Цитаты из книг автора «Эдвард Люттвак»

«Искусство и наука развития и использования политических, экономических, психологических и военных сил, необходимых в военное и мирное время для оказания максимальной поддержки политике, чтобы повысить вероятность и благоприятные последствия победы и снизить шансы поражения».

Итак, согласно нашему делению тактика есть учение об использовании вооруженных сил в бою, а стратегия – учение об использовании боёв в целях войны». («О войне», II. 1; М.: Госвоениздат, 1934. С. 33)

близорукими прагматическими решениями или неслаженными импровизациями, но чаще всего эти ошибки оказываются мелкими и незначительными, а при удачном стечении обстоятельств – нейтрализуют и взаимно упраздняют друг друга

Если перейти за эту точку, если превысить пределы того, что другие способны принять достаточно спокойно, это закончится не дальнейшим ростом могущества или влияния, а их спадом. Никакие осложнения, трения и политические возражения, препятствующие практическому применению общей теории, не снижают ее объяснительной и предсказательной ценности и не накладывают на нее запрет. Эти препятствия означают лишь то, что применение логики стратегии отягощено трудностями – точно так же, как дипломатия и война сами по себе.

Иными словами, вся суперструктура западных и мировых институций, созданная Соединенными Штатами в основном по своему образу и подобию и с большими затратами поддерживаемая ими в течение полувека, будет все меньше и меньше служить американским целям. Уже одно это наказание способно перевесить любое возрастание могущества, которого можно достичь на первых порах, предвосхитив реакцию благодаря связной стратегии и последовательной политике. Создание коалиций против США вовсе не нуждается в военном измерении для того, чтобы оказаться болезненно эффективным

возникнет устойчивая коалиция, чтобы встречать в штыки любое американское предложение просто потому, что оно американское.

союзников, как это уже происходит в случае Франции. Даже простые дипломатические стычки могут со временем накопить достаточно злой воли для того, чтобы лишить всякого содержания западные альянсы и договоры коллективной безопасности, унаследованные со времен «холодной войны». Даже продолжая свое существование институционально, хотя бы лишь по бюрократическим причинам, они перестанут функционировать сущностно. Спонсируемые Западом институции, которые издавна являлись международными регуляторами различных развивающих организаций (например, Всемирная торговая организация и Всемирный банк с его подразделениями), тоже не останутся не затронутыми. Как это ранее произошло с Генеральной Ассамблеей ООН, их польза для США, как и для всех остальных, будет стремительно снижаться по мере того, как

независимость, не только Китай и Россия, но и многие прежние союзники Америки будут вынуждены вступить в единую коалицию против новой стратегии Соединенных Штатов. В настоящее время отсутствие единой антиамериканской коалиции доказывает, что США лишь потенциально являются единственной глобальной сверхдержавой. Ибо мощь державы всегда определяется единственно возможным способом, точным, как лакмусовая бумажка: по тем реакциям, угодливым или враждебным, которые она вызывает. Насколько далеко и быстро все это будет развиваться в направлении к открытым формам противостояния – сказать нельзя. Но явная готовность использовать недорогие и связанные с малым риском средства, чтобы подорвать американское могущество и престиж в любой возможной среде, станет характеризовать поведение прежних

Есть лишь многомерное американское верховенство, не знающее никаких прецедентов во всей истории человечества, и оно нуждается только в глобальной стратегии усиления мощи, работающей исключительно на успех США и сурово угнетающей всех окружающих. Но в этом случае неизбежно последуют ответные защитные меры и враждебные реакции, все более широкие и чреватые все более существенными последствиями. Если инертная реальность американского первенства, которое в настоящее время служит по большей части источником позитивной поддержки, уступит место активному стремлению к мировой гегемонии, это сможет вызвать лишь тот ответ, который всегда вызывали подобные попытки: подпольное сопротивление со стороны слабых и открытую оппозицию со стороны не очень слабых. Чтобы обеспечить свою

мировыми событиями, чем тот, о котором любой из их предшественников мог только мечтать. Однако такое распределение не сохранялось бы слишком долго.