Цитаты из книг автора «Джозеф Кэмпбелл»

То есть обе они суть одно и то же, каждая есть и то и другое, и двойственная форма (yab-yum) является лишь следствием иллюзии, которая сама по себе, однако, ничем не отличается от просветления.

Такова королевская власть. Такова сама жизнь. Богиня, страж бездонного колодца – найдет ли ее Фергюс, или Актеон, или принц Острова Одиночества – требует, чтобы герой был наделен тем, что трубадуры и менестрели называют «милостью сердечной». Ни животное желание Актеона, ни утонченное отвращение Фергюса не могут постичь ее сущность, оценить ее способна лишь доброта: в романтической изысканной поэзии Японии X–XII столетий это называлось aware («милостивое участие»)…

Женщина, на образном языке мифологии, представляет все, что может быть познано. Герой – это тот, кто приходит, дабы познать

Великан-людоед символизирует мир, к которому мы приклеиваемся пятью органами чувств и с которым невозможно справиться физическими усилиями, полагаясь на эти свои пять органов, и он был повержен, когда Будущий Будда, оставшись без защиты пяти оружий своего бренного статуса и эфемерной физической природы, обратился к безымянному и невидимому шестому чувству: божественному удару молнии знания трансцендентного принципа, который лежит вне мира имен и форм, доступных чувственному восприятию.

Sicut in coelo et in terra (на небе и на земле (лат.)

Ее запястия и без браслетов Сияют серебром из рукавов».

Там, где моралист был бы охвачен негодованием, а поэт-трагик – состраданием и ужасом, мифология все превращает в великую и ужасную Божественную Комедию.

Ибо как сказал Гераклит: «Непохожее сливается воедино, и из различий проистекает самая прекрасная гармония, и все сущее существует посредством борьбы».

Трансцендентная сила постигается во всех жизненных проявлениях, она вездесуща, прекрасна во всех проявлениях и достойна глубочайшего почитания.

Для бога все вещи чисты, хороши и правильны, – провозглашает Гераклит, – …но люди относят некоторые из них к правильным, а другие – к неправильным»