А потом пилоту вздумалось пошутить. Ни о чем дурном он и не помышлял. Он что-то крикнул, и матушке показалось, что его лицо перекосилось от страха. За шумом двигателя она не расслышала слов, а пилот, сбавив газ, крикнул: «Покувыркаемся малость?!» Олив видела перед собой лицо в авиаторских очках, а ветер отнес в сторону и исказил слова, и ей послышалось: «Сломались!»
«Ну, все, как я и предполагала», – промелькнуло в голове у матушки. Настал ее смертный час. Она лихорадочно вспоминала, не забыла ли чего важного: завещание составлено по всем правилам, личные письма сожжены, на ней самой надето чистое нижнее белье, а в доме достаточно еды на хороший ужин. А выключила ли она свет в задней комнате? Все эти мысли пронеслись за одну секунду, а потом Олив подумала, что, возможно, еще есть хотя бы мизерный шанс спастись. Молодой пилот напуган до смерти, и самое неприятное, что страх мешает ему справиться с создавшейся ситуацией. Если и она поддастся панике, парень испугается еще больше. И Олив решила приободрить пилота. Широко улыбаясь, она утвердительно кивнула, желая по