Цитаты из книг автора «Эдвин Лефевр»

Чтобы акции пошли вверх, их рост сначала нужно как можно шире разрекламировать. Звучит глупо, не так ли? Но задумайтесь над этим. Уже не так глупо, верно? А самый эффективный способ разрекламировать то, что, по существу, является вашими благородными намерениями, – это сделать акции сильными и активными. В конечном счете, после того как уже все сказано и сделано, лучшим в мире агентом по рекламе является биржевой телеграф, а лучшим носителем рекламы – тикерная лента. Мне не нужно распространять среди своих клиентов рекламные буклеты и прочую литературу. Мне не нужно рассказывать прессе о том, как хороши мои акции, и не нужно обрабатывать редакторов финансовых отделов газет, чтобы они написали о блестящих перспективах компании. Я не нуждаюсь ни в чьем содействии. Всех своих целей я достигаю путем активизации акций. Когда ценные бумаги активны, немедленно возникает спрос на объяснение происходящего, а это означает, что газеты разрекламируют мою компанию сами, без всякого содействия с моей стороны.

В большинстве случаев целью манипулирования является, как я уже сказал, продажа нового выпуска акций публике по наилучшей возможной цене. Это вопрос не только продажи, но и распределения. С любой точки зрения лучше, когда акции принадлежат тысячам акционеров, а не одному. Та к что манипулятор должен стараться не только получить наилучшую цену, но и достичь оптимального распределения акций. Нет никакого смысла слишком высоко взвинчивать запрашиваемую цену, если вы не сможете убедить публику с руками отрывать у вас акции. Когда неопытные манипуляторы пытаются сбыть акции по максимальной цене и терпят неудачу, ветераны высокомерно усмехаются и приговаривают, что можно пригнать лошадь к водопою, но нельзя заставить ее пить. Но они не совсем правы. Всем полезно помнить правило, которое было хорошо известно Кину и его талантливым предшественникам: поднимай курс акций на максимально возможный уровень, а затем продавай на откате.

Если нет сомнений в том, что реклама – это искусство, то манипулирование – это искусство рекламирования посредством биржевого телеграфа. Его лента должна рассказывать ту историю, которую хочет поведать манипулятор. Чем правдивее эта история, тем она убедительнее, а чем она убедительнее, тем успешнее реклама. Сегодня для манипулирования рынком мало, к примеру, того, чтобы акции выглядели сильными; манипулятор должен сделать их сильными. Следовательно, манипуляция должна базироваться на здравых принципах биржевой торговли. Потому Кин и был выдающимся манипулятором, что изначально он являлся выдающимся трейдером.

Тем временем цены продолжали расти, а это значило, что конец рынка «быков» все ближе. Я не думал о какой-то определенной дате. Такая точность прогнозов мне не по плечу. Но я был настороже. В общем-то, я всегда настороже. Это давно вошло у меня в привычку.

Наводки! Как же люди любят наводки! Причем не только получать, но и давать. Здесь переплетены алчность и тщеславие. Порой бывает очень занятно наблюдать за тем, как вполне благоразумные люди охотятся за наводками. А тем, кто раздает наводки, нет нужды беспокоиться об их надежности, потому что их получатели довольствуются любыми наводками, необязательно хорошими. Если наводка помогла – прекрасно! Если нет – следующая поможет. Я здесь имею в виду рядовых клиентов рядовой брокерской фирмы. Существуют особого рода наводчики-манипуляторы, отстаивающие интересы определенных компаний, которые верят только в силу наводки как очень тонкого и эффективного средства маркетинга и рекламы. Те, кто раздает наводки, и те, кто их получает, образуют бесконечную цепочку ходячей рекламы, сеть распространителей информации о том, что на свете существует такая-то компания. Усердный труд такого наводчика-манипулятора подогревается иллюзией, что нет в мире человека, который устоял бы перед соблазном наводки, если, разумеется, ее правильно преподносить. Он изучает искусство наводки и относится к своему делу как настоящий художник.

Как я уже тысячу раз отмечал, никакими манипуляциями нельзя обрушить котировки акций и удерживать их внизу. В этом нет никакой тайны. Причина станет очевидна каждому, кто удосужится поразмышлять над этим хотя бы полминуты. Вообразите себе спекулянта, который, совершив рейд, сумел опустить курс акций ниже их действительной стоимости. Что за этим последует? Рейдер немедленно поднимет волну инсайдерских покупок. Ведь те, кто лучше других знает, сколько на деле стоят акции, обязательно станут скупать их по дешевке. Если же инсайдеры не способны скупать собственные акции, значит, в силу фундаментальных рыночных условий они не могут свободно распоряжаться собственными ресурсами, а на рынке «быков» такие условия невозможны.

Среди опасностей, грозящих спекулянту, очень важное место занимают непредвиденные, я даже сказал бы, непредвидимые события. Существует риск, на который приходится идти даже самому осторожному человеку, если, конечно, он не хочет оставаться мелочным моллюском в мире спекуляций. Обычные деловые риски ничем не хуже тех опасностей, которые ожидают человека, вышедшего из дома на улицу или отправившегося в путешествие по железной дороге. Когда я теряю деньги из-за развития событий, которого никто не мог предвидеть, я злюсь на судьбу и жажду мщения не больше, чем когда попадаю под некстати налетевшую грозу. Наша жизнь от колыбели до могилы сама есть игра, и я спокойно переношу события, которых не могу избежать, потому что не обладаю даром ясновидения. Но в моей карьере спекулянта были и такие ситуации, когда я все правильно спланировал, правильно действовал и тем не менее оставался ни с чем из-за нечестного поведения моих оппонентов.

И еще одна вещь, о которой всегда нужно помнить, – это то, что кульминация рыночного тренда не знаменуется праздничным салютом. Тренд никогда не заканчивается полной остановкой, за которой следует резкий и всеобщий разворот. Рынок может перестать быть «бычьим» (так часто и происходит) задолго до того, как начинается реальное снижение цен. Заметив, что акции, являвшиеся до этого лидерами роста, стали поочередно подвергаться откатам на несколько пунктов – впервые за много месяцев, – я понял, что это и был тот самый предупредительный сигнал, которого я ждал. Их прежде стремительный рост явно начал захлебываться, и это со всей очевидностью требовало от меня изменения тактики игры.

Изучая проблему, я все лучше понимал, что дело было не в умении читать ленту, а в умении читать самого себя. В результате хладнокровного анализа я пришел к выводу, что никогда не достигну ничего путного, пока буду оставаться в состоянии тревоги, но при этом было ясно, что тревога не отпустит меня, пока я не расплачусь по долгам, то есть пока кредиторы не лишатся возможности требовать своей доли с каждого выигрыша, не давая мне накопить достаточный капитал для приличной ставки. В какой-то момент все это стало настолько очевидно, что я сказал себе: «Нужно пройти через процедуру банкротства». А как еще я мог сбросить с души это тяжелое бремя?

Потерянные деньги меня не волновали. Когда я терял на рынке деньги, то всегда воспринимал это как урок. Потеряв деньги, я приобретал опыт, то есть это было всего лишь платой за обучение. Но во всей истории с Дэном Уильямсоном самым обидным было то, что я упустил отличные возможности. Потерянные деньги – ничто; их всегда можно вернуть. А вот такие замечательные возможности, как те, что я упустил, появляются далеко не каждый день.