Цитаты из книг автора «Джон Стейнбек»

При возникновении напряженности «левак» появляется всегда, в любой точке мира. Данный «левак» смог «устроить» машину, которая за очень большие деньги довезет нас до гостиницы «Савой».

Это были не пустые и аллегоричные фигуры. Это были простые люди, на которых напали и которые смогли себя защитить.

гляди, задерет нос. Деньги не излечивают болезни как таковой, а только изменяют ее симптомы.

«Разбогатеем мы очень скоро, и ты, не умеющая сносить бедность, не сумеешь снести и богатство». Это истина. В бедности ее терзает зависть. В богатстве она, того и

– Я сказал, что в этом слове заключено все величие человека. Если, конечно, он хочет быть великим. – Помню, что твое объяснение очень понравилось Сэму Гамильтону. – В этом слове – залог свободы. Оно дает человеку право быть личностью, быть непохожим на других. – Непохожий, он всегда одинок, – задумчиво произнес Адам. – Все великое и истинное тоже одиноко. – Какое, ты говоришь, это слово? – «Тимшел», то есть «ты можешь» по-нашему.

Но наши города уже разрушены, – продолжал он. – Что еще тут можно сделать? И если к нам вторгнется враг, то мы сумеем защитить себя так же, как мы справились с фашистами. Мы будем биться в снегу, в лесах, в полях…

Думать надо о сегодняшнем дне, о завтрашнем, о бейсболе в субботу. Так и надо жить. Так живут все бессрочники. Новички – те лбом о дверь бьются. Всё считают, сколько им еще сидеть. Зачем тебе это? Живи со дня на день.

Знай германцы характер Олив и обладай хоть каплей здравого смысла, они приложили бы все усилия, только бы не навлечь на себя гнев этой женщины. Но они не подозревали о существовании Олив или же были попросту глупы, а потому, когда Мартин Хоппс погиб, война для германской армии была безнадежно проиграна, так как против нее, собрав в кулак всю ярость, ополчилась моя матушка. Она всей душой любила Мартина Хоппса, который за всю жизнь и мухи не обидел, и когда он пал на поле брани, Олив объявила войну всей Германской империи.

Но если хотя бы один человек выходит за рамки знакомого и проверенного, нервы жителей начинают звенеть от возбуждения, а по нервным волокнам города передается сигнал.

По большей части люди не интересуются никем, кроме себя. Как-то раз девушка-канадка, в чьих жилах текла шотландская кровь, поведала мне историю, которая проняла ее, а рассказ о ней пронял меня. Повзрослев, она почувствовала, как все на нее смотрят, и отнюдь не дружелюбно, отчего она то краснела, то ударялась в слезы. Ее дед, шотландский горец, резко выдал: «Если б ты знала, насколько людям плевать на все и вся, ты бы с ума не сходила!» Она излечилась от смущения, я же уверился в неприкосновенности моих тайн, потому что это правда.