Цитаты из книг автора «Джордан Питерсон»

Однажды поняв, что такое ад, скажем так, исследовав его – особенно свой собственный, индивидуальный ад, – вы могли бы решить не ходить туда и не создавать его. Вы могли бы устремиться в другом направлении.

XIX века Фридрих Ницше, «тот, кто имеет зачем жить, может вывести любое “как”» .

Глагол – это ваша ответственность, и вы должны ее нести. Но это не значит, что вы должны играть роль комнатной собачки, послушной и безвредной.

Вот альтернативный подход, который не требует иллюзий. Если карты все время против вас, возможно, против вас обращена сама игра, в которую вы играете. И, возможно, вы сами это устроили, хоть того и не сознаете

они не будут терпеть ваши цинизм и деструктивность. Вместо этого они будут поддерживать вас, когда вы делаете хорошо для себя и для окружающих, и заботливо наказывать вас, когда вы этого не делаете. Это поможет вам укрепить свою решимость делать, что должно, самым подходящим и деликатным образом.

Вот кое-что, о чем стоит подумать: если у вас есть друг, которого вы не пожелали бы своей сестре, своему отцу или своему сыну, – зачем он вам самому? Вы можете сказать: дело в преданности. Но преданность – не то же, что глупость. О преданности надо договариваться, честно и открыто. Дружба – это взаимная договоренность. У вас нет моральных обязательств поддерживать того, кто делает этот мир хуже. Как раз наоборот. Вы должны выбирать людей, которые хотят сделать мир лучше, а не хуже. Это хорошо, это не эгоистично – выбирать тех, кто хорош для вас. Это правильно и похвально – общаться с людьми, жизнь которых станет лучше, если они увидят, что ваша жизнь улучшилась.

кто не смог научиться у прошлого, обрекают себя на его повторение. Отчасти это судьба. Отчасти это неспособность к иному. Отчасти это… нежелание учиться? Отказ учиться? отказ учиться?

я морально обязан торговаться за свои интересы так же усердно, как они за свои. Если я не справлюсь, я превращусь в раба, а другой человек – в тирана

Если релятивист полон неуверенности, то идеолог, напротив, склонен к гиперосуждению и цензуре, он всегда знает, что с другими не так и что с этим делать.

Положение мое было ужасно. Я знал, что я ничего не найду на пути разумного знания, кроме отрицания жизни, а там в вере – ничего, кроме отрицания разума, которое еще невозможнее, чем отрицание жизни.