Приказываю себе перестать пялиться и сама того не понимаю, как выражение лица приобретает хмурые отголоски. А потом до меня добираются волны самодовольства и самоуверенности диапазоном бесконечной вселенной. Он знает, как влияет и это раздражает, оставляя обезоруженной. Но беда в том, что я тоже попадаю под чары. Не уверена, что существует человек, которому под силу противостоять. Поэтому мысленно дают себе хорошую оплеуху прямо по голове, чтобы мозги встали на место.

Он бросает вопросительные взгляды на Алекс и Тома, я же пользуюсь тем, что ещё раз отвешиваю себе мысленную пощёчину. Работает лучше первой, потому что вспоминаю, что я не полоумная идиотка.

– Доброе утро, маленькая жопка, – улыбается Алекс. – Как спалось?

Прежде чем ответить, замечаю новую ухмылку и посылаю «отвали, придурок» взгляд.

– Кровать просто чудо, – парирую я. – Или дело в храпе.

– Храпе? – вмешивается Том.

– Алекс не дала сказать, что весь полёт я наслаждалась храпом соседа, пока она прикинусь мертвой и сладко спала.

Я не жду приглашения привесит и направляюсь к кофемашине, которую приметила по приезду.

Только кофе может сделать меня доброй феей-крестной. Возможно, я даже подарю хрустальные кроссовки незнакомцу на диване, но если он при побеге потеряет «туфельку», вряд ли буду разыскивать его по всему городу, не говоря о стране. Он не мой принц из сказок, а я не его «одна из».

Я стону от радости, когда нахожу трофеи сиропов в шкафу.

– Я уже говорила, что люблю тебя? – обращаюсь к Алекс.

– Я знаю, – смеётся она, пока я наполняю дно кружки несколькими вкусами.

– Серьёзно, выходи за меня.

Она весело смотрит на Тома.

– Мне сделали предложение, от которого трудно отказаться.

– Прости, но ты не такая, – посмеивается он.

– Сейчас даже жаль.

Три пары глаз наблюдают за мной, когда делаю несколько глотков напитка и занимаю место на диване. Я вопросительно изгибаю бровь, какого черта они пялятся, смотря на них поверх кружки.

– Это Джаред, – указывает на парня Том, при том, что ещё награждает его непонятным мне взглядом. Оставляю это проигнорированным.

Смешно, что сейчас нас разделяет журнальный столик и парочка в центре дивана. Его глаза напротив моих и они не теряют со мной зрительный контакт.

– Это Лизи, – следом говорит Том.

Джаред подмигивает и вновь оголяет ямочки, растягиваясь на диване так, словно владеет нефтяной компанией. А вот и противоположность Тома.

– Запретная полоса, Картер! – вмешивается Алекс.

Мой взгляд скользит по рукам, на которых выделяются вены, и задерживается на широкой груди. Я проглатываю слюну, прогоняя комок в горле. Он выглядит так, как будто готов вырвать моё сердце и растоптать с той же беспечной улыбкой, играющей на его губах сейчас. И так будет, если растеряю здравый рассудок. Джинсы в некоторых местах потёрты, не уверена, что из-за изношенности, скорей, так и должно быть. Я задаюсь вопросом, есть ли у него татуировки под одеждой, а следующий вопрос задаю себе. Какие к черту татуировки под одеждой? Почему меня это вообще волнует?

Дело дрянь.

В его глазах светится немой вопрос: «Нравится?». Это хороший удар под дых.

– Ага, – киваю я, потому что язык не повернётся сказать, что знакомство приятное. Я обхожу таких стороной. Зачем лгать?

Я переключаюсь на Алекс, чувствуя на лбу тяжёлый взгляд. Но чем быстрее он поймёт, тем лучше для него. И в первую очередь лучше для меня.

– Куда мы идём? – спрашиваю я

– На твою первую вечеринку! – провозглашает она.

Я снова стону, на сей раз из-за разочарования.

– Да ладно, мы только сегодня прилетели, и ты уже тащишь меня куда-то? Мы можем просто погулять?

Алекс посылает мне взгляд «заткнись». Вот же зашибись. Я знаю, она достанет меня в аду и затащит в пекло из потных тел. Иногда я совсем не против, но чаще всего места со скоплением людей – пьяных людей – вызывают тошноту.

– Её не переубедить, – выдыхает Том. – Я пробовал.

Я смотрю на него с сожалением и благодарностью.

– И всё для чего?

– Она хочет веселья. Интуиция подсказывает, что это ещё не всё.

– При условии, что завтра мы идём туда, куда хочу я, – говорю я, обращаясь к Алекс.

Она прищуривается.

– Что-то ещё?

– Да, – она хорошо меня знает. – Если встречу больше трёх идиотов – ухожу.

– Но в братстве все придурки!

– Отлично, проблема решена. Я ушла не приходя.

– Ладно, – сокрушаясь от поражения, соглашается Алекс. – Я не помню, когда последний раз уговаривала тебя.

А я не помню, когда последний раз чувствовала себя обнаженной под чьим-то взглядом. Хороший повод отказаться.

– Мне нужно в душ, – поднимаясь с дивана, сообщаю я.

Спустя час, продеваю ремешок на туфлях через пряжку и салютую пять самой себе. Прежде чем уйти в душ, мы договорились дать друг другу час на сборы. Ненавижу опаздывать. Это буквально моё проклятие.

Я облизываю губы и поправляю платье, собравшееся на бёдрах, смотря на собственное отражение.

Мне понадобилось меньше часа. Я не делала убийственный макияж, лишь подкрасила ресницы и губы блеском, который съела за несколько минут, пока вытаскивала туфли из чемодана. Волосы остались распущенными без особых излишеств. Их кончики щекочут лопатки, встречаясь с линией платья. Я поправляю бретельки на плечах и обвожу пальцем сердечко, подаренное родителями, следом перебираю ими по V-образному вырезу на груди. Оно не глубокое, предоставляющее фантазии какого-нибудь извращенца-придурка открытый доступ. Это максимум, который можно получить с моей стороны. Я даже не думаю, что буду наклоняться.

Покидаю комнату, удивляясь, что тройка ожидает в дверях. Алекс что-то шепчет Тому, а Джаред копается в телефоне. В свою защиты скажу, что душ, вероятнее всего, был нужен только мне.

Чёрное короткое платье подруги чем-то похоже на моё, только оно обтягивает её изгибы и кажется значительно короче. Что-то подсказывает, Тому сегодня будет не до развлечений. Джаред отрывается от экрана мобильника и нацеливает взгляд на мне, я снова чувствую себя голой, инстинктивно скрещивая руки на груди. Придётся привыкнуть к этому парню, иного выбора нет. Плюс, побороть собственное любопытство. Знаю, ничего хорошо не выйдет, всё заранее обречено.

– Вы издеваетесь? Я не сведу с вас глаз сегодня, – недовольно тянет Том, закрывая глаза и скользит ладонями по лицу.

– Отлично, – хихикает Алекс. – Значит, мы на правильном пути.

Путь на улицу едва ли не длиною Амазонки. Алекс что-то оживлённо рассказывает, но все чувства сосредоточились на ощущениях чужих глаз на спине. С трудом удаётся держать позвоночник прямо и перебирать ногами, не свернув шею. Мне не нравится, что он смотрит точно так же, как нравится.

Желудок превращается в сгусток нервов на парковке, стоит только подойти к машине.

Чудно, если захочу уехать, то придётся просить об этом Джареда, чего вовсе не хочется, а тем более оставаться с ним наедине.

Салон машины, обтянутый бежевой кожей, выглядит отнюдь не дёшево, я обожаю этот цвет. Да и ароматы очень приятные: никакого табака или алкоголя, наоборот, что-то из разряда свежести в горах, когда жадно втягиваешь чистый воздух и наслаждаешься каждым последующим глотком. Этот парень определённо следит за чистотой, но не стоит терять бдительность. Меня тошнит от того, что зарождаются какие-никакие чувства.

Алекс успевает сделать миллиард фото и удалить примерно столько же, потому что ей понравилась только парочка. Мои глаза, как и машина, останавливаются на доме в коричневых тонах. Он окружён сворой автомобилей и нуждается в помощи. Особенно в моральной, а точней, в такой помощи нуждаются его соседи.

Не успеваю переступит порог и сделать несколько шагов, как в руках появляется пластмассовый стаканчик и толпа кричит:

– Пей до дна!

Я морщусь, но вижу, что Том выпивает жидкость спокойно, поэтому тоже осушаю стаканчик. Мало кто знает, что в них будет.

– Трент и Крис, – представляет двух парней Том, сделав отмашку рукой.

Небесная футболка на блондине с именем Трент, подчеркивает глубину его голубых глаз, устремлённых на меня с неким дружелюбием. И в отличие от взгляда Джареда, рядом с ним, я ощущаю себя вполне комфортно и непринуждённо. Следом обращаю внимание к Крису, который рассматривает меня с озорством в серо-голубых глазах, где имеются крапины зелёного. Оба парня приветственного улыбаются, подхватывают меня под руки и несут к столику с игрой, которую я уже заранее знаю.

– Давай, принцесса, это вроде посвящения в компанию, – игриво подначивает Крис, указывая на столик, где расположились десять стаканчиков с пивом.

Отлично, парни, сегодня вы поползёте домой.

Я расслабляюсь, когда к столу подходит Алекс, Том, Джаред и ещё какая-то девушка, которых я обычно называю куколками. Они похожи на Барби из коробки детского супермаркета: такие же красивые, но неживые. Прижимаясь к Джареду, она приторно улыбается, на что строю гримасу отвращения и отворачиваюсь. Дело не в том, что появилось по отношению него, а в том, что не вижу в них никакой привлекательности, кроме красивой картинки. Не мне судить, будет ли он крестить с ними детей.

– Это пив-понг наоборот, – объясняет Крис.

– Что это значит?

– Что пьёт не тот, кто попал, а оппонент. Кто кого споит быстрее.

– Суть игры в том, что выпивка становится чем-то вроде награды для победителя.

– Это скучно, – улыбается он.

Отлично, тогда сегодня точно мой вечер. Я буду сиять в лучах славы.

Трент вручает мне шарик для гольфа и вот он уже попадает ровно в цель. Я улыбаюсь парням и они осушают первый стаканчик. Алекс хитро улыбается со стороны, мы буквально читаем друг друга без слов. И она просит, чтобы я сделала их. Шевелю губами, говоря: «Победа в кармане».

Трент бросает, но шарик отстукивает от стола и падает на пол. Он выпивает штрафную порцию.

– Дай мне, придурок, и учись, – ворчит Крис, взяв новый шарик.

Он делает бросок и тоже пролетает, над чем я посмеиваюсь.

– Чему учиться? Криворукости? – фыркает Трент, наблюдая, как его друг опустошает стаканчик.

Удача снова остаётся со мной. Я сделаю всё, чтобы не напиться.

– Вы всё ещё хотите продолжить? – ликую я, слушая звонкий смех Алекс и замечая, что к нам подтягивается народ.

– Новичкам везёт, – жмёт плечами Крис, награждая меня озорным взглядом. Он подмигивает и добавляет: – Но недолго. Ещё несколько раз и всё поменяется.

За несколько минут, я остаюсь трезвой, а парни осушаются ещё по три стакана и по своей вине, и благодаря моей ловкости.

Я бросаю ещё раз и удача подводит. Алекс ю вопросительно изгибает бровь, на что жму плечами и выпиваю обжигающую горло жидкость. Ставлю сотню, там что-то вроде отвертки. Следующие два раза шарик вновь находит цель, а потом парни находят ритм и я выпиваю три стакана. Организм даёт знать о том, что на сегодня лимит исчерпан, потому что легкая тошнота уже собирается в горле. Я не переношу большое количество спиртного, особенно, если нахожусь в чужом доме на вечеринке.

Не успеваю опомниться, как Алекс хватает мою руку и тащит танцевать, на что парни недовольно голосят. Мы обе знаем, что мне нужна пауза и свежий воздух. Нехотя, цепляю взгляд Джареда, из-за чего тошнота активируется. Эта же девчонка продолжает болтаться на том же месте, а её рука покоится на его шее.

И в без того душном доме, стоит зловония алкоголя вперемешку с табаком, от чего по шее сползает первая капелька пота. Я закрываю глаза и двигаюсь, растворяясь в ритме музыки, басы которой вибрируют под кожей. Они распахивается, когда чувствую ладони на талии, но также быстро, как напрягаюсь – расслабляюсь, потому что это Алекс. Её глаза искрятся весельем и мы смеёмся, когда кладу ладони на её талию и вырисовываю восьмерку бёдрами. Уже спустя несколько минут чувствую себя намного лучше. Глаза снова закрываются и следующий раз, когда открываю их, встречаю таинственные карие.

Джаред остаётся на прежнем месте, но девушки рядом нет. Его взгляд сверлит во мне дыру и пускает волну мурашек по спине. Я знаю, о чём он думает, поэтому отворачиваюсь и нахожу ладонь Алекс.

– Тут слишком жарко, давай выйдем на улицу, – кричу у её уха.

Мы протискиваемся между потными и разгоряченными телами, но удача окончательно покидает, когда чей-то стаканчик с липкой жидкостью оказывается на моём платье. Мерзость. Теперь я воняю, как алкогольная тара. Кроме всего прочего, противные капли ползут по ногами, из-за чего поеживаюсь и морщусь. Это совершенно неприятно.

Ветер ударяет в лицо, когда всё же удаётся вылезти из толпы и дома.

Я попытаюсь выжать платье в тех местах, куда попал алкоголь, а попал он практически на всё. Но всё тщетно. Тело бросает в дрожь, когда очередной поток холодного сквозняка окатывает новой прорывной волной. Кожа моментально покрывается мурашками, а зубы стучат друг о друга.

– Вот чёрт, – фыркает Алекс, – нужно его высушить.

Я растираю кожу ладонями, чтобы унять дрожь и согреться.

– Лучше домой, я вся воняю водкой, и в этом доме вряд ли можно найти фен.

Алекс смотрит на экран мобильника.

– Время начало первого, мы уедем так рано?

– Я отвезу её, – раздается за спиной голос. Меня начинает тошнить и бьет озноб.

Лицо подруги искажается, когда она оборачивается в унисон со мной.

Взгляд Джареда испепеляет меня так, что платье и сушить нет необходимости, оно буквально горит. Алекс открывает рот, чтобы ответить отказом, но выбор не такой уж радужный, как обе желаем. Если она не желает оставлять нас наедине, то я почти бьюсь в конвульсиях и умоляю случиться чудо, которое высушит платье. Тогда я останусь и мы вернёмся все вместе.

– Ладно, – подруга сдаётся. Алекс поворачивается ко мне и её сожалеющий взгляд говорит о многом. – Мы скоро вернёмся.

Она коротко и вынужденно улыбается, оставляя красноречивый взгляд на Джареде, после чего исчезает в доме.

Я подавляю дрожь в голосе, но в теле она всё ещё присутствует. Джаред смотрит в мои глаза, но такое чувство, что он заставляет себя делать это. Какое счастье, что на мне лифчик, было бы ещё хуже, если от холода платье прилипло к груди, очерчивая форму. Я не привыкла разгуливать перед малознакомыми людьми без нижнего белья.

– Ты пил? – спрашиваю я.

– Я не пью.

Стараюсь оставаться проницательной, присматриваясь, но не улавливая запах алкоголя от парня. Я не видела, чтобы он пил и он явно не пускает шутки. Джаред говорит вполне уверено. У меня нет выбора, придётся соглашаться.

– Ладно, – вздохнув, я киваю. – Спасибо.