В конечном счёте не было таких замков, с которыми не смог бы справиться Ноа – последняя дверь с тихим скрипом отворилась. Перед глазами Хранителей появился архив. Высокие стеллажи с тысячами ячеек уходили далеко вперёд. Приглушённый свет падал на бескрайние полки, под завязку забитые папками.

– Что конкретно мы ищем? – поинтересовался Джейкоб, озираясь по сторонам. Как они собираются найти здесь хоть что-то?

– Любые документы на фамилию Эмброуз, верно, полковник? – подхватил Ноа.

– Да, – слишком тихо ответил он. – Но если найдёте что-то, сразу передайте мне.

– Мы не будем лезть в твои личные дела, Дэв, пока ты сам не решишь поделиться.

Он кивнул и направился к нужной ячейке. Выдвинул ящик и начал монотонно перебирать пальцами подшитые папки. Дэвиан терялся в сомнениях, словно маленький ребёнок средь бушующей толпы. Он хотел спрятаться, забраться обратно в свой панцирь и надеть железную маску безразличия. Однако невидимые силы заставляли идти вперёд.

Рука Дэвиана замерла на документе с пометкой «засекречено». Тело моментально покрылось льдом.

Хотел ли он узнать правду?

И что делать с этими знаниями?

Его мир медленно рушился.

Всё было ложью.

Ложь.

Ложь.

Дэвиан осторожно вытащил папку. Смотрел на неё не моргая, как на древнее проклятие Земных Богов.

Подойдя ближе, Джейкоб смог заметить надпись: «Объект N2365. Имя Дэвиан. Присвоена фамилия будущих опекунов: Эмброуз».

– Дэв…

Резкая боль пронзила веки, яркий свет будто выжигал сетчатку. Алые губы Дэвиана замерли в немом крике.

Он схватился за голову и упал на колени. Листы с тихим шелестом разлетелись по холодному полу.

Глава 8

– Дэвиан! Дэвиан!

В ушах звенело, будто кто-то рядом дёргал за ниточки, заставляя некий колокольчик издавать настоящий гром.

– Дэвиан! Тебе плохо? Умоляю, скажи хоть что-нибудь!

Джейкоб тряс его, гладил по спине. В полном бессилии оглядывался по сторонам, ища в глазах Ноа поддержки. Однако на Дэвиана действия не возымели эффекта. Его поглотила тьма, окунула с головой в жуткое прошлое. Картинки вспыхивали и исчезали со скоростью самого быстрого дирижабля. Он вспомнил, как сидел в белой стерильной комнате без окон и дверей. Вспомнил боль, когда в маленькие ручки вкалывали острые иглы. Дэвиану было жарко, будто в вены залили огонь, разрывающий мышцы изнутри.

Неужели Гэвин оказался прав?

Нет! Нет! Нет!

«Ты настоящее чудо, Дэвиан», – шептал женский голос.

«Ты проклятье, Дэвиан», – кричал он же.

В мир живых его вернули громкие шаги. Не успел Дэвиан подняться, как в архив вбежала охрана. В руках они держали дубинки.

– Хранители Закона уже едут, – пробасил самый высокий мужчина.

– Может, договоримся? – Джейкоб поднял руки вверх и сделал уверенный шаг навстречу неприятностям.

– А ну закрой рот! – рявкнул охранник. Видимо, он был старший по званию, так как двое других молчали и грозно посматривали в сторону нарушителей.

– Мы правда оказались здесь совершенно случайно.

– Я сказал. Закрыть. Рот, – процедил сквозь зубы всё тот же охранник и, занеся руку, обрушил несколько мощных ударов дубинкой по спине Джейкоба.

Дэвиан поднялся с колен, обвёл мрачным взглядом помещение и заехал главному охраннику в нос. Послышался неприятный хруст.

– Сэр, Дэв, нет! – вскрикнул Ноа, но было уже слишком поздно. Дэвиан ринулся вперёд, будто смертоносное оружие или смерч, уничтожающий на пути всё живое.

Его кулаки попадали точно в цель. С остервенением он осыпал ударами командира охраны. Двое других мужчин попытались схватить и остановить Дэвиана, но тщетно. Он дрался так, словно его душу поглотили демоны. Даже глаза горели нечеловеческим чёрным цветом.

Дэвиан пришёл в себя, когда ощутил под своими ледяными руками медленно угасающий пульс.

– Разожми пальцы, Дэвиан. Ты не хочешь допустить беды. Прошу тебя.

Он услышал взволнованный, но твёрдый голос Джейкоба.

– Давай же. Очнись. Пожалуйста.

Дэвиан мотнул головой, заморгал. Сознание нехотя возвращалось. Он резко отвёл руки от шеи мужчины и вскочил. Его расфокусированный взгляд метался от Джейкоба к Ноа, словно загнанный в ловушку зверёк.

– Это я сделал? – Дэвиан тяжело сглотнул, опустил голову. – Боги! Это правда сделал я?

На что ещё он был способен?

И почему ничего не помнил?

Будто кто-то выключил свет внутри его сознания.

– Всё хорошо, – Джейкоб осторожно шептал какие-то фразы, которые Дэвиан не запомнил.

– Ничего не хорошо! – вспылил Ноа.

– Тихо, – резко, как ножом отрезав, произнёс Джейкоб. Его не волновали последствия случившегося, имело значение только состояние Дэвиана.

Внутрь ворвались Хранители Закона. Они надели на всех троих наручники, что больно впивались в запястья.

– Стоили эти знания всего того, что нас ждёт впереди? – уже сидя в машине, подал голос Ноа. Они ехали вместе с Джейкобом, Дэвиана увели отдельно в неизвестном направлении.

– Если ему станет от этого легче, то да.

– Ты… Почему?

Джейкоб пристально посмотрел Ноа в глаза.

***

Дэвиана заперли в специальной тюремной камере для особо провинившихся Хранителей. Внутри пахло плесенью, грязью. Безнадёжностью.

Как он дошёл до такого?

Ощущал ли Гэвин похожие эмоции перед тем, как окончательно сойти с ума?

Через несколько часов прямиком из камеры Дэвиана доставили в кабинет к Фрэнку Лофтену.

– Сядь, – приказал он, жестом указав на стул. Дэвиан послушался.

– Пей, – Фрэнк протянул таблетку протака и стакан воды.

Дэвиан замешкался. Интуиция подсказывала не делать этого. Однако рука, будто следуя собственной воле, потянулась к стакану.

– Я сказал пей! – с нажимом повторил Фрэнк.

Дэвиан положил таблетку в рот и сделал глубокой глоток.

– Ты понимаешь, почему здесь?

– Я совершил ошибку.

– И как собираешься её исправлять?

– Не знаю, – выдохнул Дэвиан. – Меня отправят на остров?

Фрэнк рассмеялся.

– И избавиться от такого ценного экземпляра? Я что, по-твоему, сумасшедший?

Разум Дэвиана будто накрыло плёнкой, сквозь которую перестали поступать звуки. Все до единого, кроме одного.

– Тогда что мне делать? – еле слышно проговорил Дэвиан. Язык перестал слушаться.

– То, что должен, Дэвиан. Не забывай, кто ты и кому служишь. Ответь чётко и ясно.

– Государству, – голос, словно острый клинок, рассёк воздух.

***

Джейкоба очень удивил тот факт, что его и Ноа после краткого допроса отпустили, но он слишком устал, чтобы размышлять ещё и над этим.

Он сидел на ступенях общежития под проливным дождём. Серое небо будто траурной вуалью накрыло город Манче. Джейкоб подставил лицо под ледяные капли. Чувство тревоги не покидало, а с каждым вздохом лишь нарастало, как мусор на окраине трущоб.

Подошёл Ноа, держа над головой чёрный зонт с забавной механической ручкой; из спиц выходил согревающий тёплый пар.

– Его осудят и отправят на остров.

Джейкоб подскочил. Вина за случившееся, словно кислота, проникла в сознание.

– Что? Остров? Просто за драку?

Паника захлестнула и обожгла, завязывая внутренности в тугой узел. Руки Джейкоба подрагивали.

– Это я во всём виноват. Моя была идея проникнуть в то чёртово здание.

– Ты же понимаешь, что он сам напросился на неприятности, неуклонно следуя за ними по пятам.

– Нет! Дэвиан ни в чём не виноват, это они его спровоцировали. Он защищал меня.

– Дай договорить, – Ноа хмуро прищурился. – У меня есть идея. Думаю, я могу помочь ему сбежать. Вот только… – Он призадумался.

– Я сделаю всё, что потребуется, – уверенно ответил Джейкоб. – Я знаю, где нам можно будет затаиться.

– В трущобах?

– Да.

– Ты уверен? Назад дороги не будет. Так легко распрощаешься с собственным сытым будущим?

– Да, Ноа, – Джейкоб не колебался. Он был готов пойти на любое безумство и безрассудный поступок, лишь бы спасти Дэвиана от страшной участи.

– Я хочу ещё раз спросить: почему ты так предан ему?

– Вы поставили мне клеймо на кожу, но не на душу. Считай, что защищать друзей – мой единственный свободный выбор.

Глава 9

Гэвин проворочался до рассвета, так и не сомкнув глаз. Несмотря на то что он привык жить в довольно скромных условиях, трущобы не шли ни в какое сравнение. Гэвин чувствовал, как сквозь щели пробирается холод и где-то вдалеке воют бездомные голодные псы. Ему чудилось, что они поют про его гнилую душу.

Воспоминания возвращались как острые иглы, царапая и раня, а слова, сказанные Дэвианом, звучали будто на записи старого граммофона: «Верни мне моего друга».

Одна часть Гэвина – одинокая и отчаявшаяся – молила о прощении и снисхождении. Тогда как другая – смеялась в лицо опасности и не на миг не пожалела о содеянном.

– Ты сегодня тихий, – в каморку к Гэвину зашёл Ингри. Он отодвинул ткань, впуская внутрь первые лучи света. – Вчера была сильная гроза, а сегодня её и след простыл. Природа удивительна.

Гэвин поднялся и умылся в ледяной воде. Не зная с чего начать разговор, он сел на край кровати, рукой провёл по скомканным простыням, вдыхая запах дешёвого мыла.

– Я думаю, мне пора покинуть это место. Скажи, как мне тебя отблагодарить.

Ингри замер.

– Так скоро? Но разве тебе есть куда идти? Или ты хочешь сдаться?

– М? Сдаться? – Гэвин непроизвольно сжал пальцы, впиваясь ногтями в мягкую ладонь. – Что ты имеешь в виду?

– Я всё о тебе знаю, Гэвин. Слухи в Манче распространяются быстрее, чем чума.

– Как давно?

– С самого начала, – Ингри беспечно пожал плечами.

– И всё равно помог мне?

Гэвину тяжело поверить в услышанное. Почему Ингри добровольно спас такого, как он? Не значит ли это, что теперь Гэвин перед ним в неоплаченном долгу? На то и был расчёт? И какую цену попросят за спасение его никчёмной плоти?

– Пусть я не совсем согласен с твоими методами, но ты тоже пытался бороться.

Гэвин фыркнул.

– За эти методы я должен был уже гнить в земле или отсчитывать последние свои дни на острове.

– Однако ты выжил.

– И ты решил, что у великих Земных Богов остались на меня планы? – Гэвин с горечью рассмеялся.

– Почему нет? У каждого человека существует предназначение.

– И каково твоё?

– Мне бы хотелось верить, что я в силах изменить трущобы и отношение верхнего города к ним.

– Просто немыслимо. Так ты поэтому держишь меня здесь?

– Ты волен уйти. Ты не пленник.

Вот только действительно ли Гэвин желал покинуть это место?

– Ты можешь доверять мне, – сказал Ингри.

– Могу ли? – Гэвин ехидно ухмыльнулся.

– Да.

– В таком случае назови своё настоящее имя, – он с вызовом посмотрел ему в глаза. – Я знаю, что Ингри не существует.

Несколько мгновений Ингри сомневался, а потом произнёс настолько тихо, словно тот звук оказался лишь мимолётной иллюзией.

– Меня зовут Уильям. Уильям Чапман.

Гэвин протянул руку.

– Приятно познакомиться с тобой, Уильям Чапман. Я Гэвин Аддерли.

Глава 10

Дэвиан провёл в затхлой каморке ещё сутки. Успев смириться с незавидной участью, он больше не испытывал страх или отчаяние, лишь смирение стало его неотъемлемым спутником.

В камере было темно, но, следуя внутренним биоритмам, Дэвиан пришёл к выводу, что наступило раннее утро. Впрочем, отдохнуть так и не удалось не только из-за отсутствия кровати.

Послышался шум. Дэвиан встрепенулся. Сквозь мрачные тени коридора появилась фигура.

– Дэв?

– Джейкоб? Я здесь.

Джейкоб остановился возле решёток. Сама по себе тюрьма временного содержания Хранителей вызывала довольно удручающее состояние: внутри было темно, единственная лампа горела только в конце коридора, и тихо. Стены, выкрашенные в странный болотный цвет, навевали тоску, одиночная камера – безнадёжность.

– Ну и дел мы наворотили, да? – вздохнул Джейкоб.

– Ты не виноват. Это я запутался и окончательно сорвался.

– Зато мы узнали правду. Мой вопрос, возможно, прозвучит нелепо, но… Тебе стало от этого легче?

– Наверное, – ответил Дэвиан. – В любом случае изменить прошлое невозможно.

– Я вытащу тебя. Ты не отправишься на остров!

– Послушай меня, Освальд. Уходи и не вмешивайся.

– Что ты такое говоришь? Я не сбегу как последний трус. Я прошёл весь этот путь вместе с тобой.

Джейкоб разозлился на сказанные слова. Он не отступит от задуманного. Не оставит Дэвиана одного.

– Лучше бы ты продолжал мне врать.

– Что, по-твоему, я сейчас испытываю? Ну же, скажи.

Поскольку совсем недавно Дэвиану пришлось вновь принять протак, он не мог различать эмоции так же чётко, как раньше. Однако в случае с Джейкобом всё читалось по лицу.

– Решительность? Ты не боишься.

– Так ты со мной, Дэв?

Дэвиан неуверенно кивнул. Несмотря на то, что он не мог подвергнуть Джейкоба опасности, внутренний голос подталкивал ответить «да».

Сейчас их будущее похоже на острый нож, готовый вонзиться в сердце и перечеркнуть любые надежды на лучшее.

***

Через несколько часов Дэвиана отвели на допрос. Какая участь его ожидала? Остров, тюрьма или ссылка?

Дэвиана оставили в белоснежной комнате и усадили на железный стул. От резкого контраста закружилась голова.

В помещение вошёл Фрэнк. Поставил такой же стул напротив Дэвиана и сел. Долгие минуты он сверлил его совершенно нечитаемым взглядом.

– Я не хочу терять настолько сильного рэйхора. Ты верой служил мне много лет, и, конечно, за небольшой промах я не буду отсылать тебя в тюрьму. Однако ещё одна провинность, ещё один прокол, – и неважно, твой или Джейкоба, – и ты сам будешь умолять отправить тебя на остров.

– Значит ли это…

– Значит! – перебил Фрэнк. От кипящей злости на его шее вздулись вены. – Но я невероятно раздосадован, сынок! – Он вздохнул, прикрыл глаза, а через мгновение на Дэвиана смотрел уже совершенно другой человек. – Хотя и чувствую за собой вину.

– Почему? – Настолько стремительная метаморфоза внушала настоящий животный ужас.

– Нужно было с самого начала, десять лет назад, разобраться со всей этой ситуацией. И тебе стоит знать, что расследование взяла на себя секретная служба Пулвиля. Виновные не останутся безнаказанными.

– Выходит, вы знали о нашем с Гэвином появлении на свет?

– Нет. Тогда было тяжёлое время. Вспомни хотя бы бунт, который мы еле подавили. Я понятия не имел о том, что происходило в центре. Это не в моей компетенции.

Забавно, но Дэвиан был уверен, что Фрэнк лгал, хотя эмоции показывали обратное.

– Ясно.

Фрэнк поднялся, показывая жестом следовать за ним.

– Возвращайся к работе, полковник. Надеюсь, мы поняли друг друга.

– Да, сэр. И спасибо.

***

Первым делом после освобождения Дэвиан отправился в душ, надеясь смыть с себя усталость, грязь и заодно прилипшее, как вторая кожа, прошлое. Стоя под неровными потоками воды, он размышлял об увиденном в архиве. Гэвин оказался прав: ими манипулировали, заставили забыть детство, скрыли правду. Однако с чьей подачи это шло? Истина где-то рядом, и он обязательно найдёт ответ. Пусть не сейчас, но справедливость восторжествует.

Вернувшись в комнату, Дэвиан привёл себя в порядок. Пора прекращать заниматься самокопанием. Ко всему прочему преступники не дремлют и продолжают бесчинствовать, терроризируя город. Неважно, каким образом Дэвиан появился на свет. Важно, какой след он оставит после.

На сей раз Фрэнк Лофтен не дал Дэвиану выходной, обязав заступить на службу практически немедленно.

Дэвиан наскоро перекусил холодным стейком и направился в кабинет писать отчёт. Внутри, вальяжно развалившись в кресле, дремал Джейкоб.

– Я вам не помешаю спать, мистер Освальд? – Дэвиан совсем не удивился его появлению.

Джейкоб зевнул и потянулся.

– Это же ваш кабинет, полковник. Проходите, не стесняйтесь.

– Джейкоб!

– Простите, сэр, – он хихикнул и сел прямо.

– Уже слышал новости?

– Поэтому я и здесь.

Дэвиан неловко топтался на месте и страшился смотреть Джейкобу в глаза. А Джейкоб едва сдержался, чтобы не начать прыгать от радости, он почти ощутил лёгкое покалывание на кончиках пальцев. Но в последний момент одумался. Сейчас не время для столь эмоционального поведения.

– Я очень ценю то, что ты хотел для меня сделать. Думаю, если ты снова спасёшь мне жизнь, то я тебе должен буду купить плитку настоящего шоколада.

– Да ладно, ерунда. Но от шоколада не откажусь. – Впрочем, слышать настолько искреннюю благодарность оказалось слаще самой настоящей конфеты.

– Ты готов был отказаться от собственного будущего. Это вовсе не ерунда. Спасибо тебе, Джейкоб. Я счастливчик, что встретил такого человека, как ты.

– Ого.

Джейкоб несколько раз удивлённо моргнул.

– Что с твоим лицом? – спросил Дэвиан.

– Я в шоке от того, что один чёрствый полковник умеет говорить настолько волнительные слова.

– Не зазнавайся.

– Теперь ты мой должник.

– Даже не мечтай, – язвительно хмыкнул он.

– Слишком легко отделались. – Наконец Джейкоб понял, что его так сильно тревожило, и озвучил догадку вслух.

– Фрэнку от меня что-то нужно. Я чувствую это. Иначе он бы нас не отпустил.

– Каков наш следующий шаг?

– Наблюдать.

Неожиданно резкий звук коммуникатора разнёсся по кабинету, как надоедливая жужжащая муха.

– Кажется, новое дело? – Джейкоб поправил растрепавшиеся волосы и взглянул на мигающий красный сигнал.

– Да, – только и сказал Дэвиан. Он взял свой излюбленный плащ, выпрямился и гордой поступью отправился на выход. Джейкоб радостно присвистнул и последовал за ним.

Глава 11

Холодный туман окутал город Манче. Серые капли вместе с белыми хлопьями оседали на лобовом стекле чёрного автомобиля. Атмосфера в округе казалась мрачная, однако внутри салона было довольно тепло.

Как и всегда, за рулём находился Дэвиан. Сгустки пара вылетали из трубы, растворяясь в облаках пыли и гари.

– Я так рад, что всё обошлось, аж петь хочется, – подал голос Джейкоб. Ему надоело сидеть в полной тишине.

– Прошу тебя избавить меня от этого зрелища.

– Ты многое упускаешь. Не хочу хвастаться, но у меня потрясающий голос. Так говорят.

– И кто же?

– Моя мама, – прыснул Джейкоб. – А матери не лгут.

– Моя врала мне, что я её сын. Как тебе такое, Освальд?

Джейкоб неловко откашлялся. Он здраво опасался касаться столь запретной темы. Впрочем, всё же задал вопрос, на который не рассчитывал услышать ответ.

– Какие у вас были отношения с семьёй?

– Наверное, самые обычные. Меня в детстве не баловали, но и не лишали чего-то. Однако после того, как Лофтен забрал меня в штаб, мы с родителями сильно отдалились друг от друга. Сначала они звонили и периодически интересовались делами, а потом письма и общение постепенно сошло на нет. Я давно не видел их. Несколько лет. Будто они просто выполнили свою задачу и исчезли.

– Ты не думал, что их могли заставить прекратить интересоваться твоей жизнью?

– Нет, – категорично ответил он. – Я стараюсь поменьше размышлять об этом. Иначе кажется, что могу сойти с ума, как и Гэвин.

– Если захочешь поговорить, я всегда рядом.

Дэвиан мельком взглянул на Джейкоба и ухмыльнулся, следом вернул всё внимание на дорогу.

Дальше поездка продолжалась в тишине.

По приезде первое, что бросилось в глаза, – количество белых карет с красными крестами. Дэвиан хмуро свёл брови к переносице. Не хватало ещё, чтобы о происшествии прознали репортёры местных газет.

Они находились в центре города, недалеко от знаменитой статуи основателю Манче. Небольшая площадь была полностью оцеплена офицерами.

Когда со стороны властей начинается настолько явное сокрытие случившегося – это означает лишь одно. Произошло что-то поистине шокирующее.

Дэвиан вышел из автомобиля, кивком поприветствовал Хранителей-офицеров и направился к медицинскому персоналу.