

Но, глядя на Фокса я никак не могла его раскусить. Кто же он такой? Терпила по-жизни? Или же в нем что-то побулькивает от неприязни?

Обычно это бульканье и бурление прошлых моих ассистентов выливалось в их молчаливые уходы. Они просто, точнее, трусливо отравляли письмо или сообщение о том, что больше, увы… да, всегда писали «увы», больше не могут по тем или иным причинам работать на меня.

Но тут, что-то другое…

Фокс тоже молчал. Он будто раздумывал: послать меня матом сейчас или отложить на потом? Хрен знает что у него на уме…

Я накренила на бок голову и сощурилась.

– Это большое разочарование, – после мучительной паузы сказала ровным холодным тоном.

Да, мне почему-то не хотелось возмущаться или требовать. Не знаю, что со мной случилось…

– Можешь идти, всего наилучшего, – сглотнула и откинула волосы назад.

Фокс тут же развернулся, и не произнеся ни слова, быстро вышел.

– Черт! – я растерянно глянула на пакет и вздохнула, чуть раздражившись. – Это что, мне самой лимон резать и чайник кипятить?

Не королева, не развалишься!

– Еще какая королевна, мать его, – сказала своему дурацкому внутреннему голосу.

Или всё-таки служанку Ларису позвать?

Ну нет, я конечно высокая персона, но дергать ее не хочется. Да и чаю я уже не хочу…

Я чего тогда охота?

Охота выйти на охоту за одним лисом, который меня то ли надул, то ли вымотался, а я его почти добила и осталось чуть скорости прибавить…

А может всё-таки сжалиться над ним? В кое-то веки проявить что-то человеческое? Ведь он держался молодцом и дольше всех…

Ну вот это уж точно нет!

Тео

Я вышел из ее дома со смешанными чувствами…

И у меня в голове три вопроса вертелось.

Первый. Она, что, так устала, что забыла включить режим: «Конченая стерва»?

Второй. Если это действительно режим, а не свойство натуры, то, может, Макс хранит какие-то секреты насчет того, какая она на самом деле?

Ну и третий не вопрос, а факт. У нее ошеломительная грудь. Просто охренеть какая живописная!

И она точно поймала мой взгляд на ее декольте…

Проклятье!

Не может быть у нее хороших качеств!

Она – исчадье ада и худшая из женских версий именно потому, что темные силы наделили ее как невероятной красотой, так и совершенно черной душой, где нет места любви, дружбе, состраданию, теплоте. Она – совершенно гнилая баба, которая, наверное, действительно просто устала, поэтому не начала тянуть из меня последние остатки живых соков.

Но уже завтра, после этой своей вечеринки «GQ», она отоспится и примется за старое. И наверняка припомнит мне и чертов журнал, и, рассыпной чай, и, вероятно, устроит скандал из-за фейковой Фугу.

Но мне плевать!

Я вообще-то тоже пипец как задолбался.

Из-за нее!

И завтра я собираюсь прикинуться дурачком, который хлопает глазами и даже не пытается оправдаться. Я буду просто выжидать, пока она не выдохнется. Кстати, эта тактика всегда работает. В такие моменты я представляю, что у меня беруши в ушах, а она просто посмешище, которое кривляется.

Обычно это срабатывает…

Но этим вечером я, блин, забыл свои трюки и немного растерялся от ее нестандартного поведения…

И сочных грудей?

– Боже, хватит! – я чуть сдвинул ноги, потому что мой приятель в штанах призывно дернулся. – Спать! Спать!

Всем спать!

Макс

Я очухалась в двенадцатом часу и прохрипела как пятидесятилетний мужик…

Мда, сушняк такой, что хоть подохни!

Вечеринка глянца удалась, нечего сказать…

Эта сука Эмилия, инста-звездюлина¹ херова, явилась в таком же платье «Escada». И предположу, что ее портному не пришлось его расшивать. Оно ей по тощей фигуре село как влитое.

Нет, ну это цирк с конями!

Впрочем, такие ситуации постоянно в Голливуде случаются, но когда именно ты, самолично, влипаешь в подобное дерьмо, то ваще не до смеха как-то…

Я с трудом встала, прошла на кухню и залпом опустошила графин с водой.

Фу, как же паршиво! Не стоило было под конец на шампусик налегать…

Но, надо отдать себе же должное. Не стала я делать вид, что меня не задело платье Эмилии. Любая другая дамочка-звезда на моем месте нацепила бы на физиономию беспечность, побежала бы обниматься и позировать со своим «близнецом».

Но, нет!

Меня побаиваются, ненавидят. За прямоту и несгибаемость. Все знают, что я простая девчонка из Кентукки. Из небогатых выбилась в люди. И когда ты сколачиваешь империю имени себя-любимой, то хочешь-не хочешь, а это сильно влияет на характер. По крайней мере, я, не будь дурой смекнула, что именно моя жестокая честность и нахрапистость – помогут стать известной и обогатиться. И не собираюсь я кому-то в чем-то уступать или паеньку корчить.

Вот я и сказала этой Эмилии, что в Кентукки самые сочные ножки и грудки, а сухим доскам – самое место в темном углу сарая. Такой вот не очень тонкий намек вышел, но пресса оценила, когда эта Эмилия полезла ко мне общие фотки делать. Она после моих слов не смогла сдержаться. Скорчила кислую мину, которая точно в таблоиды попадет. А моя хлесткая фразочка в совокупности с ее обиженным рылом – однозначно станет мемом. Я вообще в этом деле икона, легенда и злая фея. Мемы с моими колкостями по сети вольно гуляют.

А если уж про прямоту и про ненависть к злой магине порассуждать приспичило, то свое место она… то бишь я, знаю и кожей чувствую.

Блогер, которых еще несколько лет назад даже на порог светских тусовок не пустили бы. На подобных мне смотрели высокомерно. Ну правильно, мы же не журналисты супер-серьезные с образованием университетским. Не актеры и не певцы-певицы. Нам отводили место в первом ряду фанатского сектора.

Но когда ты начинаешь деньги лопатой грести в сети и попутно создаешь личные бренды, то отношение меняется. В итоге наша когорта протиснулась, пролезла во все щели, где пахнет популярностью и сияют солнцеликие засранцы. И теперь это стало нормой – звать таких как я.

И я злая. Да-да, имею право быть ерепенистой и противной до ужаса. Кто-то же должен это место занять. Эту нишу пустующую. Ведь прочие из себя добрых корчат, благотворительностью напоказ занимаются, делают вид, что любят друг друга до чертиков. Но, ясен хрен, всё это ширма. А я – открытая и искренняя в своей стервозности.

Я – Максин Шугари – провинциалка, которая этого не стыдится и не скрывает. Девчонка толковая, хоть и без образования.

И имеющая право носить дорогие шмотки!

Наверное, в этом плане на меня повлиял в детстве фильм «Красотка». А точнее сцена, где Вивьен выгоняют из бутика надменные продавщицы. Прям помню, как зубы у меня скрипели за просмотром этого момента! Очень задевало за живое. Так обидно было за всех девушек, у кого жизнь не сахар и приходится крутиться, перебиваясь с цента на мятый доллар.

Да, тогда-то я для себя решила, что проституткой быть не хочу. Вовсе не потому что осуждаю такой род деятельности. А потому что шансов встретить принца в реальной жизни один к миллиону. Даже с красивой внешностью. А вот рисков полно.

Но вот воспользоваться природными данными ваще не грех. В этом плане мне свезло. Мать в молодости королевой красоты штата Кентукки была, впрочем, это погоды в ее жизни не сделало…

Проехали!

А папаша мой, которого я отродясь не видала – настоящий индеец. Да-да. Такой коренной, что даже имя у него соответствующее – Токела. Мать про него редко говорила и всегда с презрением. Хрен знает какая кошка между ними пробежала и куда он делся, но за гены ему благодарность по гроб жизни…

Что?

Телефон завибрировал?

Ага, Винс звонит.

Странно это как-то… Обычно мы на голосовых.

– Я ваще-то занята, – наврала ему с ходу.

– Макс! Макс! – задохнулся он от волнения. – Ты не представляешь… Какие новости, блин, черт, боже!

– Ну? – я напоказ зевнула.

– Меня взяли! Взяли на роль в Марвел! Поздравили с тем, что я стану «частью вселенной», – это подхалим явно цитировал чьи-то слова из кинокомпании.

– О, зашибись! Познакомишь меня с Томом Хиддлстоном? – хмыкнула язвительно.

Винс завис. Он, что, думал, я буду верещать от восторга?

Ну уж нет.

Всё, что я испытывала – это черную зависть. Я ваще завидую всем, кому делают большие предложения и кто вот-вот прославится, станет на каждом углу узнаваемым.

– Так чо насчет Локи? – снова зевнула, теперь уже по-настоящему.

– Мне начинать ревновать, детка? – попытался криво отшутиться этот тупица.

– Да, я б Тому дала, – призналась со всей честностью. – За одни его большие светлые глаза. К тому же он – англичанин и джентльмен, а это ужас как сексуально.

– Ну прекращай, – выдохнул Винс. – Что ты такая, а? Хоть бы поздравила… – гундел он, выклянчивая поддержку и радость.

– Поздравляю. Теперь тебе часами придется в гримерке сидеть и потеть под костюмом. – продолжила издеваться.

Стоп!

Это значит, что Винс…

Постоянно будет занят?

Да это же просто превосходно! Подарок судьбы настоящий!

Ну и отличный повод в конце его путешествия во «вселенную», сказать, что я к нему остыла из-за долгого расставания. А он, скорее всего, не станет истерить, агрессировать или руки распускать. Он слишком собой-любимым будет увлечен. Новый герой же, ни дать, ни взять.

Кстати, я не спросила, какую именно роль дали. Какого героя он играть будет…

Не интересно.

Блин, я так увлеклась думами, что пропустила часть его болтовни.

– Слушай, мне хреново, давай потом, а? – мотнула головой, в которой болезненным ударом тут же отозвалось похмелье.

– Сегодня мы идем отмечать! – уверенно и торжественно произнес Винс.

– Лады, – кивнула я.

Идем отмечать последнее свидание, детка?