Цитаты из книг автора «Джозеф Кэмпбелл»

МОЙЕРС: Чем наши души обязаны древним мифам? КЭМПБЕЛЛ: Древние мифы создавались для того, чтобы привести в состояние гармонии тело и ум. Ум может «бродить и хотеть» таких вещей, которых «не хочет» тело. Мифы и обряды – это средства, при помощи которых ум приходит в гармонию с телом, а образ жизни – в соответствие с правилами и циклами природы

Вечность – это даже не очень долгое время. Вечность не имеет никакого отношения ко времени. Вечность – это измерение «здесь и сейчас», которое исключает какие-либо категории времени. И если вы не получите этого здесь, то не получите этого никогда. Проблема рая заключается в том, что вам там будет настолько хорошо, что вы не будете думать о вечности. Только бесконечные радости и ангельское блаженство. Но жить вечно здесь и сейчас, во всем, независимо от того, доброе это или злое, является основной функцией жизни. МОЙЕРС: Так оно и есть. КЭМПБЕЛЛ: Так оно и есть.

Учитель в Индии отвечает на вопросы. И он никогда не говорит вам того, что вы еще не готовы услышать. Поэтому я сказал: «Да, у меня есть вопрос. Поскольку, согласно индуистской традиции, все во Вселенной оказывается проявлением божественного, возможно ли тогда сказать „нет“ чему-либо в этом мире? Есть ли способ сказать „нет“ жестокости и глупости, вульгарности и легкомыслию?» И он ответил мне: «Для вас и меня путь заключается в том, чтобы говорить всему „да“». После этого у нас был очень интересный разговор относительно признания всех вещей и явлений. И он помог мне укрепиться в моей убежденности в том, что мы не имеем права судить. Мне кажется, и в этом, в том числе, заключается великое учение Иисуса.

Другими словами, вы должны сказать «да» этому чуду жизни, несмотря на то, что оно не соответствует каким-то вашим принципам. В противном случае вы никогда не выйдете в пространство метафизического измерения.

КЭМПБЕЛЛ: Именно. А Иисус говорит: «Не судите, да не судимы будете». То есть, иными словами, вернитесь к ситуации, в которой вы были в раю, прежде чем начинать думать в рамках категорий добра и зла. Вы редко услышите такую мысль с кафедры проповедника. Но одна из самых больших трудностей в жизни – сказать «да» тому человеку, тому действию или состоянию, которые представляются вам самыми отвратительными.

Принять все таким, как оно есть, – трудная задача, и для этого нужны ритуалы. Ритуал – это групповое участие в самом страшном акте, акте жизни – потоке убийств и поедания других живых существ. Мы делаем все это, и это жизнь. Герой – это тот, кто отважно и смиренно принимает участие в жизни согласно ее природным законам, не будучи движимым личной ненавистью, злобой и стремлением к мести.

МОЙЕРС: Что насчет идей добра и зла в мифологии, о жизни как о поле битвы между силами тьмы и силами света? КЭМПБЕЛЛ: Это идея, заимствованная из зороастризма и проникшая в иудаизм и христианство. В других традициях категории добра и зла могут быть применимы только относительно кого-то. То, что хорошо для одного, для другого – зло. Но нужно продолжать играть свою роль, а не уходить из мира, узнав, насколько он ужасен. Вы должны смотреть на этот ужас как на фасад, за которым стоит чудо: пугающая и завораживающая тайна.

Или вы принимаете его таким, какой он есть, или вы его не принимаете. Третьего не дано. Вы не можете исправить или усовершенствовать его». МОЙЕРС: Разве это не приводит к пассивному отношению к злу в мире? КЭМПБЕЛЛ: Человек сам участвует в зле, иначе он не будет живым. Что бы вы ни делали, для кого-то это окажется плохо. Это одна из ироний творения.

МОЙЕРС: Зорба говорит: «Проблемы? Жизнь – это проблема». КЭМПБЕЛЛ: Только смерть не представляет собой проблему. Люди спрашивают меня: «Вы оптимистично настроены в отношении будущего мира?» И я говорю им: «Да, мир замечателен таким, каков он есть. Вы вряд ли измените его. Никто еще не смог его улучшить. Он никогда не будет лучше.

МОЙЕРС: Вы говорите о трансцендентности. Что это такое? Что происходит с нами на границе с трансцендентным? КЭМПБЕЛЛ: Трансцендентность – это философский термин, который может иметь два значения. В христианской теологической традиции он относится к Богу, который находится за пределами природы. Это материалистический подход к пониманию трансцендентного, потому что Бог воспринимается как духовный факт, который существует где-то там. Гегель говорил об антропоморфном представлении Бога как газообразного позвоночного – такое понимание Бога разделяет большинство христиан. Или они воспринимают его как бородатого старика с дурным характером. Хотя на самом деле трансцендентное относится к тому, что находится вне всякого осмысления. Кант утверждает, что весь наш жизненный опыт ограничен временем и пространством, что все наши переживания происходят в пространстве и со временем. Время и пространство формируют наше восприятие, которое ограничивает наш опыт. Наши чувства замкнуты во времени и пространстве, наши умы заперты в клетках умозрительных представлений. Но эта конечная и абсолютная вещь (которая по факту не-вещь), которую мы пытаемся постичь, совершенно ничем не ограничена. Мы ограничиваем ее, как только пытаемся думать о ней.Трансцендентное выходит за рамки каких-либо категорий мышления. Существование и небытие – это категории. Слово «Бог» на самом деле означает как раз то, что недоступно нашему пониманию, однако слово само по себе подразумевает мышление.Истина заключается в том, что Бога можно воплотить во многих и многих проявлениях. Существует ли один Бог или их много? Это всего лишь мыслительная категория. То, что является трансцендентным, выходит за рамки того, что возможно описать словами и помыслить.Одна из проблем Иеговы, как утверждается в старых христианских гностических текстах, заключается в том, что он забыл: он всего лишь метафора. Он воспринимал себя как факт. И когда он сказал: «Я Бог», – то услышал голос, который произнес: «Ты ошибаешься, Самаэль». «Самаэль» означает «слепой бог», то есть неспособный видеть бесконечный Свет, а он только оказывается временным его проявлением. Это известно как богохульство Иеговы, когда он думал, что сам Бог.МОЙЕРС: Вы говорите, что Бог не может быть познан. КЭМПБЕЛЛ: Я говорю, что Абсолют находится вне категорий существования и небытия. Есть он или его нет? Будда, как считается, ответил следующее: «Он и есть, и нет; ни то, ни другое».