Цитаты из книг автора «Джон Грин»

научиться разделять воображаемое и действительное

Царском недуге» и любезное уведомление, что эта книга, цитирую дословно, «значила» для Вас «хренову туч

Это просто катастрофа, когда кто-то начинает подтачивать стену, разделяющую дружбу и поцелуи. И когда такая стена рушится, у истории может быть счастливая середина – ой, посмотрите-ка, стена рухнула, я увидел в тебе девчонку, а ты во мне – парня, и теперь мы поиграем в веселую игру под названием «А можно я положу вот сюда руку, а сюда, а сюда?».

Это было невыносимо. Каждая секунда хуже предыдущей. Мне страшно хотелось ему позвонить и посмотреть, что получится, кто ответит. За последние недели нам сократили время, которое мы проводили вместе в воспоминаниях, но это, оказывается, было еще ничего. Я лишилась удовольствия помнить, потому что не осталось того, на пару с кем можно помнить. Потерять человека, с которым тебя связывают воспоминания, все равно что потерять память, будто все, что мы делали, стало менее реальным и важным, чем несколько часов назад.

– Хотя несправедливо плохо относиться ко всем черлидершам, – сказала Джубили. – Мы плохо относимся только к тем, у кого имя рифмуется с кто я.

Поэтому я ему поддалась. Я ему поддалась, и это оказалось восхитительно. Так восхитительно, что я не понимала, почему раньше ему сопротивлялась. Настолько восхитительно, что я подумала: Господи, где же оно было все это время? Никакого напряжения, никаких путаных сомнений, никакого «я», «я», «я». Потому что, блин, это классное ощущение. И, блин, это ощущение чистоты. И, может быть, я на самом деле светлая, как говорил Натан, и я могла бы… сохранить этот свет и никогда, никогда больше не думать, что никто меня не любит, не ценит, не жалеет и что пойду я на помойку – наемся червячков. Могло ли это произойти со мной? Могла ли я, Аделина Линдси… преобразиться?

Я открыла рот, намереваясь сказать ей, как это пошло, глупо и вообще ку-ку, но смолчала, потому что внутри меня что-то изменилось. Это была сильная перемена, лавина, и я этому больше не могла сопротивляться. Чувство внутри меня было такое сильное, большое, а я такая маленькая, слабая… Поэтому я ему поддалась. Я ему поддалась, и это оказалось восхитительно. Так восхитительно, что я не понимала, почему раньше ему сопротивлялась. Настолько восхитительно, что я подумала: Господи, где же оно было все это время? Никакого

глупышка, а то, что мы даем Вселенной.

Рождество – это образ мыслей. – Она опустила глаза ниже уровня стойки. – Господи помилуй, – проговорила старушка.

Люди постоянно меняются ради друг друга. Вспомни любую историю большой любви, и ты увидишь, что, если двое хотят, чтобы у них все получилось, они должны менятьс