Ханжество фанатика — воплощение нарциссической защиты от какой-то пугающей или ненавистной стороны собственной личности, которую он дезавуирует и проецирует на того, кто «хуже».
Нарциссы-задиры (см. главу 3) часто придерживаются расистских взглядов и преследуют меньшинства с рвением праведника. «Чувствуя себя лучше своих жертв, задиры считают, что у них есть и возможность, и право оскорбить. Они — вербовщики, убежденные, что только за ними правда и что их путь — единственно верный… что они чисты, а остальные — порочны» .
Я победитель, а ты (как член группы X) Нарциссы-задиры (см. главу 3) часто придерживаются расистских взглядов и преследуют меньшинства с рвением праведника. «Чувствуя себя лучше своих жертв, задиры считают, что у них есть и возможность, и право оскорбить. Они — вербовщики, убежденные, что только за ними правда и что их путь — единственно верный… что они чисты, а остальные — порочны»44.
Когда объект нашей любви решает, что мы больше не заслуживаем его чувств, это серьезный удар по нашей самооценке. Мы можем усомниться в ценности собственной личности и сбежать от всего мира, чтобы зализывать раны в уединении. Мы долго оплакиваем конец отношений, но постепенно наше чувство собственного достоинства восстанавливается.
брака или длительных отношений — это болезненная нарциссическая травма. Утрата любви и восхищения партнера, как правило, причиняет боль, особенно когда это происходит неожиданно.
друг для друга самые привлекательные и замечательные люди в мире. Они становятся друг для друга центром вселенной и часто в значительной степени идеализируют партнера. Через какое-то время партнеры начинают реалистично смотреть друг на друга, любовь становится более приземленной. Но те, кто прибегает к нарциссической защите от стыда, не могут вынести, когда их видят такими, как они есть. Когда взаимная идеализация перестает работать, то каждый из партнеров претендует на статус победителя и делает другого проигравшим. Если выражаться языком суровой морали, они часто обрушивают друг на друга праведный гнев.
выслушивал возмущенные обвинения, напоминавшие мне о речах прокуроров в суде, в котором мой клиент подавал воображаемый иск против второй половины, «доказывая» ему или ей их абсолютную неправоту.