Цитаты из книг автора «Джордан Питерсон»

Приведите в порядок свою жизнь Обдумайте обстоятельства своей жизни. Начните с малого. Использовали ли вы преимущества возможностей, которые вам предложены? Упорно ли вы работаете и делаете карьеру или позволяете горечи и обиде удерживать вас и тянуть вниз? Помирились ли вы с братом? Обращаетесь ли вы с супругом/ супругой и детьми с достоинством и уважением? Есть ли у вас привычки, которые разрушают ваше здоровье и благополучие? Действительно ли вы берете на себя ответственность? Сказали ли вы то, что вам нужно сказать, своим друзьям и членам семьи? Есть ли вещи, которые вы можете сделать, о которых вам известно и которые улучшат ситуацию? Привели ли вы в порядок свою жизнь?

разуму обратиться к мести и разрушению. Вместо этого он открыл глаза. Во время своих многочисленных испытаний Солженицын встретил людей, которые вели себя благородно даже при кошмарных обстоятельствах. Он глубоко размышлял об их поведении, а потом задал себе самый сложный вопрос: внес ли он вклад в катастрофу своей собственной жизни? Если да, то каким образом? Он вспомнил, как без вопросов поддерживал в юности коммунистическую партию. Он пересмотрел всю свою жизнь – у него было множество времени в лагерях. Как он мог не заметить этого в прошлом? Сколько раз он поступал против собственного сознания, вовлекаясь в действия, которые, как он знал, были ошибочными? Сколько раз он предавал сам себя и врал? Можно ли исправить, искупить грехи прошлого в грязном аду советского ГУЛАГа? Солженицын прочесал детали своей жизни, словно прошелся по ней частым гребнем. Он задал себе второй вопрос, а затем и третий: «Могу ли я перестать совершать такие ошибки сейчас? Могу ли сейчас возместить урон, нанесенный моими прошлыми ошибками?» Он научился внимательно смотреть и слушать. Он нашел людей, которых почитал, которые были честны, несмотря ни на что. Он разобрал себя на части, позволил умереть всему ненужному и вредному и воскресил себя. Затем он написал «Архипелаг ГУЛАГ», историю советской лагерной системы Решение одного человека изменить свою жизнь, вместо того чтобы проклинать судьбу, до основания сотрясло целую патологическую систему коммунистической тирании. Она полностью разрушилась довольно скоро, и отвага Солженицына была не последней причиной этого разрушения. Он был не единственным, кто совершил такое чудо. На ум также приходят Вацлав Гавел, преследуемый писатель, который позднее невероятным образом стал президентом сначала Чехословакии, а затем новой Чешской республики, а также Махатма Ганди.

У Александра Солженицына были все причины сомневаться в устройстве Бытия, когда его отправили в советский лагерь в середине жуткого XX столетия. Он был солдатом на плохо подготовленной линии русского фронта перед лицом нацистского вторжения. Его арестовали, избили и бросили в тюрьму, причем сделал это его же собственный народ. Затем его поразил рак. Он мог сделаться обиженным и жестоким. Его жизнь стала несчастной из-за Сталина и Гитлера, двух худших тиранов в истории. Он жил в жестоких условиях. Огромные отрезки ценнейшего времени были украдены у него и растрачены впустую. Он видел бессмысленные и унизительные страдания и смерть своих друзей и знакомых. Затем он столкнулся с предельно тяжелой болезнью. У Солженицына были причины проклинать Бога. Самому Иову вряд ли приходилось тяжелее. Но великий писатель, глубокий, вдохновенный защитник правды, не позволил своему

«В чем разница между счастьем и удовольствием?», «Что меняется к лучшему, когда стареешь?» и «Что делает жизнь более осмысленной?»

Аристотель исследовал добродетели и пороки в своей «Никомаховой этике»

Джордан подчеркивает, что делать это полностью в одиночку, без преимуществ, которые дают наполненные любовью взаимоотношения, мудрость и озарения величайших психологов, еще тяжелее.

Песни, которые они поют, человеческому уху кажутся умиротворенными и прекрасными, а на самом деле это вой сирен и вопли о собственном превосходстве. Певчая птица – не только музыкальный виртуоз, но и маленький воин, провозглашающий свой суверенитет

открытое выражение злобы на лицах напавших на них людей повергло в такой ужас, что они буквально годами страдали от ежедневных истерических припадков. Такие люди обычно вырастают в гиперзащищенных семьях

Что могло хоть как-то оправдать полное истребление всего сущего?

Значит, проблема заключалась не в идеологии, а в идеологии как таковой. Она упрощенно делила мир на тех, кто мыслил и действовал правильно, и на тех, кто этого не делал.